Восточно-Прусская операция. Великая Отечественная война

В те же недели, когда 1-й Украинский и 1-й Белорусский фронты вели победоносное наступление от Вислы до Одера, развернулось наступление 2-го и 3-го Белорусских фронтов в Восточной Пруссии. Эта операция была составной частью общего наступления, проводимого Ставкой Верховного Главнокомандования Советских Вооруженных Сил.

 

Оборона Восточной Пруссии занимала большое место и в планах гитлеровского командования. Она преграждала выход к Нижней Висле и далее в Померанию к Одеру и Эльбе; на этом операционном направлении лежали пути к Берлину с северо-востока, здесь прикрывался от ударов с моря северный фланг гитлеровской Германии.

 

На порты Пиллау, Гдыня, Данциг и далее по побережью базировался гитлеровский военно-морской флот., Он обеспечивал связи и поддержку группы армий «Север» в Курляндии, оказывал влияние на политику Швеции, на положение в оккупированных странах Скандинавии. Отсюда на международные морские коммуникации отправлялись немецкие подводные лодки, и гитлеровские адмиралы полагали, что с вводом новейших субмарин они завоюют господство в мировом океане.

 

Из Восточной Пруссии, нависавшей над Польшей, открывались, как уже было сказано, возможности для ударов по войскам, наступающим от Варшавы на Берлин.

 

Разработкой планов использования Восточной Пруссии занимались поколения немецких генералов. Немецкий генерал Тренер в своей книге «Завещание Шлиффена» писал: «Шлиффен путем многолетней работы нашел способ, как вести наступление в Восточной Пруссии даже против превосходящих сил противника; его воззрения могли почитаться за общее достояние генерального штаба. Едва ли нашелся хотя бы один офицер генерального штаба, который в мирное время пе занимался бы подробно проблемой активной обороны Восточной Пруссии».

 

Укрепления Восточной Пруссии создавались веками. Здесь соседствовали замки ордена тевтонов и крепости периода Семилетней войны, укрепления первой мировой войны и кануна второй мировой войны с новейшими железобетонными сооружениями и полевой обороной конца Великой Отечественной войны. Не только военная фортификация, но и гражданское строительство велось в соответствии с планами войны. Каменные строения помещичьих имений, кулацких дворов, целые села и города приспосабливались к обороне.

 

Восточная Пруссия была вотчиной помещиков, немецких генералов, базой пруссачества, извечным плацдармом милитаризма. Отсюда тевтоны начинали свое наступление на Восток («дранг иах Остен»); здесь в битве при Грюнвальде они были биты польскими, литовскими и русскими воинами; здесь у деревни Таненберг разыгрались крупнейшие бои в начале первой мировой войны; из этих мест кидались немецкие империалисты на северо-восток — в Прибалтику, на юг — на Польшу; здесь же на сборищах фашистов Гитлер провозглашал, что начинает свой натиск с территории, где 400 лет назад были остановлены рыцари ордена тевтонов, и здесь же у начала стратегических направлений на Москву и Ленинград Гитлер расположил свою ставку («Вольфсшанце»). И сюда с оккупированных территорий СССР гитлеровцы свозили советских людей, превратив Восточную Пруссию в рынок рабов для немецких помещиков, в район концлагерей.

 

В 1945 г. гитлеровское командование сосредоточило в Восточной Пруссии группу армий «Центр», имевшую 40 дивизий, специальные войска, части фольксштурма (до 200 тыс. человек), 8200 орудий и минометов, 700 танков и штурмовых орудий и 515 самолетов.

 

В планах советского командования борьба за Восточную Пруссию имела не только военный смысл; нужно было навсегда ликвидировать этот извечный центр милитаризма, базу фашистской агрессии. Ставка решила разгромить группу армий «Центр» силами 3-го и 2-го Белорусских фронтов, Краснознаменного Балтийского флота и авиации дальнего действия. 3-му Белорусскому фронту (командующий генерал И. Д. Черняховский, член Военного совета генерал В. Е. Макаров, начальник штаба генерал А. П. Покровский) была поставлена задача: наступлением с востока на запад — на Тильзит, Инстербург — разгромить обороняющуюся в этом районе группировку противника и овладеть Кёнигсбергом. 2-й Белорусский фронт (командующий маршал К. К. Рокоссовский, член Военного совета генерал А. Е. Субботин, начальник штаба генерал А. Н. Боголюбов) получил задачу наступать с юго-востока на север, северо-запад — на Эльбинг, к Балтийскому морю, отрезать территорию Восточной Пруссии от Восточной Померании и во взаимодействии с 3-м Белорусским фронтом разгромить, уничтожить группу армий «Центр».

 

Вместе с тем наступление 2-го Белорусского фронта лишало группу армий «Центр» возможности наносить контрудары из Восточной Пруссии во фланг 1-го Белорусского фронта, наступающего от Варшавы на Познань.

 

2-й и 3-й Белорусские фронты превосходили противника в живой силе в 2,8 раза, в артиллерии — в 3,4, в танках — в 4,7, в авиации — в 5,8 раза. 13 января войска 3-го Белорусского фронта перешли в наступление. Густой туман, надвинувшийся в то утро с Балтийского моря, скрыл позиции противника, видимость не превышала 200 м, что исключало действия ВВС, затрудняло стрельбу артиллерии. Несмотря на двухчасовую артиллерийскую подготовку, значительная часть огневых средств противника уцелела, и наступающие были встречены эффективным огнем.

 

В полосе главного удара, на гумбинненском направлении, противник имел множество дотов, минные поля, колючую проволоку, каменные здания, приспособленные к обороне, разветвленную систему траншей, по 70 орудий на 1 км фронта. Его дивизии оборонялись на участках в 3 км по фронту при норме 10—12 км.

 

В первый день наступления войскам 5-й армии генерала Н. И. Крылова, атаковавшим в полосе главного удара, удалось продвинуться всего на 1,5—2 км. На второй и третий день боев противник подтянул резервы, повел яростные контратаки. Траншеи, населенные пункты и даже отдельные здания переходили из рук в руки. Туман по-прежнему скрывал поле боя. Вся тяжесть прорыва легла па пехоту, на орудия и танки сопровождения, которые вели огонь почти в упор. Штабы полков и дивизий приблизились к боевым порядкам наступающих войск.

 

К исходу 15 января войска 5-й армии преодолели оборону на глубину 15 км. На следующий день погода улучшилась, и в воздухе появилась советская авиация. В бой был введен 2-й гвардейский Тацинский танковый корпус генерала А. С. Бурдейного. Он прорвался во вторую полосу обороны, но выйти на оперативный простор не смог.

 

Прорыв, подобный совершенным на 1-м Белорусском и 1-м Украинском фронтах, не удавался. Здесь, на гумбинненском направлении, у противника было больше долговременных укреплений, каналов, рек, населенных пунктов, чем в центральной Польше. Это затрудняло маневрирование танков, а два танковых корпуса, которыми располагал 3-й Белорусский фронт, не имели той пробивной силы, какую имели танковые соединения других фронтов.

 

На шестые сутки наступления, продвинувшись на 20 км, 5-я армия оказалась на фланге противника, оборонявшегося севернее, против 39-й армии генерала И. И. Людникова. Оценив обстановку, командование фронта быстро повернуло на север 1-й танковый корпус генерала В. В. Буткова и 2-й гвардейский Тацинский танковый корпус. Вместе с дивизиями 39-й армии они атаковали обнажившийся фланг противника и в глубине его обороны резко повернули на юго-запад. Обходя очаги сопротивления, танкисты прошли с боями 40 км, форсировали Инстер, перерезали дорогу Инстер-бург — Кёнигсберг. В немыслимых, казалось, условиях они придали борьбе маневренный характер.

 

Вслед за танковыми корпусами генерал И. Д. Черняховский бросил в наступление второй эшелон фронта — 11-ю гвардейскую армию генерала К. Н. Галицкого. Развивая наступление, все общевойсковые армии фронта — 5-я генерала Н. И. Крылова, 39-я генерала И. И. Людникова, 43-я генерала А. П. Белобородова, 28-я генерала А. И. Лучинского, 2-я гвардейская генерала П. П. Чан-чибадзе — овладели сотнями населенных пунктов, городами Гум-биннен, Тильзит, Инстербург, обошли Кёнигсберг с юго-запада и северо-запада.

 

Как ни велик был успех 3-го Белорусского фронта, он еще не означал победы в Восточной Пруссии. Кёнигсберг со старинными крепостными фортами, подготовленными для современного боя, мог долго сопротивляться; из Померании по автостраде Эль-бинг — Кёнигсберг и морем из портов Германии и Курляндии в Восточную Пруссию шли подкрепления. Вся ее территория южнее Кёнигсберга и до Вислы, особенно в районе Мазурских озер и привислинских крепостей, была сильно укреплена. Гитлер под страхом смертной казни запретил войскам оставлять позиции. Даже при поражении группа армий «Центр», отойдя в Померанию, могла образовать новый мощный рубеж обороны на Нижней Висле.

 

Но все это было предусмотрено советским командованием, и оно определяло ход событий. 14 января с ружанского и сероцкого плацдармов на р. Нарев перешел в наступление в направлении Пшасныш, Цеханув, Млава 2-й Белорусский фронт. Перед ним также была глубокая оборона противника, предстояло одолеть Млавский укрепленный район, но у маршала К. К. Рокоссовского было больше свободы маневра и больше танковых сил, чем в 3-м Белорусском фронте.

 

Вслед за решительными атаками передовых батальонов пехоты с танками развернулось наступление дивизий. Этому предшествовала двухчасовая массированная артиллерийская обработка позиций противника.

 

Командование группы армий «Центр» поняло, чем грозит удар советских войск с юга в тыл Восточной Пруссии, и спешно бросило в контратаки части танковой и моторизованной дивизий, отдельный батальон танков «тигр», противотанковую артиллерию. Им удалось задержать наступление советских войск.

 

В это время снова сказалось взаимодействие советских фронтов, организуемое Ставкой Верховного Главнокомандования.

 

Наступление 3-го Белорусского фронта притянуло часть резервов группы армий «Центр» к району Инстербург —Кёнигсберг, а наступление 1-го Белорусского фронта заставило гитлеровское командование снять из Восточной Пруссии танковый корпус «Великая Германия», чтобы спасти положение на познанском направлении.

 

Командование 2-го Белорусского фронта двинуло в наступление два танковых корпуса — 1-й гвардейский Донской танковый генерала М. Ф. Панова, 8-й гвардейский танковый генерала А. И. Попова, а также 18-й механизированный корпус генерала А. Н. Фирсовича. Удары этих корпусов взломали тактическую полосу обороны противника. Развивая их успех, продолжали наступление общевойсковые армии: 2-я ударная генерала И. И. Фе-дюнинского, 3-я генерала А. В. Горбатова, 4-я генерала Н. И. Гусева, 65-я генерала П. И. Батова. Германское верховное командование спешно усилило здесь оборону шестью дивизиями, и борьба на Млавском и других укрепленных рубежах обострилась.

 

17 января маршал К. К. Рокоссовский ввел в бой на главном направлении 5-ю гвардейскую танковую армию генерала В. Т. Вольского. Гвардейцы-танкисты при поддержке ВВС фронта с ходу пробились в Млавский укрепленный район.

 

К 19 января войска фронта, прорвав оборону на 110 км по фронту и на 60 км в глубину, перешли к преследованию врага.

 

Млавский укрепленный район был взят, дивизии оборонявшей его 2-й армии разбиты, штабы немецких войск бежали, управление ими было сорвано — все перемешалось. Взятые в плен летчики сбитых немецких самолетов показывали, что их посылали разыскивать штабы своих же войск. Беспорядок в стане противника превратился во всеобщую панику, когда гаулейтеры приказали взрывать и сжигать все и вся, а немецкому населению уходить с территории, занимаемой русскими.

 

В последней декаде января ударили морозы, началась пурга. Автотранспорт отставал. По снежным сугробам шли только танки. Горючее и снаряды подвозили с перебоями.

 

И все же 5-я гвардейская танковая армия рассекла сухопутные коммуникации, связывавшие Восточную Пруссию со всей Германией, ее 29-й корпус генерала К. М. Малахова пробился у Эльбин-га к Балтийскому морю. Восточная Пруссия из плацдарма для наступления и контрударов, каким ее хотел сделать гитлеровский генштаб, превратилась в западню для группы немецких армий «Центр».

 

Пытаясь спасти свои войска, германское верховное командование бросило из Померании в Восточную Пруссию резервы, приказало группе армий «Центр» пробиваться им навстречу.

 

5-й гвардейской танковой армии пришлось отражать яростные атаки с востока (из Восточной Пруссии) и с запада (из Померании). Немцы уже прорывались к штабам танковых корпусов и к штабу армии, но танкисты устояли в этих боях, а подоспевшие резервы фронта стали отбрасывать врага на восток и на запад.

 

Вся восточнопрусская группировка была рассечена. На Зем-ландском полуострове 4 дивизии противника оказались прижатыми к морю; другие 5 дивизий нашли убежище в окруженном и блокированном Кёнигсберге, около 20 дивизий были окружены южнее и юго-западнее Кёнигсберга. Войска 2-го и 3-го Белорусских фронтов захватили огромное количество боевой техники врага, взяли в плен свыше 50 тыс. солдат и офицеров, еще больше враг потерял убитыми и ранеными. Советские войска освободили из концентрационных лагерей Восточной Пруссии 67 тыс. человек.

 

Перед войсками 3-го Белорусского фронта стояла задача окончательно разгромить и уничтожить окруженную группировку в составе 20 дивизий в Хейльсбергском укрепленном районе, в крепости Кёнигсберг и на Земландском полуострове. Но это уже было задачей следующего этапа Восточнопрусской операции, который был наиболее продолжительным. По сложившейся оперативной обстановке в период с 10 февраля по конец апреля 3-м Белорусским фронтом во взаимодействии с Балтийским флотом и Зем-ландской группой войск 1 были проведены три самостоятельные, но взаимосвязанные операции. Первая из них имела целью уничтожение блокированной хейльсбергской группировки, вторая — кёнигсбергской и третья — Земландской группы войск врага. Проведение этих трех операций проходило в чрезвычайно трудных условиях, потребовавших от войск и командования больших усилий.

 

В эти дни командующий фронтом генерал И. Д. Черняховский находился на тех участках фронта, где положение было наиболее трудным; пренебрегая опасностью, он появлялся там, где более всего нужна была его помощь. 18 февраля на поле боя И. Д. Черняховский погиб. Командование фронтом по приказу Ставки принял Маршал Советского Союза А. М. Василевский.

 

Борьба продолжалась с нарастающим ожесточением.

 

Коммунисты и комсомольцы первыми шли на выполнение труднейших заданий, они возглавляли атаки и, жертвуя своей жизнью, увлекали за собой остальных. В февральских боях летчик истребительного полка лейтенант С. С. Долгалев при выполнении боевого задания был сбит вражеской артиллерией и на горящем самолете сделал вынужденную посадку на территории врага. На выручку ему вылетел на самолете По-2 летчик В. Г. Михеев. Под огнём вражеской артйллерйй он перелетел фронт, нашел Долга-лева; приземлившись на глазах у фашистов, взял его на борти доставил на свой аэродром. За мужество и отвагу при спасении своего командира В. Г. Михеев был награжден орденом Боевого Красного Знамени. Вместе с советскими летчиками в этот период вели героическую борьбу с фашистами французские летчики авиаполка «Нормандия — Неман». За доблесть и мужество в этих боях-полк был награжден орденом Боевого Красного Знамени.

 

Бесстрашно действовал старший лейтенант А. А. Космодемьянский, брат героической Зои. Под сильным огнем врага он выдвинул свою батарею на прямую наводку к форту Королева Луиза, разбил его ворота и заставил капитулировать 350 солдат и офицеров.

 

День за днем кольцо советских войск сжималось вокруг группировок врага. В последних числах марта прекратила существование его самая крупная — хейльсбергская группировка.

 

С 13 по 29 марта войска фронта уничтожили свыше 93 тыс. и пленили 46 тыс. немецких солдат и офицеров. На очередь встало взятие Кёнигсберга.

 

Взятие столицы Восточной Пруссии — города-крепости Кёнигсберга — ярчайшая страница в истории блестящих побед Красной Армии.

 

Немецко-фашистское командование возлагало большие надежды на кёнигсбергскую группу войск. Гитлеровцы заверяли войска и население города, что Кёнигсберг будет сохранен во что бы то ни стало. 130 тыс. отборных войск составляли гарнизон города. Кёнигсберг имел телеграфно-телефонную связь с Берлином и сообщение с портом Пиллау и Земландской группой. На площадях города имелись посадочные площадки для самолетов. Склады и подземные заводы обеспечивали войска боеприпасами и продовольствием.

 

Вокруг города, в 6—8 км от него, было создано несколько оборонительных позиций с крепостными фортами, каждый из которых имел гарнизон до 300 человек. Доты, проволочные заграждения, противотанковые рвы опоясывали крепость со всех сторон. Кроме того, готовясь к обороне, гитлеровцы взорвали шлюзы на р. Прегель и затопили долину на подступах к городу.

 

Советское командование предвидело трудности борьбы за Кёнигсберг и тщательно подготовилось к штурму. Подготовка к операции была проведена генералом армии И. X. Баграмяном. Четыре общевойсковые армии под командованием генералов А. П. Белобородова, Ф. П. Озерова, К. Н. Галицкого и И. И. Людникова готовились нанести удары по кёнигсбергской группировке. В операцию включались воздушные армии 3-го Белорусского фронта, Земландской группы, а также ВВС Балтийского флота.

 

6 апреля шквал артиллерийских снарядов и авиабомб обрушился на позиции врага. Сила ударов 5 тыс. орудий и 2500 самолетов была настолько велика, что гитлеровцы были загнаны в бункеры, подвалы и подземелья фортов и лишены возможности оттуда выйти. Все живое на открытой местности уничтожалось.

 

Уже к исходу первого дня штурма в город ворвались части 43-й армии. Он горел, окутанный дымом пожарищ, пылью рушившихся зданий.

 

Отважные штурмовые группы очищали от гитлеровцев квартал за кварталом. Артиллеристы сопровождали своим огнем наших автоматчиков. В этот день было занято свыше 130 кварталов города. Впоследствии комендант города-крепости генерал О. Лаш писал: «6 апреля началось русское наступление такой мощи, какой я еще не встречал... Около 30 дивизий и два воздушных флота целыми днями беспрерывно засыпали крепость своими снарядами... Бомбардировщики и штурмовики летели волна за волной, сбрасывая свой губительный груз на пылающий город, лежавший в развалинах... Ни один немецкий истребитель не показывался в воздухе. Стиснутые на узком пространстве, зенитные батареи были бессильны против таких масс самолетов и к тому же должны были, хотя и с трудом, вести бой с танковыми силами противника. Все линии связи оказались разорванными, и только пешие связные ощупью пробирались через поля развалин на свои командные пункты или к войскам...» 1

 

8             апреля героическими действиями наших войск были очищены десятки кварталов города. Попытка Земландской группы врага нанести удар по нашим войскам закончилась провалом. Зажатые в восточной части города, гитлеровцы продолжали ожесточенно сопротивляться, ведя огонь из укрытий.

 

9             апреля на головы врагов были снова обрушены тонны артиллерийских снарядов, мин, авиабомб. Комендант крепости генерал О. Лаш отдал приказ своим войскам, капитулировать, и гарнизон крепости прекратил сопротивление. Советские войска уничтожили свыше 40 тыс. солдат и офицеров, взяли в плен около 90 тыс. человек, в том числе и коменданта крепости.

 

Генерал О. Лаш признался, что «никак нельзя было раньше предполагать, что такая крепость, как Кёнигсберг, так быстро падет. Русское командование хорошо разработало и прекрасно осуществило эту операцию. Под Кёнигсбергом мы потеряли всю 100-тысячную армию» 2.

 

13 апреля возобновилось наступление против фашистских войск на Земландском полуострове. Главный удар наносился в направлении Фишхаузена. В первый день наступающие лишь незначительно продвинулись вперед. Враг яростно сопротивлялся. В одном из ожесточенных боев пал смертью храбрых командир самоходной артиллерийской батареи А. А. Космодемьянский, посмертно удостоенный звания Героя Советского Союза. Прах героя ныне нохоропен на Новодевичьем кладбище рядом с могилой его сестры Зои.

 

После занятия нашими войсками Фишхаузена в руках гитлеровцев осталась крепость и порт Пиллау. Задача овладеть Пиллау была возложена на 11-ю гвардейскую армию под командованием генерала К. Н. Галицкого. Через пять дней герои-гвардейцы при поддержке летчиков и бронекатеров Балтийского флота в жарких схватках с врагом одержали победу. Последний оплот врага в Пруссии был ликвидирован.

 

Земландская группа врага была ликвидирована. Противник потерял здесь более 50 тыс. убитыми, 30 тыс. солдат и офицеров были взяты в плен. Бои за Восточную Пруссию продолжались 104 дня и закончились полным разгромом вражеских войск. Это имело исключительно важное историческое значение. Был ликвидирован извечный плацдарм немецких милитаристов, с которого они угрожали пародам России, Прибалтики, Польши, с которого началось вторжение в Советский Союз.

Категория: История | Добавил: fantast (20.12.2018)
Просмотров: 33 | Рейтинг: 0.0/0