Главная » Статьи » Литература » Литературные статьи

Обзор литературы Дании, Норвегии и Швеции в конце XIX-начале XX века

Обзор литературы Дании, Норвегии и Швеции в конце XIX-начале XX века

В 60-е годы XIX в. на первое место выдвинулась русская литература, а за ней — литература скандинавских стран, в первую очередь норвежская. Это интересное явление отметил Ф. Энгельс в одном из своих писем: «За последние двадцать лет Норвегия пережила такой подъем в области литературы, каким не может похвалиться за этот период ни одна страна, кроме России» '.

Энгельс отмечает также ряд особенностей социально-политической жизни Норвегии, способствовавших такому расцвету литературы: свободолюбие норвежского народа, никогда не испытавшего крепостной зависимости, большой общественный подъем «в старом застойном существовании» Норвегии во второй половине XIX в.

Общественный подъем, о котором говорит Энгельс, это прежде всего подъем национально-освободительного движения. Норвегия пережила долгие столетия национального угнетения. В конце XIV в. все скандинавские страны были подчинены наиболее сильной в военном отношении Дании. Швеции удалось освободиться от датского владычества еще в XVI в., Норвегия оставалась в полной зависимости до начала XIX в. В 1813 г. датское правительство связало себя с Наполеоном и потерпело крах в связи с его поражением. С датским владычеством в Норвегии было покончено, но коалиция монархов-победителей по-своему распорядилась судьбой Норвегии. Власть над Норвегией была передана в 1814 г. шведскому королю. Эта насильственно навязанная Норвегии зависимость от Швеции получила название шведско-норвежской «унии» и вызвала страстное сопротивление норвежского народа. Правда, условия «унии» предусматривали ряд конституционных ограничений. Норвегия, в частности, имела свой парламент (стортинг), и самая зависимость от Швеции носила завуалированный характер. Но в Норвегии с момента создания «унии» началась и все ширилась национально-освободительная борьба. Все крупнейшие норвежские писатели были сторонниками этого движения.

 

Однако в самом движении были две стороны. К национальному самоопределению стремился народ, норвежское крестьянство и растущий рабочий класс. Но и наиболее передовая, радикальная буржуазия, заинтересованная в самостоятельной торговле с Англией, также требовала национальной независимости и, образовав так называемую левую партию (партию венстре), выступала в стортинге в качестве оппозиции. Она была склонна к компромиссам, а иногда шла и на прямое предательство.        

 

В 70-е и 80-е годы в Норвегии и Швеции происходит бурное развитие промышленности, главным образом добывающей — лесной, рыбной, а в Швеции и железорудной. В Норвегии создаются новые судостроительные заводы и верфи. Норвежская и шведская буржуазия включается в отчаянную погоню за наживой. В деревне (особенно шведской) исключительную роль начинает играть кулачество, происходит превращение крестьян в батраков или безработных. Быстрыми темпами оформляется норвежский и шведский пролетариат. Он во многом еще связан с крестьянством, разделяет его мелкобуржуазные иллюзии. Однако положительное влияние рабочего класса и начавшегося рабочего движения на общественную жизнь и на литературу несомненно.

 

В 1887 г. создается Норвежская социал-демократическая рабочая партия (НРП), в которой были сильны реформистские настроения. Укреплению настоящей пролетарской идеологии мешала текучесть норвежского пролетариата, систематическая эмиграция безработных в Америку, а также оппортунистическое влияние II Интернационала и местной радикальной буржуазии, которая до известной степени импонировала рабочим борьбой за расторжение «унии».

 

В 1905 г. «уния», наконец, была расторгнута в результате активного рабочего- движения, и Норвегия добилась полной самостоятельности. Сильно сказалось при этом и влияние русской революции 1905 г. Законные требования норвежского народ были поддержаны шведским пролетариатом, организовавшим ряд стачек. В. И. Ленин высоко оценивает деятельность шведского рабочего класса как пример пролетарской солидарности 1 и самую победу норвежской демократии над шведской аристократией2.

 

В идеологической области очень важной для Норвегии была борьба за норвежский литературный язык. Со времен датского владычества норвежской литературе приходилось пользоваться датским языком. Норвежский язык считался языком разговорным, чем-то вроде диалекта. Это оскорбляло национальные чувства норвежцев, и лучшие норвежские писатели повели борьбу за создание нового литературного языка. Особенно много сделал в этом отношении Ибсен. Так, ко второй половине XIX в. создается так называемый риксмол, литературный язык, объединивший элементы норвежского и датского языков (с преобладанием норвежского). Другая группа писателей и лингвистов боролась за торжество ланс-мола, т. е. чисто норвежского разговорного языка. В конечном счете официальным языком самостоятельной Норвегии стал именно лансмол, или новонорвежский язык, но за риксмолом сохранилось его литературное значение.

 

Норвежская драматургия второй половины XIX в. приобрела мировое значение. Генрик Ибсен стал одним из первых создателей европейской реалистической драмы, вывел европейскую драматургию из идейного и художественного тупика.

Бьёрнстьерне Бьёрнсон

(1832-1910)

Значительной фигурой в области прозы и драматургии был соотечественник и современник Ибсена Бьернстьерне Бьернсон. Он был не только писателем, но и выдающимся политическим деятелем, борцом за независимость Норвегии. Его жизненный и творческий путь переплетался с путем Ибсена. Они познакомились юношами-студентами в Христиании, всю жизнь были друзьями и даже породнились, что не мешало им резко сталкиваться по принципиальным вопросам. Непосредственно вслед за Ибсеном Бьернсон стал художественным руководителем Национального театра в Бергене, а затем (в 60-е годы) театра в Христиании. Творчество Бьернсона, как и творчество Ибсена, вначале было посвящено национальным и героическим темам и имело романтический оттенок, а затем, в 70-е годы, обрело реалистический характер, социальное звучание. Политически Бьернсон был всегда связан с радикальной партией венстре и не испытал такого разочарования в ней, как Ибсен.

 

В первый период творчества, в 50-е и 60-е годы, Бьернсон; в противовес пошлой и обыденной действительности, создает драмы, посвященные далекому прошлому Норвегии («Между битвами», «Хромая Гульда», «Злой Сигурд», «Сигурд Крестоносец», «Король Сверре»). В них он не только восхищается мощными, героическими характерами («Злой Сигурд»), сильными, демоническими страстями («Хромая Гульда»), но и правдиво показывает огромную роль крестьянства в истории Норвегии («Между битвами», «Король Сверре»).

 

В 70-е годы, годы обострения рабочего движения и общественной борьбы, Бьернсон окончательно переходит на позиции реализма и создает ряд социально-критических драм из современной ему эпохи («Банкротство», «Редактор», «Король» и др.).

 

Основные надежды Бьернсон, как и Ибсен, возлагает на отдельных борцов за справедливость, на смелых и честных одиночек. В пьесе «Редактор» такую роль выполняет положительный герой Гаральд Рейн, оратор и публицист, продолжающий дело своего брата, затравленного прессой.

 

В пьесах 80-х годов реалистическая заостренность несколько слабеет, в них появляются натуралистические элементы. Основное внимание Бьернсон уделяет теперь семейноэтическим проблемам, вопросам брака и воспитания.

 

Характерно, что, не будучи атеистом, Бьернсон подчеркивает вред религиозного воспитания и религиозной экзальтации, непригодность христианских идеалов в повседневной земной жизни (рассказ «Пыль», драма «Свыше наших сил»).

 

Бьернсон не уклоняется от изображения рабочего движения. Рабочему движению посвящена вторая часть драмы «Свыше наших сил» (1895). Первая ее часть (1883) рисует горячо верующего пастора Санга, который пытается исцелить молитвой свою неизлечимо больную жену. Она умирает на его руках, несмотря на страстные молитвы. Не перенеся этого, умирает и сам пастор Санг. Так Бьернсон отрицает религиозное чудо, которое оказывается «свыше наших сил».

 

Эта же тема отрицания чуда, но уже чуда политического, которым Бьернсон считает революцию, звучит во второй части, написанной много позднее. Здесь Бьернсон правдиво рисует ужасающие социальные контрасты, раздирающие Норвегию, роскошь мира предпринимателей и нищету рабочих и безработных. Сын пастора Санга, революционер’ Элиас Санг, помогает рабочим во время длительной забастовки. Убедившись, что силы и средства рабочих иссякли, он проникает в замок, где идет совещание капиталистов, и взрывает его. Во время взрыва погибает он сам, погибают и фабриканты.

 

Положения рабочих эта катастрофа не улучшает. Жестокий подвиг Элиаса Санга оказывается такой же ошибкой, как и религиозные иллюзии его отца. Бьернсон отрицает всякое наздфгае и солидаризируется с сестрой погибшего Элиаса Рахилью, которая действует иначе. Она открывает, больницу для бедняков и рабочих, собирает пожертвования, использует буржуазную благотворительность. «Довольно нечеловеческих чудес!—говорит она.— Нужно больше доброты и терпения!»

 

Интерес Б. Бьернсона к рабочему движению и острая проб-лемность его пьесы привлекли к ней всеобщее внимание. Вокруг нее разгорелась полемика, в которой приняли участие немецкие революционно-демократические критики (Ф. Меринг, К. Цеткин). Они оценили актуальность и честность Бьернсона, но подметили у него ошибочную трактовку рабочего движения, тяготение к реформизму. Бвернсон, в сущности, подме няет революцию анархическим террором, действительно заслуживающим всякого осуждения. Когда Рахиль восклицает: «Добро не должно прибегать к помощи динамита!» —она осуждает в первую очередь практику индивидуального террора.

 

В конце XIX в. писатели мирового значения выступают и в шведской литературе. Им приходилось творить в сходных с норвежскими условиях, если не считать такого важнейшего фактора, как норвежское национально-освободительное движение.

Сельма Лагерлеф

1858-1940

К неоромантическому направлению, которое сложилось в шведской литературе как своеобразный протест против буржуазной действительности, примыкала талантливая и оригинальная писательница Сельма Лагерлеф. Скромная учительница, происходившая из обедневшей дворянской семьи, она опубликовала в 1891 г. свое первое крупное произведение, которое принесло ей мировую известность,-^- «Сагу о Иесте Бер-линге». Затем последовали другие — роман «Чудеса антихриста» (1897), повесть «Иерусалим» (1902), этнографически-ска-зочное «Путешествие Нильса Хальгерсона по Швеции» (1907), цикл новелл «Гномы и люди» (1915) и т. д. Исключительная популярность писательницы на родине и за рубежом стала причиной избрания ее (первой женщины в Швеции) в члены Шведской Академии наук (в 1914 г.).

 

Сельма Лагерлеф прежде всего сказочница, как и ее любимый автор Г. X. Андерсен. В ее новеллах и романах действуют существа, созданные народной фантазией: гномы, тролли, домовые, мертвецы, вставшие из могил. Они участвуют в жизни людей, заботятся о них, направляют их решения. Однако эта фантастическая оболочка часто прикрывает подлинные социальные отношения. В сказочной новелле «Деньги господина Арне» показана губительная власть денег. В «Саге о Иесте Берлинге» чертами и повадками злого духа наделен жестокий заводчик Синтрам.

 

Наряду с возвышенной романтикой и обилием фантастических эпизодов мы встречаем в «Саге о Иесте Берлинге» и страшные сцены, исполненные жизненной правды,— грубый произвол морально одичавших помещиков и заводчиков, их издевательства над слабыми и .подчиненными.

 

Этому миру стяжателей и эгоистов противопоставлены люди из народа, рыбаки и лесорубы, с их обостренным чувством справедливости, а также главный герой «Саги» — выгнанный за пьянство пастор, талантливый и чистый сердцем Иеста Берлинг.

Сельма Лагерлеф остается идеалисткой в философских и политических вопросах. Она придает исключительное значение христианству и создает большой цикл «Легенд о Христе». Она злоупотребляет сопоставлениями социализма с христианством («Чудеса антихриста»). В ее взглядах христианские иллюзии переплетаются с идеями утопического социализма.

 

Однако свежесть и самобытность творчества С. Лагерлеф, а особенно ее искренний гуманизм, ненависть к войнам, открытые выступления против фашизма (в 30-е годы) делают весьма привлекательным ее писательский облик. Всемирный Совет Мира отметил в 1958 г. столетнюю годов-рождения.

Август Стриндберг

1849-1912

Крупнейшим представителем шведского критического реализма, испытавшим, однако, сильное воздействие натурализма и декадентства, был Август Стриндберг. Он выступил в печати в конце 60-х годов. В первый период творчества (70—80-е годы) Стриндберг — признанный вождь реализма в Швеции, поборник самых прогрессивных взглядов, противник монархии, атеист. Его интересует рабочий вопрос, он сочувственно относится к Парижской коммуне, знакомится с трудами Маркса, но больше увлекается идеями утопического социализма. Значителен его интерес к русской литературе, особенно к творчеству Л. Н. Толстого и Н. Г. Чернышевского.

 

Из ранних произведений Стриндберга наибольшего внимания заслуживает историческая драма «Мастер Улаф» (1872) -из эпохи реформации в Швеции. Она носит антиклерикальный и антимонархический характер, в ней прославляется народное восстание против короля. Но наибольшую славу Стриндбергу принес его сатирический роман «Красная комната» (1879). За внешними беглыми зарисовками жизни и быта начинающих художников и литераторов, обитателей «красной комнаты», раскрывается тяжелая жизненная трагедия — зависимость всех этих талантливых людей от капитала, полная бесперспективность их существования. Одни из них продают свое искусство и процветают, другие отходят от искусства и замыкаются в частной жизни (главный герой — поэт Фальк), третьи, самые непреклонные, погибают (скульптор Оле Монтанус).

 

Политические преследования заставили Стриндберга покину!*» в 1883 г. Стокгольм и провести 13 лет за границей, главным образом в Швейцарии и Париже. В Швейцарии он написал в 1884—1885 гг. сборник новелл «Утопии в действительности». В нем проявился его большой интерес к идеям Чернышевского. В первой новелле сборника («Студентка») показан путь француженки Бланш, отвоевывающей право на высшее образование и на брак по влечению сердца. Девушке помогают в ее борьбе русские студенты — поклонники Чернышевского. Она и ее возлюбленный приезжают во Францию на завод-коммуну, принципы устройства которой навеяны книгой Чернышевского «Что делать?». В следующей новелле сборника («Возврат») показана нелегкая судьба русских эмигрантов-ре-волюционеров, живущих в Швейцарии.

 

В те же 80-е годы Стриндберг создает ряд автобиографических романов: «Сын служанки» (1886—1887), «История одной души», «Исповедь безумца» (1888). В них, а также в сборнике новелл «Трагикомедия брака» (1884—1886) господствует тема распада буржуазной семьи, чудовищного падения нравственности. Однако в этих романах и новеллах все сильнее звучат новые ноты,' противоречащие прежним идеалам Стриндберга. Он становится теперь противником Ибсена в вопросе женской эмансипации, ярым антифеминистом. Многие его выпады против женщин (вызванные отчасти личными переживаниями, неудачным браком) грубы и не заслуживают серьезных возражений. Его постоянной героиней, которую он рисует с ненавистью и болью в душе, становится безнравственная женщина, стремящаяся поработить и унизить мужчину.

 

Второй период творчества Стриндберга (1887—1901) можно назвать натуралистическим. Он пропагандирует теории Гонкуров и Золя, стремится «копировать природу», гордится данным ему в Швеции прозвищем «фотографа». К драматургии он предъявляет теперь натуралистические требования: среда и наследственность становятся, по его мнению, роком современной трагедии.

 

В таком духе написаны драмы Стриндберга «Фрекен Юлия» (1888) и «Отец» (1887). Молодая аристократка Юлия сначала домогается любви лакея, потом обкрадывает отца, чтобы бежать со своим возлюбленным за границу. Когда этот план не удается, она перррезает себе горло бритвой. Все лихорадочные метания Юлии Объясняются наследственностью и средой: она последняя представительница деградирующего дворянского рода, дочь нервнобольной матери; ее воспитание носило причудливый, беспорядочный характер. Примитивные биологические побуждения руководят ее поступками.

 

Натуралистический спад творчества Стриндберга" закономерно приводит его к декадансу. Прежний защитник демократии, он теперь увлекается ницшеанскими идеями, прославляет одинокую сильную личность (повесть «Чандала», роман «На шхерах»), рассуждает об «аристократах духа». Прежний атеист, он увлекается новомодными теософскими теориями, впадает в мистицизм, говорит о вмешательстве духов в жизнь людей (роман «Ад», 1897). Его последние драмы («Путь в Дамаск», 1904, «Соната призраков», 1907) могут быть названы декадентскими. Идейное содержание трилогии «Путь в Дамаск»— богоискательство; она насыщена символами, аллегориями, реальное действие в ней почти отсутствует, конкретные имена заменены общими понятиями (Неизвестный, Врач, Дама, Больной и т. д.). Эти пьесы оказали влияние на немецких экспрессионистов. Стриндберг нашел в себе силы преодолеть влияние декаданса. В последние годы жизни он отрекся от ницшеанства и снова вернулся к демократическим идеалам юности. В исторических драмах последних лет («Карл XII», «Королева Христина» и др.) и в исторических трудах он развенчал образ Карла XII, боролся с его реакционным культом, доказывал превосходство Петра I как государственного деятеля. В статьях 900-х годов Стриндберг выступал против декадентской теории искусства для искусства».

 

Шведские рабочие чествовали Стриндберга незадолго до его смерти как крупнейшего писателя Швеции, разоблачители лжи и грязи буржуазного мира. Когда он умер, на его смерть, откликнулись статьями-некрологами А. Блок, М. Горький.

Георг Брандес

1842-1927

Большое (хотя и не всегда плодотворное) влияние на скандинавских писателей оказывал датский литературовед Георг Брандес. Это был прогрессивный общественный деятель и критик, одаренный блестящим литературным стилем. Однако отрицательное влияние на него оказали И. Тэн и натуралистическая теория. Брандес пытался ввести мощную молодую скандинавскую литературу в русло натурализма. В дальнейшем он несколько отошел от натурализма, увлекшись французским критиком середины XIX в. Сент-Бевом. Метод Бран-деса, как и метод Сент-Бева, в основном биографический: он стремится видеть за литературным произведением человека,. . его переживания, его душевное состояние. В таком духе построены многочисленные монографии Брандеса: о Шекспире, Гете, Вольтере, Ибсене, Дизраэли, Бьернсоне. При всех своих достоинствах они страдают недооценкой общественных факторов.

 

Брандес пользовался большой популярностью в России. Его труды переводились на русский язык, он был избран почетным членом Общества любителей российской словесности. Большая заслуга Брандеса в том, что он систематически знакомил скандинавских читателей с русской литературой. Им были написаны очерки о Пушкине, Тургеневе, Герцене, Чернышевском, Толстом, Горьком.

 

Брандес приветствовал первые явления пролетарской литературы на Западе, в частности книгу М. Андерсена-Нексе «Пелле-Завоеватель» (1912). В 1920 г. Брандес подписал манифест известной группы «Клартэ» в защиту молодой Советской республики.

 

Интенсивное развитие империализма в скандинавских странах способствовало резкому усилению упадочной буржуазной идеологии, декадентской литературы. В плену реакционной ницшеанской идеологии оказался талантливый норвежский писатель Кнут Гамсун, мастер психологического романа.

Кнут Гамсун

1859-1952

Гамсун (настоящее имя — Кнут Педерсен) прославился романом «Голод» (1890), который поразил читателей изображением страданий голодающего человека.

 

Сенсационным успехом пользовались любовно-психологические романы Гамс^Ьа, написанные в 90-е годы («Мистерии», «Пан», «Виктория»). Любовь часто предстает в них как взаимное мучительство. Лейтенант Глан (в романе «Пан») и другие герои Гамсуна становятся в какой-то мере воплощением ницшеанской «сильной личности», стоящей выше добра и зла.

 

У Гамсуна были попытки создать остросоциальные книги. Интересен в этом отношении его роман «Редактор Люнге» (1893), отчасти написанный в традициях Бьернсона. Гамсун дает образ редактора популярной газеты, который в погоне за сенсацией копается в частных делах сограждан и, не задумы-

ваясь, разрушает чужие жизни и репутации во имя выгоды.

 

В конце 90-х годов Гамсун создал драматическую трилогию, в которой мнимая идейная значительность и проповедь непреклонности прикрывает убогую реакционную идеологию. Трилогия посвящена философу Ивару Карено, охватывает 20 лет его жизни. В нее входят драмы «У врат царства» (1895), «Игра жизни» (1896) и «Вечерняя заря» (1898).

 

Ивар Карено обнаруживает исключительную твердость духа в защите своих взглядов. Он терпит нужду, его травят университетские профессора, издатели отказываются напечатать его книгу, наконец, от него уходит жена, а его имущество описывают за долги. Создается впечатление высокой принципиальности Ивара Карено, его радикализма. На самом деле взгляды, которые отстаивает Карено, антигуманистичны, реакционны. Это разновидность ницшеанства, апология войны и эксплуатации. Ивар Карено восклицает: «Я верю в прирожденного властелина, в деспота по природе, в повелителя, который становится вождем кочующих орд! Я верю в возвращение величайшего террориста, квинтэссенцию человека, Цезаря!... Я осмеиваю вечный мир и призываю войну, нечего заботиться о сохранении скольких-то жизней!»

 

И, отстаивая подобные взгляды, Карено проявляет стойкость и самоотречение! Бессмысленность такой ситуации вскрывает Плеханов в своей статье «Сын доктора Стокмана». Плеханов видит в пьесе Гамсуна колоссальную литературную ошибку: нельзя рисовать великое самоотвержение во имя человеконенавистнических идей. «Карено обнаруживает замечательно хорошее качество, стремясь к замечательно дурной и вдобавок еще к совершенно нелепой цели», а это сама по себе большая художественная ошибка писателя.

Карено ненавидит рабочих и обращается к капиталистам с призывом держать их в узде, истреблять их, охранять интеллигенцию, «аристократов духа» от рабочих.

 

В третьей части трилогии («Вечерняя заря») Карено капитулирует перед общепринятыми либеральными взглядами. Но это вовсе не крах человеконенавистнических идей, не переход героя на позиции гуманизма: Гамсун по-прежнему преклоняется перед ницшеанскими идеалами, а поведение своего героя рисует именно как позорную капитуляцию.

 

В начале XX в. Гамсун перешел к идеализации норвежского крестьянства (роман «Соки земли», 1917). В старости он сблизился с норвежскими фашистами (квислинговцами) и приветствовал вторжение немецких оккупантов. Когда Нервегия была освобождена от фашистских захватчиков, 90-летнему писателю пришлось испытать заслуженное негодование собственного народа. Но лучшее в его творческом наследии навсегда

вошло в мировую литературу.

 

Во время первой мировой войны Швеция и Норвегия соблюдали нейтралитет, способствовавший их материальному процветанию. Однако обогатилась в основном буржуазия, которая торговала с обеими воюющими сторонами, поставляла им сталь, никель и т. п.

 

Октябрьская революция в России вызвала волну забастовок в скандинавских странах, а в Норвегии даже революционную ситуацию (образовались Советы рабочих депутатов). В Исландии достигла резкого подъема борьба за независимость от Дании. В скандинавских странах образовались компартии: в 1919 г. — в Дании, в 1921 г. — в Швеции, в 1923 г. — в Норвегии. Деятельность компартий оказывала^ неизменное положительное влияние на общественную жизнь скандинавских стран. В Норвегии в 30-х годах был предотвращен угрожавший ей фашистский переворот. Но в 1940 г. гитлеровские войска высадились в Норвегии и при поддержке местных квислин-говцев захватили страну. Началась ожесточенная борьба всех передовых сил страны с чужеземными захватчиками. Компартия ушла в подполье, создались партизанские отряды, многие норвежцы эмигрировали в Англию и продолжали бороться с германским фашизмом. В 1944 г. началось освобождение Норвегии советскими войсками при поддержке местных сил Сопротивления.

Нурдаль Григ

1902-1943

В послеоктябрьские годы создается современная прогрессивная норвежская литература. Ее крупнейшие представители— Нурдаль Григ, рабочий поэт Рудольф Нильсен (1901— 1929) и др. Нурдаль Григ — моряк, выступивший в 1924 г. с романом «Корабль идет дальше». Он поэт, драматург (автор драм «Атлантический океан» и «Наша честь, наше могущество», 1935), издатель прогрессивного журнала, друг Советского Союза, где он провел два года (1933—1935), участник боев за свободу Испании.

 

Григ — неутомимый разоблачитель жестокости и лицемерия капиталистического мира. В его драме «Атлантический океан» изображен смелый летчик Равен, мечтающий принести славу Норвегии трансатлантическим перелетом, но погибающий из-за преступной небрежности предпринимателей и дельцов, поднявших шумиху вокруг его полета, но не подготовивших его по-настоящему. В драме «Наша честь, наше могущество» раскрыты позорные страницы деятельности норвежской буржуазии в первую мировую войну, когда она, прикрываясь нейтралитетом, вела торговлю с обеими воюющими коалициями и обрекла на гибель немало норвежских моряков. В драме показаны безработица, революционные бои норвежского пролетариата. Н. Григ высказывает мысль, что буржуазия уже не имеет прав на патриотизм, на национальный флаг Норвегии, — он должен перейти к рабочим.

 

Н. Григ был смелым борцом за свободу Норвегии от фашистских захватчиков. Он погиб при бомбардировке Берлина, находясь на борту самолета в качестве военного корреспондента. В Норвегии свято чтут его память. В Бергене ему был воздвигнут памятник. Патриотизм и осуждение войн — ведущие темы лирических сборников Н. Грига («Норвегия у нас в сердце», «Свобода», «Когда окончится война»).

 

Крупнейшим скандинавским писателем послеоктябрьского периода был датский романист Мартин Андерсен-Нексе, представитель пролетарской литературы и социалистического реализма за рубежом.

Категория: Литературные статьи | Добавил: fantast (16.10.2016)
Просмотров: 50 | Теги: норвегия, Литература, Дания, Швеция | Рейтинг: 0.0/0