Религиозная мораль — оправдание порабощения и эксплуатации трудящихся

 

Религиозное нравоучение изложено в обширной религиозной литературе, в многочисленных церковных обращениях и проповедях, в различных церковных документах. Главным источником нравственных предписаний религии являются так называемые «священные писания». В иудаизме это книги Ветхого завета; в христианстве — книги Ветхого и Нового заветов; в исламе — Коран и т. д. Церковники подчеркивают особое моральное значение десяти заповедей, изложенных в Ветхом завете, нагорной проповеди Иисуса Христа в Новом завете, поучений пророка Мухаммеда в Коране и т. п. В этих книгах содержатся легенды о жизни и деятельности различных святых, праведников, божьих угодников, представляющих собой образцы религиозного благочестия, наглядные уроки религиозной нравственности.

 

Надо сказать, что нравственные поучения религии, содержащиеся в разбросанном виде в «священных писаниях» и других источниках, весьма противоречивы. Представляя собой собрания легенд, авторами которых были многие люди, жившие в различных условиях, подвергаясь неоднократным дополнениям и изменениям, эти книги и другие религиозные писания оказались собранием самых разноречивых, порой исключающих друг друга нравственных предписаний и рекомендаций. В них можно найти и оправдание и осуждение любого поступка.

 

«Священные книги» рекламируют милосердие, и в них же описываются акты безмерной жестокости самого бога. В одном месте евангелий Христос повествует о своей миротворческой миссии, а в другом говорит о том, что он принес с собой меч, а не мир. Библейская заповедь предписывает: «Не убивай». Но в Библии же описываются массовые убийства ни в чем неповинных людей, в том числе женщин, детей, стариков, либо с ведома бога, либо по его прямому указанию. Библейская заповедь повелевает: «Не прелюбодействуй». И в той же Библии рассказывается, как преданные и угодные богу «праведники» развратничали, имели десятки и сотни жен и наложниц.

 

Однако, как бы ни были разнородны и противоречивы нравственные повеления религии, в них доминирует одна общая идея: проповедь покорности, кротости, терпения. В этой идее — сущность, главное содержание религиозной морали. И дело не только и не столько в том, что религиозные книги заполнены прямыми призывами к «повиновению господам своим», к «непротивлению злу», к безропотному перенесению всех невзгод, мук и страданий. Главное в том, что эти повеления органически вытекают из самой сущности религиозного вероучения.

 

Мораль, как известно, есть прежде всего совокупность неписаных законов. Применительно к религиозной морали это означает, что главное ее содержание, ее сущность составляют не столько заповеди и наставления, зарегистрированные в том или ином источнике, в том числе в «священных писаниях», сколько те нормы поведения, те нравственные законы, которые сами собой с необходимостью следуют из религиозного миропонимания, из религиозного вероучения, независимо от того, записаны эти законы в каких-либо источниках или нет.

 

Чтобы не ошибиться в оценке того или иного явления, надо судить о нем не по его случайным признакам, а по его существу, по его характерным сторонам или чертам. Если судить о религиозной морали по ее отдельным поучениям, не связывая их с основным содержанием, сущностью религиозного вероучения, то можно составить о ней лишь ошибочное представление. Так, например, в Библии имеется заповедь «почитай отца и мать свою». Если судить о религиозной морали по этой заповеди, то куда же лучше? Но ведь, во-первых, эта заповедь органически вовсе не связана с религиозным вероучением, никак не вытекает из веры в бога как творца и повелителя мира и человека, а во-вторых, она не так уж привлекательна, если иметь в виду тот смысл, который вкладывает в нее сама Библия, а именно: глава семьи является неограниченным владыкой над своими детьми, вплоть до того, что имеет полное право по своему произволу любого из них обречь на смерть, принеся в жертву богу. В Библии содержится немало рассказов о принесении детей в жертву родителями. Так же обстоит дело с заповедью «не укради», весь библейский смысл которой состоял в охране частной собственности рабовладельцев.

 

Заповеди «не убивай», «не укради», «не прелюбодействуй», «почитай отца и мать свою» имеют далеко не тот смысл, который вкладывают в него те, кто хотел бы отыскать в религиозной морали что-то хорошее, благородное. По своему подлинному смыслу и значению эти заповеди предназначены для охраны имущих классов, защиты их привилегий и собственности. Чем, в самом деле, могла быть полезной заповедь «не укради» для рабов, крепостных крестьян, пролетариев, всех тех, у кого и воровать-то нечего и, более того, кого на протяжении всей истории классового общества начисто обкрадывали эксплуататоры, не считая это воровством?

 

В чем же состоит главное содержание, сущность религиозной морали и каким образом ее поучения следуют из религиозного миропонимания?

 

Исходной позицией религиозной морали является религиозное учение о том, что кроме земной, реальной жизни якобы есть еще неземная, загробная, которая ждет каждого из нас после смерти. Причем, земная жизнь — это нечто сугубо временное, мимолетное, тогда как загробная длится нескончаемо, вечно. Значение земной жизни только к тому якобы и сводится, чтобы подготовить человека к будущей вечной жизни, испытать людей, отделить праведников от грешников. В этом основа всякого религиозного учения.

 

Но что отсюда следует? Отсюда следует, что нужно в первую очередь думать не о земной, реальной, а о вымышленной загробной жизни и не только не стремиться к счастью, а чуждаться его, заботясь лишь о «спасении души». Поскольку, как учит религия, небесное благополучие может быть дано в первую очередь тем, кто страдает в земной жизни, кто сумел испить до дна полную чашу земной горечи, то протестовать против тяжкой доли, добиваться лучшей жизни, стремиться к земному счастью было бы безумием. Наоборот, чем тяжелее живется, тем лучше. Блаженны страждущие, нищие, несчастные; страдайте и радуйтесь своим страданиям — вот что следует из основных исходных положений религии.

 

Спрашивается, кому все это нужно? Разве не ясно, что такие проповеди, адресованные к угнетенным, к трудящимся, всегда служили и служат одной цели — удержанию их в состоянии рабства. Вместо того чтобы призвать трудящихся к борьбе за освобождение от рабства и эксплуатации, религия всегда советовала им только одно — безропотно переносить свои страдания, утешаясь надеждой на небесную награду. Иначе говоря, религия всегда проповедовала и проповедует такие нормы поведения, которые выгодны не трудящимся, а их врагам, поработителям трудящихся, причем эти нормы всегда преподносились и преподносятся от имени бога, как его нерушимые заповеди.

 

Одними только средствами насилия эксплуататоры не смогли бы сохранить свое господство над подавляющим большинством общества — трудящимися. Для этой цели не в меньшей степени необходимо орудие духовного порабощения, каковым и является религия.

 

Имея в виду роль и назначение религии в классовом эксплуататорском обществе, Маркс определил ее как «опиум народа». Как сладостные сны при курении опиума даются не даром, а дорогой ценой отравления и разрушения организма, так и то утешение, которое приносит угнетенному трудящемуся вера в лучшую загробную жизнь, дается ценой отказа от всякой надежды на лучшее будущее в реальной жизни, убивает в его сознании всякое стремление к этому будущему, обрекает его на беспросветное рабство.

 

Ленин назвал религию «духовной сивухой». Этим Ленин предельно метко определил назначение религии в условиях классового эксплуататорского общества как средства обмана и одурачивания трудящихся. Религия используется эксплуататорами для того, чтобы держать трудящихся в состоянии своеобразного опьянения и мешать им трезво оценить свое положение и стать на путь борьбы за свое освобождение. Поэтому борьба за уничтожение классового эксплуататорского строя и построение общества без классов и эксплуатации человека человеком включает борьбу за освобождение трудящихся от религиозного дурмана. В течение веков и тысячелетий религия выполняла роль духовного орудия в руках рабовладельцев, помещиков, капиталистов, воспитывала в массах как раз те моральные качества, те нормы поведения, которые помогали эксплуататорам укреплять свое господство и власть над трудящимися.

 

Только трудящимся религия нигде и никогда не служила и никогда ни в чем не была полезной. Наоборот, она всегда была вредна для них, ибо мешала осознать необходимость борьбы против своих поработителей. «Того, кто всю жизнь работает и нуждается,— писал В. И. Ленин,— религия учит смирению и терпению в земной жизни, утешая надеждой на небесную награду. А тех, кто живет чужим трудом, религия учит благотворительности в земной жизни, предлагая им очень дешевое оправдание для всего их эксплуататорского существования и продавая по сходной цене билеты на небесное благополучие»

 

Согласно религиозной морали, небесное благополучие могут заработать себе как бедные, так и богатые, как эксплуатируемые, так и эксплуататоры, только цена этого благополучия для них неодинакова: бедные должны всю жизнь трудиться, терпеливо переносить лишения и нужду, безропотно повиноваться господам своим, тогда как богатым достаточно сочувствовать бедным и помогать им крохами от своих несметных богатств.

 

Правда, в христианских «священных книгах» говорится, что легче верблюду пролезть через игольное ушко, чем богатому попасть в царство небесное. Ясно, что эти слова адресованы не богатым, а бедным, чтобы они не завидовали богатым, а главное, чтобы они не зарились на их богатства. В Библии записано на этот счет строгое предостережение: не желай дома ближнего твоего, ни вола его, ни скота, ничего, что у ближнего твоего. Когда же религия обращается к богатым, то она нисколько не лишает их надежды на царствие небесное. Более того, она предлагает им билет в небесный рай за весьма дешевую цену. Если бедные должны за этот билет всю жизнь страдать, нуждаться и гнуть свои спины перед богачами, то богатым достаточно вздыхать по поводу тяжкой доли бедных и несчастных. Главный смысл религиозной морали — в оправдании всякого гнета, в защите общественного строя, основанного на эксплуатации человека человеком. «Бог одних создал рабами, а других — хозяевами»,— убеждает верующих религия. Значит, право эксплуатации, порабощения, ограбления трудящихся дано свыше, а поэтому нерушимо. Кто посмеет поднять руку на эксплуататора, тот замахнется на самого бога. Кто вздумает бороться против рабовладельческих, крепостнических или капиталистических порядков, тот идет против бога. А это, во-первых, безнадежно, ибо бог всемогущ, а во-вторых, чревато самыми жестокими карами.

 

Безропотное повиновение, терпеливое перенесение мук и страданий — вот нормы, которые религиозная мораль внушает как высшую добродетель. Повинуйтесь господам своим, молитесь за обижающих вас, если вас ударили по правой щеке, подставляйте и левую и т. д.— вот образцы поведения, следовать которым призывает религиозная мораль. Образцом нравственного поведения выставляется в христианстве церковный образ Иисуса Христа.

 

В евангелиях рассказывается неправдоподобная легенда о том, как сын божий Иисус Христос спустился на землю и ради спасения людей принес себя в жертву, добровольно взял на себя неописуемые страдания и мученическую смерть. В течение веков и тысячелетий христианская церковь настойчиво пропагандирует эту легенду, призывая следовать примеру самого бога («Христос терпел и нам велел»). На примере мифического Иисуса Христа церковь в течение веков внушала трудящимся идею: как бы ни издевались над вами ваши мучители, поработители, угнетатели, сумейте все стерпеть, вынести, перестрадать; бог все видит, все оценит, все во сто крат оплатит; будьте кроткими, как «агнец божий», не только не ропщите на свою судьбу, но и благословляйте ее; радуйтесь тому, что вам выпала та же судьба, что и господу нашему Иисусу Христу. Вот какая мораль следует из легенды о жизни и страданиях Христа.

 

То же проповедуют все другие современные религии. В Коране — «священной книге» ислама — предсказывается скорое наступление «конца мира» и «страшного суда». На «страшном суде» будет вынесен вечный приговор — одним в рай, другим в ад. Кому же Коран обещает место в раю? Только тем, кто вел праведный образ жизни на земле. Причем, первым и самым важным признаком «праведного» образа жизни является терпение, повиновение, беспрекословное исполнение всех предписаний Корана, который сплошь состоит из наставлений о необходимости подчиняться тем, кто имеет власть, о греховности завидовать богатым, питать неприязнь к врагам и обидчикам. Само название мусульманской религии — «ислам» означает в переводе с арабского языка «покорность».

 

По учению буддизма, каждый сам виноват в своей судьбе: если он страдает, то это значит, что он расплачивается за свое поведение в предыдущих воплощениях. И если человек хочет, чтобы его страдания и невзгоды прекратились в будущих воплощениях, он должен переносить свою судьбу безропотно и терпеливо. Образцом такого поведения выставляется сам Будда, добровольно отказавшийся от радостей жизни, избравший себе отшельническую жизнь, полную лишений и страданий.

 

Идеями покорности, примирения с судьбой пронизаны все религии классового общества.

 

В христианском нравоучении центральное место занимает проповедь любви к ближнему: «Люби ближнего, как самого себя». Идеологи эксплуататорских классов, особенно идеологи современной буржуазии, видят в этой проповеди верх человеколюбия, образец гуманности. Однако подлинное назначение христианской проповеди любви к ближнему совсем не в том, чтобы пропагандировать гуманные взаимоотношения людей, а в том, чтобы примирять трудящихся со своими угнетателями, обезоруживать их перед лицом поработителей, выбивать из их рук такое важное оружие в борьбе за свои права, как ненависть к своим врагам, осознание своих классовых интересов и задач. Там, где противостоят друг другу враждебные классы, нет и не может быть подлинно человеческих, гуманных отношений между людьми; там, где трудящиеся стонут под ярмом эксплуатации, подлинным гуманистом является не тот, кто проповедует согласие и взаимную любовь между трудящимися и их поработителями, а тот, кто становится на сторону трудящихся и ведет последовательную борьбу за их освобождение.

 

Любовь к человеку требует ненависти к тем, кто повинен в страданиях миллионов людей, кто стоит на пути создания счастливой жизни для народа. Кому близки и дороги нужды и чаяния трудящихся, тот не может мириться с поработителями трудящихся и тем более проповедовать любовь к ним. Кто клянется в любви к человеку, не различая эксплуататоров и эксплуатируемых, тот либо заблуждается, либо сознательно лжет и скрывает свои подлинные взгляды и цели. Проповедь классового мира является сознательным или несознательным предательством по отношению к трудящимся, средством обмана трудящихся. Что может быть гуманного в идее, которая на деле служит увековечиванию порабощения трудящихся? Как можно говорить о гуманности нравоучения, которое в течение всей истории классового общества использовалось и используется сейчас в мире капитализма как идейное оружие в руках эксплуататоров для обмана и одурачивания трудящихся с целью их безжалостной эксплуатации?! Как можно признать гуманной проповедь, которая за ширмой человеколюбия учила и учит трудящихся любить тех, кого они во имя собственного освобождения и счастья своих детей должны ненавидеть, с кем должны вести непримиримую борьбу?!

 

Буржуазные идеологи ничего негуманного и безнравственного не видят в том, что рабочие при капитализме вынуждены работать на капиталистов, умножать их прибыли и влачить нищенскую жизнь. Их нисколько не возмущает и не трогает гнет и бесправие трудящихся. Не возмущает их колониальный разбой, порабощение и эксплуатация народов Африки, Азии, стран Южной Америки. Более того, они требуют самого жестокого подавления малейших попыток рабочего класса и колониальных народов к своему освобождению. Но стоит только рабочему, трудящемуся в защиту своих прав и человеческого достоинства поднять руку на капиталиста, как со стороны буржуазных идеологов раздаются вопли о нарушении принципов гуманности и человеколюбия. Идеологи буржуазии становятся особенно жалостливыми и мягкосердечными, когда заходит речь о свергнутой буржуазии, у которой отняты фабрики и заводы и которая в силу этого лишена возможности эксплуатировать рабочий класс. Их коробит и возмущает, как «негуманная», всякая мера, к которой вынужден прибегать рабочий класс, отражая ожесточенное сопротивление буржуазии, защищая свою власть от покушений контрреволюции. Сколько было воплей со стороны мировой буржуазии о «негуманное™» Великой Октябрьской социалистической революции! Как «чутко» она реагирует на всякий революционный акт в странах социалистического лагеря! Проклиная самые гуманные в истории события именем бога, идеологи буржуазии демонстрируют перед всем миром подлинный смысл и цену христианского гуманизма, подлинную сущность религиозной морали.

 

Такова сущность и социальная роль религиозной морали.

 

Как видим, религиозная мораль — мораль защиты и оправдания отношений господства и подчинения, строя эксплуатации и порабощения трудящихся.

Категория: Религия | Добавил: fantast (28.01.2019)
Просмотров: 12 | Рейтинг: 0.0/0