Главная » Статьи » Литература » История зарубежной литературы XVIII века

Баллады Гёте

Баллады Гёте

Классические баллады Гёте значительно отличаются от его ранних баллад. Лирическое начало отступает перед связным, развернутым повествованием. Вместо создания настроения — максимальная конкретность образного строя и языка — «предметный стиль», как говорит Гёте. В первых двух балладах он служит основой для выражения большой и сложной рациональной идеи.

 

«Коринфская невеста» высоко оценена Белинским и Чернышевским. В основе ее лежит тема о столкновении античного жизнерадостного язычества с аскетизмом христианства. Действие происходит в первые века христианства. Молодой афинянин приходит в Коринф, чтобы встретиться с девушкой, с детства предназначенной ему в жены. От него скрывают, что перешедшие в христианство родители невесты отдали свою дочь в монастырь, где эта жизнерадостная девушка умерла, не вынеся мрачного затворнического режима. Гёте полностью на стороне язычества. Устами вставшей из гроба девушки поэт говорит:

 

И богов веселых рой родимый Новой веры сила изгнала,

 

И теперь царит один незримый,

 

Одному распятому хвала!

 

Агнцы боле тут Жертвой не надут,

 

Но людские жертвы без числа!

 

(Пер. А. К. Толстого)

 

Против мистики, суеверий, тяги к потустороннему направлена идея баллады «Кладоискатель».

 

Переписка Гёте и Шиллера (1794—-1805) — важнейшее свидетельство их творческого содружества. В письмах из Веймара в Иену, из Иены в Веймар, дополненных беседами при встрече, позднее, после переезда Шиллера в Веймар (1799)—из двух точек маленького городка, обсуждаются произведения обоих друзей («Мейстер», «Валленштейн» и др.). Гёте получает от Шиллера важные советы по перестройке «Фауста». Совместно вырабатываются новые взгляды на задачи романа, трагедии и т. д. Переписка с Шиллером опубликована Гёте в 1829 году. Это один из важнейших источников ознакомления с литературной теорией веймарского классицизма.

Годы учения Вильгельма Мейстера

Главные произведения Гёте 90-х годов — роман «Годы учения Вильгельма Мейстера» (1795—1796) и первая часть «Фауста» (1797—1801, опубликована в 1808 году). Теперь, в первые годы после французских событий, Гёте подвергает переосмыслению написанное ранее. Почти полностью сохраняя прежний текст, он вводит в него мотивы, которые создают новую идейную перспективу.

 

«Годы учения Вильгельма Мейстера» и «Фауст» — произведения во многом родственные, так сказать параллельные. Выдвинутые критической эпохой вопросы разработаны в романе на материале близкой жизни, в разрезе бытовом и национальном, в «Фаусте» примерно те же вопросы поданы в широкой философской перспективе, в масштабе судеб человечества.

 

В романе рассказана история молодого бюргера. Вильгельма тяготит серая, будничная атмосфера родительского дома, и он, в конце концов, уходит от этой сытой и бесцветной жизни. Гёте говорит Здесь о конфликте, типическом для молодежи тех лет. Перед нами, кроме Вильгельма, его сверстник и друг Вернер, который чувствует себя великолепно в окружающей среде: для него нет высшей цели, как добывание прибыли.

 

Ошибка Вильгельма не в том, что он порвал с миром, где процветает Вернер, а в том, что он думал найти прибежище в мире красивых иллюзий, на театральных подмостках, где, исполняя на сцене возвышенные роли, он хотя бы на время сможет возвыситься над бескрылой жизнью бюргера. В детстве на него сильное впечатление произвел театр марионеток, отсюда родилось увлечение всем, что связано с театром. По существу, это всего только отдушина в его жизни, но Вильгельм вообразил, что у него подлинное призвание к театру. Влюбившись в актрису Марианну, он намерен бежать с ней, стать актером. Любовная неудача опрокидывает этот план. Но когда он путешествует по поручению отца и встречается со странствующей труппой актеров, в нем снова пробуждается влечение к театру. Он пренебрегает полученным коммерческим поручением, постепенно сближается с актерами и вместе с ними едет в Замок графа, где впервые знакомится с великосветским обществом и разочаровывается в нем. Вскоре после отъезда из замка труппа подвергается нападению солдат-мародеров, Вильгельм опасно ранен. Появление прекрасной Амазонки оказывается весьма кстати. Вильгельму оказана медицинская помощь. Но незнакомка уезжает, не оставив ни имени, ни адреса. Вильгельм и его спутники прибывают в город, их принимают в труппу Зерло. Здесь Вильгельм ратует за постановку «Гамлета» и с успехом играет главную роль.

До сих пор (кн. 4—5) действие романа развивается приблизительно так же, как и в Пра-Мейстере: те же лица — Вильгельм и Вернер, актеры и актрисы: Марианна, чета Мелина, наполовину загадочные Миньона и Арфист, Зерло и Аврелия, люди из замка: граф, графиня, баронесса, блестящий офицер Ярно, который обращает внимание Вильгельма на Шекспира, наконец таинственная Амазонка. Как будто бы здесь все то же, что в «Театральном призвании», но это не то. Там эти встречи необходимы как школа большого театрального деятеля. Здесь это уже школа не актера, а школа жизни молодого человека, который, отталкиваясь от мира корысти и эгоизма, проходит через иллюзорные искания, чтобы, расширив свое знакомство с реальной жизнью, преодолеть ошибки и выйти к зрелому пониманию своего места и цели.

 

Давней традицией романа XVIII века являются похождения главного героя. У Гёте тоже элемент занимательности играет роль, но он подан в сильно облагороженной редакции; сложное положение Занимает Вильгельм между несколькими женщинами — спасенной им из рук жестокого хозяина труппы канатоходцев Миньоной, в сердце которой впервые пробуждается любовь, Филиной, старающейся его увлечь, Аврелией и, наконец, промелькнувшей перед ним Амазонкой.

 

Но в мире дел театральных Вильгельм не находит того, что он искал. Постепенно он начинает понимать, что призвания к театру у него нет. Он хорошо сыграл роль Гамлета, другие роли играет хуже. Ему удаются только роли тех людей, в которых он находит родство с собой. Подлинное перевоплощение ему не дается. С грустью узнает он о том, что другие актеры, исполняя роль Гамлета, имели еще больший успех, чем он.

 

Автор уводит своего героя из мира театральных интересов и приводит к «новым людям». Это просвещенные дворяне, гуманисты, патриоты — Лотарио и его сестра Наталия (Амазонка), Ярно, Аббат, Тереза, молодой хирург. Им чужды какие-либо революционные порывы, но они уверены в том, что необходимо изменить ныне существующее общество к лучшему. Во имя этого они готовы отказаться от части своих сословных привилегий, от части принадлежащих им земель. Они готовы сотрудничать с людьми любого звания, которые мыслят с ними согласно. Главное для них — отказ от созерцательного отношения к вещам, обращение к социальной практике, к деятельному гуманизму.

 

Программа Лотарио и его друзей робка и мало конкретна. Но Гёте неоднократно говорил о том, что рисовать конкретно картины будущего общественного устройства нелепо. То, что здесь дает Гёте, это не рецепт, а лишь призыв к сплочению всех передовых людей во имя постепенного и мирного перехода к новому, более совершенному общественному строю. Гёте идеализирует не дворянство, как таковое, а «новых дворян», то есть тех, кто вынес урок из революционных событий во Франции. Не забудем, Германия и в 90-х годах оставалась в основном страной аграрной, с отсталой промышленностью и слабой буржуазией. Гёте уверен, что от зажиточных бюргеров не приходится ждать никаких жертв, никакого проявления патриотизма, и он показывает это образом Вернера.

 

Герой романа Вильгельм, попав в круг людей «деятельных», обретает наконец цель в жизни, от иллюзий обращается к практической деятельности, в которой бюргерская корысть никакой роли не играет. Если его уход в театр означал в значительной мере заботу о развитии собственной личности, то теперь на первый план его сознания выходит максима: «Только все люди составляют человечество и только все силы в совокупности — мир». Внешним образом сближение Вильгельма с миром «новых людей» подчеркнуто тем, что Вильгельм становится женихом Наталии (Амазонки).

 

Следует признать, что тема и образы «новых людей» разработаны в романе значительно более схематично, чем люди из мира театра. Ведь Гёте не столько знаком с такого рода людьми, сколько хотел бы их найти. И самая программа желательной деятельности тоже рисуется ему туманно.

Категория: История зарубежной литературы XVIII века | Добавил: fantast (13.05.2016)
Просмотров: 86 | Теги: Литература | Рейтинг: 0.0/0