Штурм Берлина

16 апреля 1945 г. в 5 часов по московскому времени (в 3 часа утра по берлинскому) артиллерия 1-го Белорусского фронта открыла огонь по укреплениям врага; на его оборонительные полосы обрушила тяжелые бомбовые удары фронтовая и дальнебомбардировочяая авиация.

 

Перед рассветом при ярком свете прожекторов в атаку двинулись советская пехота и поддерживающие ее танки.

 

Первая позиция главной полосы обороны была быстро прорвана почти на всем фронте наступления. К полудню атакующие войска подошли ко второй позиции обороны, проходившей по Зеелов-ским высотам. Здесь наступление задержалось.

 

Зееловские высоты господствуют над лежащей к востоку местностью; с них далеко просматривались боевые порядки наступающих войск, что позволяло обороняющимся вести прицельный огонь. Считая зееловский рубеж важнейшим на подступах к Берлину, немецко-фашистское командование создало здесь мощную систему огня из противотанковых, противовоздушных батарей, разместив но 200 орудий на 1 км фронта. Крутые высоты были трудно доступны пехоте и особенно танкам; оборона усиливалась минными полями, колючей проволокой, противотанковыми эскарпами и рвами.

 

Чтобы ускорить прорыв, маршал Г. К. Жуков ввел в сражение 1-ю и 2-ю гвардейские танковые армии. Весь день 16 апреля стрелковые и танковые корпуса штурмовали зееловский рубеж; было приказано продолжать атаки ночью.

 

По приказу Гитлера к Зееловским высотам из Берлина были брошены резервы. Это еще больше затруднило прорыв, но уничтожение этих резервов облегчило впоследствии советским войскам штурм самой столицы.

 

Напряженные бои длились весь день 17 апреля, и к утру 18-го неприступный рубеж был взят.

 

Ставка Верховного Главнокомандования, озабоченная задержкой наступления 1-го Белорусского фронта, отдала директивы 1-му Украинскому фронту перейти в наступление танковыми армиями на Берлин с юга, а 2-му Белорусскому — обойти его с севера.

 

1-й Украинский фронт был уже готов к наступлению на Берлин.

 

Еще 16 апреля в 6 часов 15 минут артиллерия 1-го Украинского фронта начала массированную артиллерийскую подготовку прорыва нейсенского укрепленного рубежа противника. В 6 часов 55 минут советские пехотинцы и артиллеристы при мощной поддержке авиации приступили к форсировапию Нейсе. Вдоль всего фронта на протяжении почти 400 км была поставлена дымовая завеса, скрывшая от противника участки переправ. Через реку наводились мосты для артиллерии и танков. На лодках, по штурмовым мостикам и вброд войска переправились на западный берег, захватили на нем плацдармы и повели наступление ко второй оборонительной полосе. Атакующие двигались через затопленные паводком поймы рек, по лесам, охваченным пожарами. Противник, используя выгоды местности, упорно оборонялся, особенно на дорогах, в межозерных дефиле.

 

Используя успех пехоты, маршал И. С. Конев ввел в прорыв

 

3-ю и 4-го танковые армии. К исходу первого дня боев ударная группировка фронта достигла второй полосы обороны противника. Здесь были сосредоточены его три танковые дивизии.

 

Ночь на 17 апреля и весь следующий день велись ожесточенные бои на второй оборонительной полосе, и лишь к исходу суток она была прорвана на участке в 20 км по фронту. Через эту брешь к третьей полосе обороны на Шпрее устремились 3-я и 4-я гвардейские танковые армии генералов П. С. Рыбалко и Д. Д. Лелюшенко. Туда же немецкое командование отводило свои части со 2-й и 1-й оборонительных полос и подводило с запада свои резервы. Всего на этом направлении гитлеровские генералы ввели из резерва И дивизий, в том числе 5 танковых.

 

Чтобы не дать противнику возможности укрепиться, войска 1-го Украинского фронта в ночь на 18 апреля форсировали Шпрее, захватили плацдармы на ее западном берегу. Бои на следующий день отличались особенным ожесточением: противник непрерывно контратаковал танками и пехотой; в их отражении большую роль сыграла авиация 1-го Украинского фронта, особенно летчики под командованием полковника А. И. Покрышкина.

 

К ночи 18 апреля оборона противника была прорвана на всю глубину, и танковые армии 1-го Украинского фронта вышли на оперативный простор.

 

Выполняя указания Ставки Верховного Главнокомандования, маршал И. С. Конев отдал приказ 3-й и 4-й танковым армиям повернуть с западного направления на север, северо-запад и стремительно наступать к южной и юго-западной окраинам Берлина.

 

2-й Белорусский фронт не мог своевременно выполнить директиву Ставки о наступлении на Берлин с севера, так как его войска совершали перегруппировки (некоторые соединения должны были переместиться на 300 км), и только 18 апреля они начали наступление с форсирования восточного рукава Одера (Ост-Одер).

 

Наступление проходило в крайне трудных условиях. Территория между Ост-Одером и западным рукавом Одера (Вест-Одер) шириной 4—6 км была залита водой. Движение через нее совершалось по дамбам, но они были под непрерывным огнем противника, упорно им оборонялись. Танки по такой местности не могли наступать; тяжелая артиллерия не могла двигаться, оставалась на восточном берегу Ост-Одера, и се огонь издалека но укреплениям и огневым точкам западнее Вест-Одера был недостаточно эффективен. Авиация не могла заменить полностью танки и ^артиллерию, тем более что туманы, наплывавшие с Балтики, ограничивали ее полеты.

 

В этих труднейших условиях 65-я армия генерала П. И. Батова форсировала Ост-Одер, преодолела междуречье, форсировала Вест-Одср и закрепилась на его западном берегу. Расширяя зону наступления, войска 2-го Белорусского фронта сковали 3-ю танковую армию противника и к 20 апреля взломали ее оборону.

 

С развитием наступления 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами Ставка отменила директиву 2-му Белорусскому фропту о наступлении на Берлин с севера. 1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты, преодолев к 19 апреля укреплепные рубежи на путях к Берлину, продолжали решительное наступление к его окраинам.

 

47-я, 3-я ударная и 2-я гвардейская армии устремились к внешнему укрепленному обводу фашистской столицы с севера и северо-запада, а 5-я ударная — с северо-востока.

 

Танковым корпусам 2-й гвардейской танковой армии удалось, пробив бреши в обороне, получить большую свободу маневра и обеспечить темп продвижения правого крыла фронта.

 

С тяжелыми боями на центральном участке, наиболее насыщенном инженерными препятствиями, огневыми средствами, 8-я гвардейская и 1-я гвардейская танковая армии приближались к юго-восточной части обвода.

 

Чем ближе к Берлину, тем отчаяннее становились контратаки гитлеровцев. Ломая сопротивление, армии 1-го Белорусского фронта 22 апреля охватили фашистскую столицу с севера, северо-запада, востока и юго-востока и завязали бои в городских кварталах. Советская артиллерия обрушила первые снаряды по центру города.

 

По приказу командующего фронтом маршала Г. К. Жукова был ускорен маневр на окружение Берлина. 2-я гвардейская танковая и 47-я армии получили задачу, наступая на Шпандау и Потсдам, рассечь коммуникации берлинского гарнизона, ведущие на запад; от 69-й и 33-й армий я вступившей в сражение 3-й армии требовалось усилить натиск и отрезать от Берлина франкфуртско-губенскую группировку; ускоренное наступление 8-й гвардейской и 1-й гвардейской танковой армий вело к рассечению и образованию внутреннего кольца окружения.

 

Если ударной группировке 1-го Белорусского фронта приходилось шаг за шагом прорывать плотную оборону противника, то ударной группировке 1-го Украинского фронта пришлось действовать в иных, по-своему трудных и сложных условиях.

 

Прорвав оборону противника па реках Нейсе и Шпрее, 3-я и 4-я танковые армии стремительно двинулись с юга на Берлин по оперативным тылам Франкфурте ко-губенской группировки, оборонявшейся фронтом на восток. На флангах прорыва у Котбуса и Шпремберга остались войска противника, угрожавшие коммуникациям 3-й и 4-й танковых армий. Достаточно было части франкфуртско-губенской группировки двинуться на запад, чтобы тылы танкистов оказались под ударом; это было тем более опасно, что назрела угроза и с запада, откуда приближалась 12-я немецкая армия генерала Венка, снятая по приказу Гитлера с Западного фронта.

 

И все же командующий 1-м Украинским фронтом маршал И. С. Конев требовал от командармов П. С. Рыбалко и Д. Д. Лолю-шенко безостановочного наступления на север, северо-запад к Берлину. Туда же вслед за танковыми соединениями, обеспечивая их тылы и закрепляя успех, были двинуты дивизии 28-й армии генерала А. А. Лучинского, прибывшей из резерва Ставки. Одновременно 3-я гвардейская армия генерала В. Н. Гордова, 5-я гвардейская армия генерала А. С. Жадова и авиация фронта громили противника у Котбуса и Шпремберга, лишая его возможностей угрожать тылам и флангам наших войск.

 

20 апреля соединения 3-й гвардейской танковой армии генерала П. С. Рыбалко прорвались к г, Цоссеп в 30 км южнее Берлина. Здесь располагался генеральный штаб сухопутных войск Германии (ОКХ); отсюда он управлял армиями на советско-германском фронте; здесь возникли авантюрные идеи наступления танковыми войсками без оглядки на их фланги и тыл; и сюда, в мозг гитлеровского командования, нанесли удар советские танкисты.

 

Немецкие генштабисты бежали в Берлин, но спасения от катастрофы уже не было. 3-я гвардейская танковая армия ворвалась 22 апреля в южную часть столицы, а с юго-запада ее отрезали соединения 4-й танковой армии, завязавшей бои за Потсдам. Кстати, в этой бывшей резиденции прусского короля Фридриха II, идеями которого питался немецкий генералитет, находился штаб вермахта (ОКБ), бежавший от советских танкистов на запад.

 

Ставка Верховного Главнокомандования Красной Армии, организуя взаимодействие фронтов, потребовала от них ускорить окружение Берлина и франкфуртско-губенской группировки противника.

 

24           апреля войска 1-й гвардейской танковой и 8-й гвардейской армий 1-го Белорусского фронта соединились с войсками 3-й гвардейской танковой и 28-й армий 1-го Украинского фронта, замкнув кольцо окружения в юго-восточной части Берлина и отрезав от пего франкфуртско-губенскую группировку.

 

25           апреля войска 2-й гвардейской танковой и 47-й армий 1-го Белорусского фронта соединились с войсками 4-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта в юго-западной части Берлина, завершив окружение столицы фашистского рейха.

 

В те же дни 3-я гвардейская, 28-я и часть сил 3-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта атаковали тыл и южный фланг франкфуртско-губенской группировки с запада и юго-запада, а 3-я, 69-я и 33-я армии 1-го Белорусского фронта усилили натиск с востока и северо-востока. Главные силы 9-й полевой и

 

4-й танковой армий противника были окружепы.

 

Фронт групп армий «Висла» и «Центр» был расколот; 200 тыс. солдат Гитлера были окружены в Берлине и 200 тыс. — в лесах юго-восточнее столицы гитлеровской «империи».

 

Гитлер все еще предпринимал отчаянные попытки с целью избежать катастрофы. По его приказу фельдмаршал Кейтель вылетел из Берлина, чтобы ускорить наступление 12-й армии генерала Венка с запада на восток, соединить ее с 9-й армией, разгромить правофланговые соединения 1-го Украинского фронта и деблокировать Берлин.

 

Южнее Берлина возникла весьма сложная обстановка. Часть сил 9-й гитлеровской армии, отражая атаки войск 1-го Белорусского фронта с востока, повернула на запад навстречу 12-й армии.

 

4-            я гвардейская танкоьая армия отражала яростные атаки 12-й армии противника с запада и одновременно штурмовала юго-западные кварталы Берлина; 3-я гвардейская танковая армия штурмовала его южные кварталы и одновременно отбивала атаки 9-й армии; 28-я армия сражалась на улицах Берлина фронтом на север и наступала на восток навстречу войскам 1-го Белорусского фронта.

 

Противник нанес сильный контрудар у Герлица по левому флангу 1-го Украинского фронта, но этот удар был отражен 52-й армией и 2-й армией Войска Польского.

 

5-            я гвардейская армия генерала А. С. Жадова, наступая на запад, прорвалась к Эльбе и 25 апреля соединилась у Торгау с передовыми частями американской армии. Это означало, что Германия рассечена у Дрездена насквозь с востока на запад; все гитлеровские войска, действовавшие в центральной и северной ее частях, были отрезаны от войск, находившихся в южной части Европы.

 

Войска 2-го Белорусского фронта к 26 апреля овладели городом и портом на Балтийском море Штеттином, заняли города Гартц, Пенкув, Шведт и, громя 3-ю танковую армию противника, продвигались на запад.

 

Разгром групп армий «Висла» и «Центр» предопределил катастрофу всей гитлеровской армии и падение Берлина. Но враг еще не сдавался. С 21 апреля, когда советские войска ворвались на улицы Берлина, и до 2 мая, когда сокрушена была его оборона в центре, И суток днем и ночью шел штурм одной из крупнейших столиц мира, гигантского города, вся площадь которого, равная 900 кв. км, стала невиданным полем сражения. В небывалом штурме участвовало девять армий — 47-я, 3-я ударная, 5-я ударная, 8-я гвардейская, 28-я армия и 1-я, 2-я, 3-я, 4-я гвардейские танковые армии. Их поддерживали вся авиация фронтов и резерва Ставки Главнокомандования, вся артиллерия фронтов и резерва Главного Командования и Днепровская военная флотилия. Силы противника все еще были Велики. В город отошли его части с одерского рубежа, в боевые порядки было поставлено 32 тыс. полицейских. В Берлине образовался 300-тысячный гарнизон. Он еще располагал 3 тыс. орудий, 250 танками, на его стороне были преимущества обороны в городе, где каждый дом может быть крепостью, а наступающие должны брать с бою каждый дом, каждую улицу, каждый квартал, каждый мост на каналах и Шпрее.

 

Враг был коварен и ожесточен. Он преграждал пути наступающим минированными баррикадами, обстреливал их со всех этажей, с крыш, из подвалов, использовал дворы для нападения с тыла на атакующих, поджигал дома и блокировал входы и выходы с улиц.

 

Чем ближе к центру города, к последнему, 9-му сектору обороны, где находились рейхсканцелярия Гитлера и рейхстаг, тем ожесточеннее становилось сопротивление гитлеровцев. Здесь находились отряды СС; сюда стекались отъявленные фашисты, знавшие, что им придется отвечать за совершенные преступления; сюда из Гамбурга были переброшены самолетами специальные отряды моряков. Этот район обороняли кадровые войска, среди них 56-й танковый корпус, командир которого генерал Вейдлинг был назначен начальником обороны Берлина.

 

Гитлер приказывал сражаться до последнего солдата; отступление каралось немедленным расстрелом; по радио распространялись приказы, требовавшие казни клевретов фюрера, бежавших, подобно крысам с тонущего корабля, на запад. Сам Гитлер рассчитывал перебраться в Баварию, образовать на юге Европы, где еще уцелела миллионная группировка немецких войск, «Альпийскую крепость» и отсидеться в ней, пока русские не столкнутся с англо-американцами.

 

Но ничто не могло снасти обреченных гитлеровцев.

 

Под массированными ударами советской авиации и тяжелой артиллерии обваливались дома, рушился и пылал Берлин, содрогался бетонированный бункер фюрера; снаряды стали рваться на территории его рейхсканцелярии. Советские саперы пробивали бреши в каменных стенах домов, открывали путь автоматчикам, танки неотвратимо проходили сквозь завесы пуль и осколков снарядов к центру. Неумолимо сжималось смертное кольцо вокруг каменного логова врага. Спасения не было, и, страшась кары народов, 30 апреля Гитлер покончил с собой.

 

В тот же день в штаб 8-й гвардейской армии генерала В. И. Чуйкова явился начальник генерального штаба немецко-фашистской армии генерал Кребс. Он принес известие о самоубийстве Гитлера и предложения его преемника Геббельса вступить в переговоры. За этим скрывалась попытка обреченных выиграть время, спасти свои жизни, сохранить назначенное Гитлером правительство Германии, выторговать у победителей выгодные условия. В ответ из Москвы последовало требование полной и безоговорочной капитуляции. Оно было отклонено, и бои возобновил иск с новой силой.

 

Особенно ожесточенный бой разгорелся за рейхстаг. Его здание было одним из важнейших опорных, пунктов обороны в центре Берлина; водружение над ним советского Красного знамени знаменовало собой нашу историческую победу.

 

Штурм был исключительно трудным и кровопролитным. Громадное здание рейхстага высилось на южном берегу Шпрее, было прикрыто ею с севера, а с юга — гранитными берегами Ландвер-канала. Единственный мост Мольтке, уцелевший на Шпрее, был забаррикадирован, находился иод прицельным огнем противника.

 

Чтобы штурмовать рейхстаг, надо было прежде овладеть зданиями министерства внутренних дел и имперского театра на площади Кенигсплац перед рейхстагом. Площадь находилась под многослойным артиллерийским и пулеметным огнем, была изрыта траншеями и пулеметными гнездами, подступы к рейхстагу преграждал противотанковый ров, наполненный водой.

 

Здание рейхстага было подготовлено для круговой обороны; его гарнизон насчитывал более 1 тыс. офицеров, солдат, курсантов морской школы; им оказывали поддержку подразделения, оборонявшие соседние кварталы. Весть штурмовать громадное здание германского рейхстага выпала 79-му стрелковому корпусу генерала С. Н. Переворткина, входившему в 3-ю ударную армию генерала В. И. Кузнецова. Символично, что С. Н. Переверткин был активнейшим и героическим участником обороны Москвы на можайском направлении в 1941 — 1942 гг., а В. И. Кузнецов, командуя армией, отразил попытку гитлеровских войск, форсировавших канал Москва — Волга, выйти в тыл советской столице. Теперь они, как и десятки тысяч других известных и безвестных героев Московской битвы, становились героями битвы Берлинской. Военный совет 3-й ударной армии вручил дивизиям Красные знамена, чтобы водрузить их над фашистской столицей.

 

29 апреля бойцы 150-й стрелковой дивизии полковника

 

A.           И. Негоды и 171-й стрелковой дивизии генерала В. М. Шатилова под прикрытием огня начали форсирование Шпрее и завязали бои за мост Мольтке. После неоднократных попыток батальоны 756-го и 380-го стрелковых полков ворвались на мост, преодолели преграждавшие его баррикады и развили наступление на южном берегу Шпрее.

 

Ночной атакой было взято здание министерства внутренних дел. На следующий день развернулись бои за имперский театр; под непрерывным огнем врага, отражая его контратаки, советские бойцы метр за метром выдвигались на Кенигсплац.

 

В 13 часов 30 минут батальоны капитанов С. А. Неустроева,

 

B.            И. Давыдова, К. Я. Самсонова пошли на штурм рейхстага, но противник встретил атакующих пулеметным и автоматным огнем, по площади били его орудия, и первый штурм не удался.

 

С северного берега Шпрее по рейхстагу снова был сосредоточен огонь артиллерии, в том числе тяжелых гаубиц, а с верхних этажей здапий, расположенных на Кенигсплаце, куда советские артиллеристы подняли свои пушки, по рейхстагу били прямой наводкой.

 

В 18 часов 30 минут штурм был повторен. Стремительной атакой советские бойцы ворвались в рейхстаг. В горевшем здании среди огня, в дыму завязались рукепашные бои за лестницы и комнаты, за подвалы и этажи. И вот, наконец, над рейхстагом взвилось знамя Военного совета 3-й ударной армии, водруженное разведчиками М. А. Егоровым и М. В. Кантарпя. К концу дня 1 мая рейхстаг был полностью взят.

 

3-я ударная армия продолжала штурмовать кварталы 9-го, центрального сектора Берлина с севера и северо-запада. С запада и юго-запада его атаковали части 2-й гвардейской танковой и 47-й армий; с востока, северо-востока и юго-востока — 8-я гвардейская и 5-я ударная армии, с юга — части 3-й гвардейской танковой и 28-й армий.

 

Оборона 9-го сектора рассекалась на ряд изолированных участков. Одновременно шел разгром уцелевших очагов сопротивления на окраинах столицы, в пригородах и на острове Ванзее. Последние попытки сопротивления сокрушались огнем артиллерии и танков прямой наводкой в упор.

 

Командование берлинского гарнизона потеряло управление войсками. В 6 часов утра 2 мая перешел линию фронта и сдался в плен командующий обороной Берлина генерал пехоты Вейдлипг.

 

Немецкие солдаты, понявшие, наконец, что обещанной им поддержки не будет и спасения нет, что их опять обманула фашистская пропаганда, стали сдаваться в плен.

 

В течение 2 мая войсками 1-го Белорусского фронта в районе Берлина было взято в плен 100,7 тыс. человек, а войсками 1-го Украинского фронта — 34 тыс. человек. Это свидетельствует о том, насколько крупные силы были сосредоточены на обороне гитлеровской столицы.

 

Берлин капитулировал. Наступление советских войск продолжалось. Войска 1-го Белорусского фронта, преследуя противника, к 7 мая вышли на широком фронте к Эльбе.

 

Войска 2-го Белорусского фронта, разгромив севернее Берлина 3-ю танковую армию и группу генерала Штейнера (так и не сумевшую нанести контрудар во фланг советским войскам, штурмовавшим Берлин), продвигаясь на запад, встретились с английскими войсками и вышли к Балтийскому морю.

 

Армии 1-го Украинского фронта вместе с армиями 1-го Белорусского фронта добили франкфуртско-губенскую группировку противника южнее Берлина и также вышли на Эльбу.

 

Входе Берлинской операции были разгромлены 70 пехотных, 12 танковых, 11 моторизованных дивизий врага и ряд отдельных частей и групп. С 16 апреля по 7 мая советские войска взяли в плен 480 тыс. солдат и офицеров противника, захватили 1550 танков, 8600 орудий, 4510 самолетов.

 

Категория: История | Добавил: fantast (20.12.2018)
Просмотров: 39 | Рейтинг: 0.0/0