Появление кружков и секций в СССР в 20-е годы

Вскоре после победы Октябрьской революции рабочие «Красного путиловца» решили организовать художественную студию для своих детей. Но в органах народного образования им посоветовали пока повременить. Когда делегаты при встрече с В. И. Лениным рассказали ему об этом, Владимир Ильич, обращаясь к присутствующим в его кабинете, воскликнул: «Вы слышите, что путиловцы хотят? Они хотят создавать свою трудовую интеллигенцию, а им говорят: «Подождите годик!» Никаких промедлений, студию надо организовать!»

 

До революции народные таланты не имели возможностей для творческого роста. Жалкой и незавидной была участь многих замечательных самородков — сказителей, акынов, кобзарей, песенников, живописцев, танцоров. Великий Октябрь впервые открыл поистине безграничный простор талантам из народа. Даже суровая пора гражданской войны и интервенции не могла остановить этот бурный поток.

 

Не успели отгреметь орудийные залпы на Украине, а легендарный Григорий Котовский сам привел в Киевскую консерваторию запевалу одного из своих полков. Во время экзамена красноармеец растерялся: не сумел спеть под аккомпанемент рояля. Тогда Котовский велел принести свою флейту. В сопровождении его молдаванской флейты красноармеец Панченко спел свою любимую песню и выдержал экзамен.

 

А вот другой, тоже весьма характерный эпизод из истории советской культуры.

 

...Они приехали в Москву из разных городов и в разное время: Михаил Куприянов из Ташкента, Порфирий Крылов из Тулы, Николай Соколов из Рыбинска. Все поступили во Вхутемас. У каждого были зоркий глаз, твердая рука и горячее сердце художника.

 

Николай на экзамен опоздал. Глянув на рисунки поступающих, оробел: кто рисовал крестиками, кто кубиками, кто стежками, а кто и совсем непонятно. Влияние футуристов было сильным. Соколов выбрал гипсовую голову и нарисовал ее карандашом просто. Нос как нос. Ухо как ухо. Мимо прошел мужчина с бородой, в косоворотке.

 

—           Чей рисунок? — спросил.

 

—           Мой,— ответил Соколов.

 

—           На конкурсе выделится.

 

Ректор В. А. Фаворский не ошибся. Николай прошел в числе первых. Работал он с душой, легко и много. Однажды (это было в 1924 году) нарисовал карикатуру, принес ее в стенгазету, которую вместе оформляли Куприянов и Крылов. Делали они все сообща и в шутку подписывали «Кукры», по начальным слогам своих фамилий. Рисунок Николая Соколова им понравился. Познакомились и разговорились. «Работай с нами, если хочешь». Газету стали оформлять втроем. Так «начались» Кукрыниксы.

 

Но интересно не только рождение столь знаменитого содружества, не менее примечательно и то, как каждый из них стал профессиональным художником. Ведь все они начали учиться по рабочей путевке. Порфирия Крылова, например, направил во Вхутемас Тульский оружейный завод, где он работал инструментальщиком. В его командировочном удостоверении, выданном союзом металлистов, так и значилось: «Посылается для завершения художественного образования».

 

О том, что конторский служащий Соколов увлекается живописью, знали его сослуживцы. Видели, как он после работы ходит в городскую студию. Они и выхлопотали ему путевку.

 

В середине 20-х годов Кукрыниксов разыскал Маяковский и попросил оформить пьесу «Клоп», которую ставил Мейерхольд. Высоко оценил творчество художников и Горький. Встречался с ними, давал ценные советы. Так, по «зеленой улице», входили в большое искусство посланцы народа. В 1933 году карикатуры Кукрыниксов стала помещать «Правда». В последующих номерах газета нередко сообщала, как наказаны высмеянные ими бюрократы, хапуги и лодыри. Кукрыниксы, став художниками, по-прежнему шли в ногу с рабочим классом.

 

В разных формах проявлялась тяга трудящихся к художественному творчеству. Маляр одной из глуховских фабрик, Федор Кузнецов, задумал вылепить статую Ленина. У скульптора-самоучки нашлось немало деятельных помощников — участников кружка изобразительного искусства. Работа была закончена в начале 1924 года.

 

Рабочие-скульпторы изобразили Ильича в полный рост. На барельефе, опоясывающем постамент,— фигуры ткачихи, шахтера, крестьянина и высечены ленинские слова: «Больше доверия к силам рабочего класса...»

 

Открытие монумента было назначено на 22 января. Стоял тридцатиградусный мороз. Тысячи людей из Богородска, Обузова и других поселков заполнили площадь. Никто еще не знал о горе, постигшем страну. Но вдруг людская масса всколыхнулась и замерла. «Товарищи! — прозвучало с трибуны,— Мы собрались на открытие статуи Ленина, но тяжкая весть о кончине нашего любимого Ильича заставляет нас открыть сегодня памятник великому вождю».

 

Пять суток днем и ночью сменялся почетный рабочий караул у памятника В. И. Ленину.

 

В 20-е годы многочисленные самодеятельные кружки возникали при заводах и фабриках, в городских и сельских клубах, в учебных заведениях и воинских частях. Совмещая занятие искусством с основной профессией, рабочие, крестьяне, служащие приобщались к культуре, повышали свой идейный и общеобразовательный уровень, становились истинными творцами духовных ценностей. В помощь им в 1932 году был открыт Центральный дом самодеятельного искусства, при котором заочно велось обучение руководителей кружков и самих участников. В 1936 году он был реорганизован в Центральный дом народного творчества имени Н. К. Крупской.

 

В те же годы ВЦСПС организовал первые республиканские и областные олимпиады и смотры. С 1936 года началось проведение в Москве декад национального искусства. Все это способствовало новому подъему художественной самодеятельности. В Киргизии, например, появилось хоровое пение. В Казахстане и Туркмении возникли сотни самодеятельных коллективов. В самодеятельности черпали кадры многие театры страны.

 

Кто не восторгался пением И. С. Козловского, С. Я. Лемешева, Б. Р. Гмыри. Но, вероятно, не все знают, что творческий путь этих выдающихся артистов начался в самодеятельных кружках. Из магнитогорской самодеятельности вышел композитор М. И. Блан-тер. Писателями стали и машинист А. О. Авдеенко, и рабочий завода имени Владимира Ильича Ю. Н. Либединский, и известный педагог А. С. Макаренко... Всем им дала путевку в творческую жизнь Советская власть.

 

На базе самодеятельных коллективов были созданы московский и ленинградский театры имени Ленинского комсомола, Государственный русский народный оркестр СССР имени Осипова и дважды Краснознаменный имени Александрова ансамбль песни и пляски Советской Армии.

 

В середине 30-х годов в самодеятельных коллективах занималось уже более трех миллионов человек. Среди них достойно были представлены все народы и народности СССР. Только в советских условиях художественная самодеятельность стала всенародной формой участия в развитии культуры и средством массового выявления народных талантов.

 

Все успехи советского искусства были неразрывно связаны с повседневной деятельностью партии, ее руководящей и направляющей ролью, с ее повседневным вниманием к жизни творческих организаций. Не было такого вопроса культурного строительства, который бы выпал из поля зрения партии, который бы не рассматривался на заседаниях партийных бюро и партийных комитетов, на пленумах райкомов, горкомов, на областных и республиканских совещаниях, съездах и конференциях.

 

Бурное развитие советской культуры, науки и искусства не могли остановить никакие сдерживающие моменты. А их было немало. Культурная революция в СССР проходила одновременно с индустриализацией и коллективизацией сельского хозяйства в исключительно сложных условиях капиталистического окружения. Экономить все еще приходилось на всем. Как ни стремительно росла сеть школ, клубов, кинотеатров, потребности и запросы трудящихся росли намного быстрее. Учащиеся нередко занимались в три смены. На всю страну (в начале 1938 года) приходилось 28,5 тысячи киноустановок, из них звуковых было менее половины. Общее количество радиоточек достигло 4 миллионов. Гигантское достижение! Но еще многие семьи не имели репродукторов, особенно в деревнях, где проживало две трети населения.

 

Остро ощущалась нехватка педагогов, актеров, музыкантов. В Российской Федерации, например, еще в 1934 году треть учителей в городе и половина на селе не имели специального образования.

 

Нельзя не сказать о помехах и другого рода. Развитию науки и культуры мешали методы административного вмешательства. Иногда безосновательно восхвалялись одни произведения и работы, резко отрицательно оценивались другие.

 

Но вопреки всем трудностям шел бурный процесс построения нового мира, воспитания нового человека — человека коммунистической морали. Лучшие творения наших ученых, писателей, музыкантов, работников кино, радио, просвещения находили горячий отклик и поддержку в сердцах миллионов трудящихся, миллионов читателей, зрителей, слушателей. В каждом из них рождалось, крепло, побеждало страстное желание лучше работать, созидать, учиться.

 

Маяком свободы и прогресса стала советская культура для всего передового человечества. Бесконечно разнообразным было ее революционизирующее воздействие.

Нельзя, например, не вспомнить историю создания фресок, которыми Рокфеллер задумал украсить вестибюль главного здания радиоцентра в Нью-Йорке. Американский мультимиллионер пригласил лучших живописцев и скульпторов, в том числе мексиканского художника Диего Ривера. Но, видно, не бесследно прошло для художника его пребывание в СССР! Когда заказчик-капиталист пришел посмотреть работу, он увидел... Ленина, соединяющего руки рабочего, негра и солдата.

 

А сколько -сил черпал зарубежный пролетариат в советской литературе! Рижский рабочий Жанне Зуймач рассказывает: в буржуазной Латвии существовал магазин иностранной книги. Коммунисты-подпольщики устроили туда своих товарищей. Но как обмануть цензуру? Как сделать, чтобы «проскочила» литература из СССР?

 

Зная, что цензор бегло просматривает работы по технике, они подавали ему в одной стопке учебники по сопротивлению материалов, холодной обработке стали и... книги Николая Островского. «Все это техника, техника»,— ворчит цензор и ставит штамп «К пользованию» на «Как закалялась сталь», не раскрывая страниц.

 

«А это что за «Железный поток»? Чертежей нет? Нет! У нас в Латвии мало заводов, зачем вы выписываете из России столько технических книг?» Тем временем цензору подкладывают «Цемент», «Энергию», «Гидроцентраль», и он снова штампует «К пользованию». «По таким книгам,— заканчивает свой рассказ Зуймач,— как «Железный поток», «Энергия», «Гидроцентраль», мы овладевали и русским языком и «техникой» революционной борьбы».

 

Поистине неоценим вклад советской культуры в мировую сокровищницу человеческих знаний, в развитие самых передовых идей, в познание самых глубоких истин.

 

В. И. Ленин писал: «Толстой-художник известен ничтожному меньшинству даже в России. Чтобы сделать его великие произведения действительно достоянием всех, нужна борьба и борьба против такого общественного строя, который осудил миллионы и десятки миллионов на темноту, забитость, каторжный труд и нищету, нужен социалистический переворот».

 

Этот переворот свершился. Ленинское предначертание сбылось. Произведения Л. Н. Толстого, как и все шедевры отечественной и зарубежной культуры, стали достоянием многомиллионых масс трудящихся. Наступила эпоха, когда государственной деятельностью занялись рабочие, колхозники, служащие. И не случайно П. Н. Ангелина получила из Нью-Йорка просьбу заполнить анкету для «Мировой биографической энциклопедии», где помещаются жизнеописания всех выдающихся деятелей человечества. Знатная трактористка ответила.

 

Впоследствии, прочитав в зарубежном журнале статью об английском лорде Бивербруке, Ангелина писала: «И я подумала: вот напечатают в той же «Мировой биографической энциклопедии» рядом две биографии — мою и лорда (я на букву «А», а он, лорд,— на «Б»), О нем: фамилия, имя, год рождения, дата свадьбы, отец, мать — бедняки, был разносчиком, стал лордом, владельцем многих газет.

 

Обо мне: фамилия, имя, год рождения, дата свадьбы, отец, мать — бедняки, была батрачкой, стала депутатом Верховного Совета СССР.

 

«Благодаря чему?» — спросят прочитавшие...

 

Да, без вопроса «благодаря чему?» нельзя понять и оценить жизненный путь советского человека, а значит, и мой. Главное ведь не во мне лично, а в том, что мой путь не есть исключение. И если тот господин Бивербрук, как справедливо сказано в журнале, «вышел из народа» в лорды, то я поднялась вместе со всем народом».

 

Так сказала коммунистка Прасковья Ангелина. Так говорят все советские люди. Это сама жизнь отвечает тем, кто в 1917 году даже возможность прихода большевиков к власти считал фантастикой.

Категория: История | Добавил: fantast (14.11.2022)
Просмотров: 17 | Рейтинг: 0.0/0