Социологические исследования и совершенствование практики научно-атеистической пропаганды

 

Значение конкретно-социологических исследований не сводилось только к тому, что они дали партийным комитетам и организациям фактическую информацию о степени религиозности населения республики, об облике современных верующих. Объектом конкретного изучения все больше становилась пропагандистская деятельность, что позволяло получать ценные в научном отношении данные о воздействии пропаганды на массы, о путях повышения ее эффективности.

 

Остановимся на значении лишь некоторых выводов, вытекавших из материалов исследований, проведенных в 60-х годах.

 

Полученные в процессе исследований данные свидетельствовали, в частности, о том, что научно-атеистическая пропаганда оказывала на верующих сильное воздействие, побуждала к переосмысливанию религиозных убеждений и переходу на позиции материалистического мировоззрения.

 

Вопреки имевшему известное распространение взгляду на атеистическую пропаганду как недостаточно действенное средство в работе с верующими, проведенные в разных районах страны опросы и обследования показали, что значительная часть бывших верующих порвала с религией именно в результате идеологического воздействия пропа-гандистов-атеистов. Так, в 1963 году сотрудники сектора атеизма Института философии АН СССР опросили 694 бывших верующих. Их ответы показали, что почти 60 процентов опрошенных порвало с религией под влиянием разъяснительной работы, атеистической пропаганды. И хотя ученые считали эти данные относительными, не отражающими в полной мере причины отхода трудящихся от религии, однако их исследования подтвердили определенную объективную тенденцию, заключающуюся в неуклонном росте значения идеологической, воспитательной работы26.

 

Изучение, проведенное в 1964—1966 годах в Воронежской области, подтвердило эту точку зрения. Из опрошенных 2762 жителей области, отошедших от религии за годы Советской властц, дочти 85 процентов главной причиной разрыва с религией назвали работу с ними атеистов27’.

 

Ответы 384 бывших верующих Киевской области, отошедших от религии после Великой Отечественной войны, опрошенных сотрудниками кафедры истории и теории научного атеизма Киевского государственного университета имени Т. Г. Шевченко, также подтвердили благотворное влияние научно-атеистической пропаганды на изменение их взглядов. Разрыву с религией 314 из 384 бывших верующих способствовала именно индивидуальная и массовая атеистическая работа среди населения 28.

 

Одно из первых исследований, посвященное определению степени религиозности населения Белоруссии и мотивов разрыва бывших верующих с религией, осуществлено кафедрой марксизма-ленинизма АН БССР еще в 1929— 1930 годах. И уже тогда из 692 опрошенных жителей республики в качестве важнейших причин перелома в их религиозных настроениях 22,8 процента назвали антирелигиозную среду и агитацию, 21,6 — чтение литературы и 19,3 процента — науку29. Таким образом, в общей совокупности причин разрыва с религией идеологические факторы занимали 63,7 процента.

 

В 1964 году Институт философии и права АН БССР провел анкетирование 200 человек, из которых 56 в прошлом были верующими. Подавляющее большинство опрошенных и в данном случае объяснили изменение своих убеждений действием в первую очередь научно-атеистической пропаганды.

 

Итак, исследования дали довольно веские основания для подтверждения той огромной роли, которую играет идеологическая, политико-воспитательная работа, пропаганда научного атеизма в преодолении религиозных предрассудков и суеверий.

 

Не менее важно выяснить отношение к пропаганде научного атеизма со стороны неверующего населения. В. Д. Кобецкий, обобщая итоги исследований ленинградских социологов, пишет в этой связи о том, что большинство опрошенных считают ее необходимой, отмечают значительную роль в выработке у них устойчивых научных позиций в оценке религии и церкви. При этом подчеркивается высокая оценка научно-атеистической работы среди всех категорий населения, в том числе — рабочих, колхозников, служащих, интеллигенции, учащейся молодежи.

Вместе с тем конкретно-социологические исследования выявили и другие мнения. В колхозе «Красная звезда» Столбцовского района, к примеру, ответы на вопрос анкеты «Как Вы оцениваете посещенные Вами атеистические мероприятия?» были такими: «расширяют кругозор» — 39,4, «укрепляют атеистическую убежденность» — 19,2, «расшатывают религиозность верующих» — 6,4, «бесполезны» — 19 процентов 31. Исследование, проведенное Институтом искусствоведения, этнографии и фольклора АН БССР, показало, что примерно 16,7 процента опрошенных горожан выразили сомнение в необходимости научноатеистической пропаганды, считая, что лучшим борцом против религиозных пережитков является наша социалистическая действительность.

 

Эти обстоятельства потребовали от партийных комитетов более внимательного подхода к определению содержания научно-атеистической пропаганды, строгого учета особенностей тех групп, на которые она рассчитана. Конкретно-социологические исследования явились важным средством изучения аудитории научно-атеистической пропаганды, ее интересов и потребностей, выбора средств повышения эффективности устного атеистического воздействия.

 

Исследования выявили тот факт, что атеистические мероприятия посещали все группы населения: верующие и неверующие, люди преклонного возраста и молодежь, лица с низким уровнем образования и окончившие средние и высшие учебные заведения. Значительную часть аудитории составляли безразличные к религии люди, многие из которых искали в научно-атеистической и другой аргументации ответы на возникавшие у них вопросы. Особенно привлекали их мероприятия политического, культурно-просветительного, естественнонаучного характера. Об этом обстоятельно рассказали Л. В. Мандрыгин и Н. И. Макаров, изучавшие характер и причины религиозности жителей села Олынаны Столинского района Брестской области. «...Жители Олынан,— пишут они,— с большим интересом относятся к живому пропагандистскому слову, охотно слушают лекторов и беседчиков, изредка приезжающих в село, задают массу вопросов»32. Эффективность атеистической пропаганды, подчеркивают исследователи, здесь объясняется ее сочетанием с естественнонаучной, с беседами на научные, политические, морально-бытовые темы. Изучение причин непосещаемости атеистических мероприятий некоторыми жителями сел и небольших городов Минской области показало, что чаще всего в качестве таких причин назывались отсутствие времени, занятость домашним хозяйством, преклонный возраст, болезнь и т. п. Многие из опрошенных жаловались на то, что атеистические лекции, кинофильмы, вечера в сельской местности, особенно в отдаленных деревнях, бывают очень редко.

 

Полученные в результате исследований данные опровергают точку зрения, будто верующие в наше время избегают мероприятий атеистического характера. Так, в деревне Озеро Узденского района Минской области среди опрошенных жителей постоянными посетителями пропагандистских мероприятий помимо атеистов были: безразличные — 83,4 процента, колеблющиеся — 66, верующие — от 33 до 53,5. Аналогичная картина наблюдалась и в деревне Сковшин Солигорского района 33.

 

На интерес верующих к пропаганде научного атеизма указывали и материалы других исследований. «Для подавляющего большинства верующих православной и католической церкви,— отмечается в книге «Причины существования и пути преодоления религиозных пережитков» (с. 184),— религия не является чем-то строго ограничивающим удовлетворение их духовных потребностей — они ходят в кино, слушают радио, читают художественную литературу и газеты, нередко выписывают и атеистический журнал «Наука и религия», смотрят по телевизору фильмы, пьесы и другие передачи...» Что же касается баптистов, то, как отмечается в книге «Баптизм и баптисты» (с. 165), каждый второй из них слушает радио; каждый пятый смотрит телепередачи; каждый шестой ходит в кино, театр. Конечно, влияние нерелигиозных источников информации на верующих различно, избирательно, но сам факт интереса к таким источникам отрицать нельзя.

 

Массовые опросы позволили выявить зависимость характера отношения верующих к атеистической пропаганде от степени их религиозности. Чем сильнее убежденность в истинности религии, тем отрицательнее отношение к атеизму. Среди 675 верующих, опрошенных украинскими учеными, 328 человек постоянно знакомятся с атеистической литературой, посещают лекции, вечера вопросов и ответов. При этом 116 из них к атеистической пропаганде относятся доброжелательно. И эта доброжелательность основана на стремлении глубже разобраться в своих религиозных убеждениях. Обыкновенные и колеблющиеся в своих религиозных убеждениях, отмечают авторы книги «Современный верующий», с охотой посещая атеистические беседы, лекции, вечера вопросов и ответов, сплошь и рядом соглашаются с научными утверждениями, а иногда высказывают свои суждения о деятельности церковников 34.

 

Общий состав аудитории атеистических мероприятий, по данным исследования, проведенного в 18 селах Минской области, оказался следующим: атеисты составляли примерно третью часть, индифферентные — до половины и верующие всех категорий — четвертую часть. От половины до двух третьих посещавших лекции и вечера имели начальное образование, преимущественно без производственной квалификации. Большинство их составляли лица пожилого и среднего возраста, в основном мужчины. Однако было здесь немало и женщин — молодых и средних лет 35. В жизни этих людей религия существенной роли уже не играла. Их религиозные представления в достаточной степени оказались разрушенными.

 

Как показали материалы исследований, основную массу посещавших атеистические мероприятия не устраивала пропаганда, направленная лишь на разрушение религиозных представлений. Эта часть аудитории требовала серьезной работы по подъему ее общей культуры, широкой и всесторонней пропаганды общественно-политических и естественнонаучных знаний, норм коммунистической морали. Атеистическое воздействие на эту категорию людей было тем успешнее, чем теснее оно сочеталось с другими видами идейно-воспитательной работы. Стало быть, нужна была пропаганда, «заостренная против религиозных предрассудков»36. Главное ее назначение состояло в оформлении и закреплении марксистско-ленинского материалистического мировоззрения. Разумеется, необходимыми были и лекции, беседы, убедительно разоблачавшие сущность религиозного вероучения, показывавшие наносимый им вред. Критика религиозных мифов и догматов всегда играла и играет важную роль в очищении сознания людей от религиозного дурмана. Но это должны быть тщательно подготовленные, достаточно аргументированные выступления, содержащие подлинно научную критику религии. Итак, причины недостаточной эффективности атеистической пропаганды следовало искать прежде всего в ее научном уровне, содержании, качестве мероприятий, которые не всегда были достаточно высокими.

 

В 1966 году лекторская группа Минского обкома КПБ выяснила мнение 518 рабочих, занятых на пяти промышленных предприятиях, о прослушанных ими лекциях. Полностью удовлетворенных лекциями оказалось лишь 14,2 процента опрошенных. Остальные высказали существенные замечания, в числе которых были неудовлетворенность содержанием, преобладанием в лекциях общих фраз, отсутствием конкретных примеров и фактов, повтором материалов, широко известных из газет и радио. Около 40 процентов опрошенных указали на неудовлетворительное изложение материала, недостаточную общую и специальную подготовку лекторов, неумение обеспечивать высокий идейно-теоретический и научный уровень атеистической пропаганды.

 

Партийные организации области провели значительную работу по улучшению качества лекционной пропаганды, повышению идейно-теоретического уровня выступлений лекторов, расширению тематики. Особое внимание обращалось на активизацию членов общества «Знание» в атеистической пропаганде, привлечение к участию в ней ученых. Были укреплены научно-методические советы и секции общества, занимавшиеся пропагандой атеизма. Конкретные меры, направленные на устранение недостатков в данной области, выявленных в ходе массовых опросов населения, были осуществлены также в Брестской, Гомельской, Гродненской и других областях.

 

Опираясь на материалы конкретно-социологического анализа, партийные комитеты и организации Белоруссии стали более глубоко решать многие вопросы содержания и организации научно-атеистической пропаганды среди различных групп населения.

 

Полнее стала учитываться специфика атеистической пропаганды в молодежной аудитории. Молодежь представляет самую значительную социальную группу. В 1970 году поколение, родившееся после Великой Отечественной войны, составляло в Белоруссии около половины населения. Социологические исследования показали, что у подавляющего большинства юношей и девушек сформировать прочные атеистические убеждения. В упоминавшихся выше материалах Института философии и права АН БССР количество верующей молодежи в возрасте до 25 лет определялось в 5 процентов к числу опрошенных. Примерно такие же данные получила социологическая группа Гродненского обкома КПБ в результате опроса в 1967—1968 годах 2164 юношей и девушек в возрасте 14— 28 лет. Из всех опрошенных лишь 6,1 процента отнесло себя к верующим.

 

Хотя советская молодежь воспитывается идейно убежденной, преданной делу коммунизма, успешно овладевает марксистско-ленинским мировоззрением, исследователи были единодушны в необходимости углубления научноатеистической пропаганды во всех ее группах. Это обусловливалось тем, что религиозные организации основную ставку делали на молодежь, связывая с ней будущее церкви. Молодые люди рассматривались и рассматриваются в качестве главного объекта религиозного воздействия как со стороны служителей культа, так и убежденных верующих.

 

Основная работа по сокращению сферы влияния религии в этой области должна сводиться к перекрытию всех каналов ее распространения среди подрастающего поколения. Исследования убедительно подтвердили тот факт, что атеистическая пропаганда среди молодежи дает наибольший эффект, если ведется целенаправленно, строго дифференцированно, с учетом социально-демографических и других особенностей воспитуемых, условий их семейной жизни и трудовой деятельности, личных склонностей и интересов.

 

Особое место в системе атеистического воспитания подрастающего поколения занимают общеобразовательная школа, средние специальные и высшие учебные заведения, призванные формировать своих питомцев сознательными, убежденными атеистами. В то же время атеистическое воспитание молодежи не может ограничиваться лишь рамками учебного заведения, вестись в отрыве от работы с людьми старших возрастов, поскольку не все молодые люди учатся, многие из них учатся и работают либо только работают. Работающая молодежь в подавляющем большинстве трудится в общих коллективах с людьми старших возрастов, постоянно общается с ними, испытывает их влияние. Кроме того, верующие молодые люди — это, как правило, дети религиозных родителей. Следовательно, для успешного атеистического воздействия на молодежь необходимо соответствующим образом влиять и на всех взрослых, координировать, направлять к единой цели усилия семьи, учебных заведений, трудовых коллективов, общественных организаций.

 

Необходимость широкой, постоянной пропаганды научного атеизма в республике вытекала из факта относительно высокой религиозности женщин, получившей в процессе социологических исследований более конкретное выражение. Причины этого явления коренились в основном в сохранившихся кое-где остатках былого приниженного положения женщин, в загруженности многих из них малопроизводительным трудом, бытовыми мелочами, оторванности от трудовых коллективов, отсутствии условий для повышения общеобразовательного и культурного уровня. Наличие весьма и весьма ограниченного свободного времени у работающих женщин лишает их возможности систематически читать газеты, смотреть телевизионные передачи, слушать радио, посещать массовые мероприятия.

 

Если к этому добавить отсутствие у части женщин семей, неудачно сложившуюся личную жизнь и то обстоятельство, что они в первую очередь испытывают отвратительные последствия нравственных пороков (пьянства, грубости, невнимательности мужа, детей), а также недостаточный уровень работы общественных организаций по месту жительства, можно ясно представить, почему многие из них находили успокоение в церковных песнопениях, религиозно-нравственных проповедях, мнимом коллективизме сектантских общин. Это обстоятельство потребовало от партийных организаций пересмотра тематики, форм и методов атеистической пропаганды, ее резкого поворота в сторону интересов женщин, изменения подхода к подбору, обучению и воспитанию пропагандистских кадров, в частности, более активного привлечения, особенно для индивидуальной работы, женщин-пропагандистов.

 

Для обсуждения этих вопросов и разработки рекомендаций Минский обком КПБ, правление общества «Знание» совместно с Министерством культуры БССР в январе 1966 года провели в столице республики трехдневный семинар-совещание 37. На нем были рассмотрены пути освобождения женщин от религиозных предрассудков, особенности атеистической работы в женской аудитории. Большое внимание было обращено па роль советских праздников и обрядов как действенного средства коммунистического воспитания. Главная мысль, проходившая через все доклады и выступления, сводилась к тому, что научноатеистическая пропаганда среди женщин должна особенно тесно увязываться с конкретной практикой, направленной на полное уничтожение причин приверженности к религии.

 

21—24 июня 1969 года в Минске на базе проблемной лаборатории социологических исследований Белорусского государственного университета имени В. И. Ленина состоялся Второй межреспубликанский симпозиум социологов, изучавших проблемы брака и семьи в социалистическом обществе. Его участниками прослушано и обсуждено 90 докладов о положении женщин в семье и на производстве. В ряде выступлений освещались проблемы формирования научно-материалистических взглядов женской части населения.

 

Симпозиум разработал рекомендации по преодолению еще не устраненных противоречий между профессиональной и семейной ролями женщин, более широкому вовлечению их в трудовую и общественную деятельность, повышению квалификации, разосланные затем всем директивным, законодательным, исполнительным, общественным органам и организациям.

 

Благоприятные условия для научно-атеистической пропаганды среди женщин создает последовательное осуществление намеченной партией грандиозной программы социально-экономических преобразований, широкой совокупности мероприятий по развитию культуры, переустройству быта как городского, так и особенно сельского населения, расширению сети бытовых, детских, медицинских и иных учреждений, решению других социальных вопросов.

 

Конкретно-социологические исследования остро поставили вопрос о необходимости в целях коммунистического воспитания трудящихся более полного использования такого великого богатства, как свободное время, которое социалистическое общество щедро предоставляет в распоряжение человека. За последние 20 лет продолжительность рабочего времени трудящихся сократилась в нашей стране на одну треть — с 60 до 40 часов в неделю. Дальнейшее улучшение условий труда и отдыха, расширение свободного времени, создание предпосылок для его разумного использования, постановка культурно-воспитательной работы в соответствии с интересами и потребностями людей — неотъемлемая часть общественного прогресса в условиях развитого социализма.

 

К. Маркс, как известно, подчеркивая огромное социальное значение свободного времени, видел в нем «простор для развития способностей» человека38. В коммунистическом обществе, указывал он, мерилом богатства будет не рабочее, а свободное время39.

 

Разумеется, свободное время содержит лишь возможность для совершенствования человеческой личности. Главное — умело, с пользой для себя и общества распорядиться им. Между тем исследования показывали, что многие опрошенные иногда сознательно, а чаще неосознанно расходовали его не в том направлении, какого требует воспитание нового человека. Объясняется это не только слабо развитой в ряде мест материальной базой культуры, пробелами в организации разумного отдыха людей, но и тем, что еще имеются слои населения с неразвитыми вкусами и запросами, с недостаточным умением разумно организовать свое свободное время и культурно использовать его. Именно к таким слоям общества можно отнести верующих.

 

Как свидетельствуют материалы Института искусствоведения, этнографии и фольклора АН БССР, отношение городских жителей к распределению и использованию своего свободного времени в значительной степени дифференцировалось в зависимости от их социальной принадлежности, возраста, пола, семейного положения. Исследователи отметили наблюдавшуюся у всех слоев и групп устойчивую заинтересованность в активных, массовых формах проведения свободного времени, что в той или иной степени учитывалось культурно-массовыми и общественными организациями при обеспечении трудящихся такими формами досуга, которые обогащали их духовно, соответствовали их интересам и потребностям.

 

В сельской местности уровень культурных потребностей и интересов жителей был несколько ниже, чем в городах. Даже в населенных пунктах с относительно развитой материальной базой культуры, где постановка воспитательной работы в целом оценивалась положительно, остро ощущался недостаточно высокий уровень культурных запросов. Так, в деревне Комсомольское Копыльского района в каждом доме в 1965 году получали, как правило, пе менее двух газет, подписчикам поступало 83 наименования журналов. Деревня была полностью радиофицирована, многие имели телевизоры. На каждого жителя приходилось по 17 книг в сельской и школьной библиотеках, у многих, кроме того, имелись личные библиотечки. Ежемесячно каждый житель в среднем трижды смотрел кинофильмы. Работали начальная политшкола, теоретический семинар по проблемам коммунистического воспитания, университет сельскохозяйственных знаний. В то же время здесь каждый третий подписчик нерегулярно читал газеты, 37,5 процента жителей не смотрели кинокартин, половина не читала книг40.

 

Стало быть, сама по себе материальная база культуры — это лишь одна сторона проблемы свободного времени человека. Другая ее сторона — в умелом, эффективном использовании материальной базы для развития здоровых культурных потребностей людей, помощи им в разумном заполнении свободного времени. Конечно, в эти годы не снималась с повестки дня и задача укрепления материальной базы досуга. Но, как совершенно обоснованно отмечал Б. Грушин, сегодня проблема упирается не столько в то, что должны быть созданы новые, большие возможности для содержательного проведения досуга (в рамках определенной деятельности), сколько в то, что существующие возможности используются крайне недостаточно. Фактическое заполнение того или иного вида деятельности нередко происходит на уровне значительно более низком, нежели достигнутый обществом в целом.

 

Развитию у населения, включая и верующих, культуры досуга, потребности ко всемерному совершенствованию своих способностей содействовали, во-первых, улучшение организации отдыха государственными и общественными учреждениями, трудовыми коллективами, особенно по месту жительства людей, и, во-вторых, совершенствование организации воспитания, а также самовоспитания личности. Еще К. Маркс в «Капитале» писал о том, что более полное и рациональное использование трудящимися своего свободного времени «для образования, для интеллектуального развития, для выполнения социальных функций, для товарищеского общения, для свободной игры физических и интеллектуальных сил, даже для празднования воскресенья» 42 будет всемерно способствовать воспитанию всесторонне развитых людей, преодолению в их сознании и поведении пережитков прошлого. 

Категория: Религия | Добавил: fantast (18.01.2019)
Просмотров: 190 | Рейтинг: 0.0/0