Разгром гитлеровских армий под Курском. Июль-август 1943 года

После длительных ожесточенных сражений на советско-германском фронте весной 1943 г. наступила стратегическая пауза, которая продолжалась до начала июля. Далеко продвинувшиеся на запад советские армии закреплялись на достигнутых рубежах. Однако затишье относилось лишь к действиям сухопутных войск. В воздухе шли небывалые по своему размаху и напряжению сражения. Обе воюющие стороны усиленно готовились к предстоящим тяжелым боям.

 

Героические усилия советского народа, гигантская организаторская деятельность Коммунистической партии обеспечили крутой рост военной мощи социалистического государства. Военная промышленность давала фронту все больше орудий, танков, самолетов, боеприпасов.           I

 

Успешно продолжалась работа по дальнейшему укреплению и совершенствованию Советских Вооруженных Сил. Летом 1943 г. был в основном завершен переход стрелковых войск на корпусную систему. Создавались крупные соединения артиллерии резерва Вер ховного Главнокомандования. Бронетанковые и механизированные войска стали основным ударным и маневренным средством сухопутных войск. Успехи советской танковой промышленности позволили сформировать к лету 1943 г. большое число танковых и механизированных корпусов, танковых бригад, танковых и самоходноартиллерийских полков. В бронетанковых войсках осуществлялись мероприятия по организационному массированию танков. Были созданы танковые армии нового типа, основу которых составляли танковые и механизированные корпуса.

 

Значительные количественные и качественные изменения произошли в авиации. Советское командование получило возможность создавать группировки авиации с численным перевесом над противником, особенно в истребителях. Для военно-воздушных сил стала реальной задача завоевания господства в воздухе на всем советско-германском фронте.

 

Действующая армия получала все больше и больше вооружения и боевой техники. К июлю 1943 г. она насчитывала более 6,4 млн. человек, 98,8 тыс. орудий и минометов, 9580 танков и самоходноартиллерийских установок, 8290 боевых самолетов. Советские Вооруженные Силы имели в достаточном количестве самую передовую для того времени военную технику. Они приобрели разносторонний боевой опыт борьбы с сильным и опытным врагом, превратились в кадровые, закаленные войска. Ими руководили испытанные в боях генералы и офицеры. Поражение немецко-фашистских войск в битве под Сталинградом мало чему научило правителей гитлеровской Германии. Весной 1943 г. они были полны решимости взять реванш за сокрушительный разгром войск вермахта зимой 1942/43 г., готовились обрушить мощные удары на Красную Армию, подорвать ее мощь, вновь овладеть стратегической инициативой, добиться победы. Успех на Восточном фронте должен был восстановить пошатнувшийся престиж вермахта среди союзников Германии, остановить начавшийся процесс распада фашистского блока, укрепить моральное состояние армии и народа.

 

Чтобы восполнить громадные потери, понесенные на Восточном фронте, н противопоставить растущей мощи Красной Армии новые силы, фашистской Германией и ее сателлитами зимой и веспой 1943 г. предпринимались чрезвычайные меры по развитию военной экономики и наращиванию мощи вооруженных сил. Проведенная весной и летом 1943 г. тотальная мобилизация ресурсов Европы обеспечила значительный рост военной промышленности Германии. Производство танков, орудий, минометов по сравнению с предшествовавшим годом увеличилось более чем в 2 раза, боевых самолетов — в 1,7 раза. Тотальная мобилизация людских резервов привела к тому, что в 1943 г. в армию было призвано на 2 млн. человек больше, чем в 1942 г. К лету 1943 г. общая численность вооруя!ен-ных сил Германии составляла 10,3 млн. человек. Но качественный состав немецкой армии был уже не тот, что в 1941 г.; к середине 1943 г. он заметно ухудшился.

 

Из-за нарушения США и Англией обязательства об открытии второго фронта на Западе гитлеровское правительство смогло направить львиную долю промышленных ресурсов Германии и оккупированной Европы, а также вновь мобилизованные людские контингенты на укрепление Восточного фронта. К лету 1943 г. оно не только в значительной степени восполнило понесенные потери, но и снабдило действовавшие на Востоке войска новыми, более совершенными образцами военной техники. Гитлеровская армия стала получать танки типа «пантера» и «тигр», штурмовые орудия «фердинанд». В авиацию поступили самолеты «Фокке-Вульф 190-А», «Хеншель-129».

 

На советско-германском фронте находилось 196 лучших немецких дивизий (68% общего состава), из пих танковых — 21, моторизованных — 7. С учетом войск сателлитов гитлеровские генералы имели в своем распоряжении для борьбы с Красной Армией 232 дивизии, около 5,2 млн. человек, 54,3 тыс. орудий и минометов, 5850 танков и штурмовых орудий, до 3 тыс. боевых самолетов и 277 кораблей основного класса. Это были огромные силы.

 

Следует отметить, что на действовавшем фронте в Северной Африке весной 1943 г. находилось всего лишь 8 немецких дивизий— 2,7% общего состава сухопутных сил Германии. На оккупированной территории (не считая советской) гитлеровцы держали 92 дивизии пониженной боеспособности. Они были потенциальным резервом для усиления немецких войск на советско-германском фронте. Примерно в такой же пропорции распределялись военно-воздушные силы противника.

 

Политические и военные руководители фашистской Германии и после поражения под Сталинградом продолжали недооценивать мощь социалистического государства. Свои планы дальнейшего ведения войны они основывали на ложном убеждении в том, что тотальная мобилизация дала им необходимые материальные и людские ресурсы для активных наступательных действий против Красной Армии.

 

Для проведения крупной наступательной операции, получившей кодированное название «Цитадель», было выбрано курское направление. Далеко выдвинутый на запад Курский выступ создавал, по мнению гитлеровского командования, благоприятные предпосылки для окружения и последующего разгрома оборонявшихся здесь войск Центрального и Воронежского фронтов. После этого предполагалось нанести удар в тыл Юго-Западного фронта (операция «Пантера»).

 

Дело, таким образом, шло о разгроме всего южного крыла советско-германского фронта, о решительном изменении военно-политической обстановки па советско-германском фронте в пользу вермахта. Не исключалась возможность после победы под Курском развивать удар в северо-восточном направлении с целью выхода в глубокий тыл центральной группировки советских войск и создания угрозы Москве.

 

Для наступления па Курск противник сосредоточил до 50 лучших своих дивизий, в том числе 16 танковых и моторизованных. Большие надежды он возлагал на новые танки. У основания Курского выступа враг создал мощные ударные группировки. Перед ними стояла задача прорваться к Курску, окружить, а затем уничтожить войска Центрального и Воронежского фронтов. Главную ставку немецко-фашистское командование делало на эффективность внезапного массированного удара танковых дивизий на узких участках прорыва.

 

Гитлер в оперативном приказе № 6 на проведение операции «Цитадель» писал: «Этому наступлению придается решающее значение. Оно должно завершиться быстрым и решающим успехом...

 

В связи с этим все подготовительные мероприятия необходимо провести с величайшей тщательностью и энергией. На направлении главных ударов должны быть использованы лучшие соединения, наилучшее оружие, лучшие командиры и большое количество боеприпасов... Необходимо широко использовать момент внезапности...; обеспечить максимальное массирование ударных сил на узком участке с тем, чтобы, используя местное подавляющее превосходство во всех средствах наступления (танках, штурмовых орудиях, артиллерии, минометах и т. д.), одним ударом пробить оборону протшшика, добиться соединения обеих наступающих армий и таким образом замкнуть кольцо окружения»

 

Операция «Цитадель» готовилась немецко-фашистским командованием очень тщательно. Сроки ее начала неоднократно переносились с тем, чтобы в максимальной степени насытить ударные группировки новыми танками и штурмовыми орудиями. Однако, несмотря на все меры, предпринимавшиеся гитлеровцами, чтобы скрыть подготовку наступления и добиться внезапности, советская разведка раскрыла планы врага. Ставке Верховного Главнокомандования и Генеральному штабу удалось не только составить общее представление о замысле готовящегося наступления, но и установить состав ударных группировок противника, направление готовящихся ударов, а затем и точное время их нанесения.

 

К разработке плапа летпе-осенней кампании 1943 г. советское командование приступило сразу после завершения зимних сражений — в конце марта 1943 г. В этой сложной работе принимали участие члены и представители Ставки, Генеральный штаб, командование и штабы различных родов войск, командование и штабы фронтов, оборонявшихся на Курской дуге.

 

Первоначально планировалось, что Красная Армия летом 1943 г. осуществит крупное наступление, папося главный удар на юго-западном направлении. Однако вскоре в этот план были внесены существенные изменения. Данные, полученные советской разведкой о готовящемся большом наступлении вермахта в районе Курского выступа, требовали принятия наиболее целесообразного решения. В своих воспоминаниях Маршал Советского Союза А. М. Василевский пишет: «Апализируя многочисленные разведывательные данные о характере предстоящих действий врага и о его подготовке к наступлению, фронты, Генеральный штаб и Ставка все больше склонялись к идее перехода к преднамеренной обороне» 1 2.

 

8 апреля 1943 г. находившийся в районе Курского выступа заместитель Верховного Главнокомандующего Маршал Советского Союза Г. К. Жуков направил в Ставку доклад о характере возможных военных действий предстоявшим летом. «Переход наших войск в наступление в ближайшие дни с целью упреждения противника считаю нецелесообразным,— подчеркивал он.— Лучше будет, если мы измотаем противника на пашей обороне, выбьем его танки, а затем, введя свежие резервы, переходом в общее наступление окончательно добьем основную группировку противника» 3.

 

12 апреля в Ставке состоялось совещание, на котором присутствовали И. В. Сталин, Г. К. Жуков, А. М. Василевский и заместитель начальника Генерального штаба А. И. Антонов. Несмотря на то, что стратегическая инициатива находилась в руках у Красной Армии и советское командование располагало достаточными силами для активных наступательных действий, было принято предварительное решение о переходе к преднамеренной обороне. Советское командование рассчитывало использовать сильные стороны заблаговременно подготовленной обороны, измотать в ходе оборонительного сражения мощные танковые группировки врага, создать более благоприятные условия для перехода советских войск в наступление. На совещапии был предусмотрен и другой вариант — переход советских войск к активным действиям в случае, если противник не предпримет наступления под Курском в ближайшее время, а оттянет его на длительный срок.

 

Окончательное решение о плане летней кампании 1943 г. Ставкой Верховного Главнокомандования было принято в конце мая — начале июня, когда вполне выяснились планы гитлеровцев на проведение операции «Цитадель».

 

Наступление противника из района южнее Орла должен был отразить Центральный фронт (командующий генерал К. К. Рокоссовский) , а из района Белгорода — Воронежский фронт (командующий генерал Н. Ф. Ватутин). Переход в контрнаступление и разгром белгородско-харьковской группировки врага (операция «Дол-ководец Румянцев») предполагалось осуществить силами Воронежского и Степного фронтов во взаимодействии с Юго-Западным. Разгром орловской группировки противника (операция «Кутузов») возлагался на левое крыло Западного фронта, на Брянский и Центральный фронты. Их переход в контрнаступление должен был произойти в тот момент, когда противник истощит свои силы в атаках против подготовленной обороны советских войск.

 

После разгрома вражеских войск в районе Курского выступа предусматривалось развернуть общее наступление на юго-западном и западном направлениях, нанести поражение основным силам войск групп армий «Юг» и «Центр», сокрушить вражескую оборону на огромном фронте от Великих Лук до Азовского моря. За этим должно было последовать освобождение важнейших экономических районов Левобережной Украины, в том числе Донбасса. Наступающим предстояло далеко отодвинуть фронт противника от Москвы и Центрального промышленного района, преодолеть важный стратегический рубеж — Днепр.

 

Планы, намеченные Центральным Комитетом партии, правительством, ГКО и советским командованием последовательно и твердо проводились в жизнь. К началу немецкого наступления Ставка сосредоточила на курском направлении до 40% общевойсковых объединений, имевшихся в действующей армии, и все танковые армии. Количество сил и средств, выделенных для действий под Курском, было значительно больше, чем в предшествовавших наиболее крупных сражениях Великой Отечественной войны. Немецкое же командование к перспективам предстоящей борьбы подходило с прежними масштабами и пе учитывало этого важного фактора.

 

В итоге соотношение сил в районе Курского выступа к началу июля было в пользу советских войск. Оно составляло в людях 1,4 :1, в орудиях и минометах — 1,9 : 1, в танках и САУ — 1,2 : 1, в самолетах — 1,3: 1. Всего в войсках Центрального и Воронеягского фронтов насчитывалось свыше 1337 тыс. человек, 19 300 орудий и минометов, более 3300 танков и САУ и 2650 самолетов.

 

Глубоко понимая значение мощных стратегических резервов в предстоящей борьбе, Ставка Верховного Главнокомандования провела громадную работу но их созданию и сосредоточению на курском направлении. Находившиеся здесь войска были способны по только отразить мощное наступление врага, но и перейти в решительное контрнаступление. В ходе битвы стратегические резервы использовались советским командованием творчески и целеустремленно. Они оказали большое влияние на исход оборонительного сражения и контрнаступление.

 

Большое внимание было уделено советским командованием созданию прочной, глубоко эшелонированной полевой обороны с максимальным развитием инженерных сооружений. Особые усилия направлялись на организацию противотанковой и противовоздушной обороны. Всего к началу наступления противника было построено восемь оборонительных полос и рубежей на общую глубину 250— 300 км. Войска Воронежского и Центрального фронтов в общей сложности вырыли 9240 км траншей и ходов сообщения.

 

В период подготовки к битве под Курском сотни тысяч трудящихся Орловской, Курской, Воронежской и Харьковской областей, избавленных от фашистского ига, оказывали помощь Красной Армии. В целом на Курском выступе силами населения за три месяца было вырыто более 5 тыс. км траншей, построено и восстановлено около 250 мостов, отремонтировано более 3 тыс. км шоссейных и грунтовых дорог.

 

Готовясь к боям под Курском, советские воины повышали свое воинское мастерство. В войсках проводилась большая партийнополитическая работа. Тысячи солдат и офицеров вступали в ряды Коммунистической партии. В июне парторганизации Центрального фронта приняли в партию 13 697 человек, Воронежского — 9097 человек. К началу активных боевых действий число коммунистов и комсомольцев в войсках составляло 39% всего личного состава.

 

Коммунисты показывали пример в учебе, в мастерском владении оружием, в строительстве оборонительных рубежей, делились с молодыми бойцами опытом прошедших боев. Партийные организации были надежной опорой командиров в воспитании войск, мобилизации личного состава на выполнение боевых задач. В результате напряженной деятельности военных советов фронтов и армий, политорганов и партийных организаций, воспитательной работы командиров моральный дух советских войск полностью отвечал предстоявшим в ходе тяжелой борьбы испытаниям.

 

5 июля 1943 г. мощные группировки противника, сосредоточенные на северном и южном фасах Курской дуги, перешли в наступление. Советское командование, которому был известен срок нанесения ударов противником, организовало мощную артиллерийскую контрподготовку по изготовившимся фашистским войскам. Враг понес значительные потери еще в исходном положении.

 

Начавшаяся битва, в которой боевые действия фронтов координировали представители Ставки Верховного Главнокомандования Г. К. Жуков и А. М. Василевский, сразу же приняла грандиозный размах и носила крайне напряженный характер. На советские позиции обрушились десятки тысяч снарядов и авиационных бомб. Бросив в бой большое количество танков и пехоты, противник стремился на узких участках фронта таранными ударами прорваться к Курску. Наступавшие немецкие дивизии поддерживались крупными силами авиации.

 

Один из наиболее мощных ударов пришелся по оборонявшимся южнее Курска войскам б-й гвардейской армии, которой командовал генерал И. М. Чистяков. Здесь наступали основные силы 4-й танковой армии врага — до 700 танков и многочисленная пехота. Четырем стрелковым дивизиям, в том числе трем гвардейским (71-й, 67-й и 52-й) пришлось отбивать натиск превосходящего противника. На отдельных направлениях плотность вражеских танков на километр фронта достигала 100 машин.

 

Ожесточенные бои в первые же часы битвы развернулись в полосе 13-й гвардейской армии генерала Н. П. Пухова, оборонявшейся северенее Курска, и в полосе 7-й гвардейской армии генерала М. С. Шумилова, действовавшей на корочанском направлении.

 

Советские воины расстреливали тапки противника огнем артиллерии, закопанных в землю танков, самоходок, бронебойных ружей, поджигали бутылками с горючей жидкостью, подвергали сокрушительным ударам штурмовой и бомбардировочной авиации. Много немецких танков подрывалось на минных полях, прикрывавших позиции советских войск. Пехота противника отсекалась от танков плотным огнем и гибла под градом снарядов, мин, нуль. Прорвавшиеся в окопы немецкие солдаты истреблялись в рукопашном бою. Фашистские самолеты уничтожались на аэродромах бомбовыми ударами, а в воздухе их встречали истребители и огонь зенитной артиллерии.

 

Уже первый день битвы под Курском выявил, что наступление проходит не так, как планировалось немецко-фашистским командованием. Танковые дивизии противника, брошенные на заранее подготовленную оборону, несли большие потери, темп их продвижения был низким.

 

Второй день наступления также не принес противнику того успеха, на который он рассчитывал. Еще вечером 5 июля командующий Центральным фронтом ге-перал К. К. Рокоссовский принял решение: с утра следующего дня нанести сильный контрудар по главной группировке наступавших гитлеровских войск. Для этого привлекались два танковых и один стрелковый корпус. Несмотря на то что проведение контрудара встретило ряд серьезных трудностей, он оказал значительное влияние на весь ход оборонительного сражения на северном фасе Курского выступа. Мощная танковая группировка врага понесла потери, и ее дальнейшее продвижение на направлении главного удара было остановлено.

 

Весьма ограниченных успехов добился противник 6 июля на южном фасе Курской дуги. К исходу второго дня сражения немецким танкам, наступавшим на Обоянь, удалось преодолеть главную полосу обороны в центре 6-й гвардейской армии и на узком участке вклиниться во вторую полосу. Дальнейшее вражеское наступление было задержано войсками 1-й тапковой армии генерала М. Е. Катукова, а также 2-го и 5-го гвардейских танковых корпусов. На коро-чанском направлении в результате двухдневных боев противник захватил плацдарм на восточном берегу Сев. Донца и на узком участке фронта вышел ко второй полосе обороны 7-й гвардейской армии.

 

Несмотря на огромные потери, немецкие дивизии продолжали яростные атаки. Враг менял направление ударов, выискивал слабые участки в противостоящей ему обороне, по всюду встречал решительный отпор. Советские воипы мужественно отражали удары немецких танков, ожесточенные атаки гитлеровской пехоты.

 

На северном фасе Курской дуги в районе Понырей стойко сражались части 307-й стрелковой дивизии генерала М. А. Еншина. Против них враг бросил части одной танковой и трех пехотных дивизий и крупные силы авиации. В этих боях отличились тысячи советских воинов.

 

Одновременно с боями на земле шли ожесточенные сражения в воздухе. Летчик 8-й гвардейской истребительной дивизии 5-го истребительного авиационного корпуса гвардии лейтенант А. К. Горовец в воздушном бою один на истребителе Ла-5 вступил в бой с 20 вражескими бомбардировщиками и сбил 9 из них. Внезапно атакованный немецкими истребителями, отважный летчик погиб в этом бою, но враг дорого заплатил за его жизнь. В битве под Курском открыл боевой счет летчик И. Кожедуб. 6 июля он сбил бомбардировщик Ю-87, на следующий депь — еще один, а 8 июля уничтожил два истребителя Ме-109.

 

Напряжение борьбы па Курском выступе нарастало. Советские войска, несмотря на большие потери, стойко и мужественно отражали натиск врага. Каждый километр продвижения стоил противнику огромных жертв.

 

К исходу 9 июля стал очевидным кризис немецкого наступления. Даже на южном фасе Курской дуги, где войска противника добились наибольшего продвижения, они продолжали вести борьбу во второй полосе обороны и лишь на 13-километровом фронте смогли подойти к армейской полосе. Не принесли немецким войскам существенного продвижения и последующие дни. В напряженной борьбе с новыми немецкими танками и штурмовыми орудиями, на которые гитлеровское командование возлагало столь большие надежды, советская боевая техника в умелых руках наших воинов показала свои отличные качества. Поля Курской битвы были усеяны сотнями подбитых немецких танков, самолетов, орудий, десятками тысяч трупов вражеских солдат. Ударные группировки противника были измотаны и обескровлены.

 

Однако гитлеровское командование продолжало верить в победу. Командующий группой армий «Юг» Манштейн рассчитывал 12 июля ударом мощной танковой группировки разгромить советские войска в районе Прохоровки и с востока прорваться к Курску. Командующий группой армий «Центр» Клюге также энергично готовился продолжать наступление на Курск с севера.

 

Это были последние, обреченные на неудачу попытки врага добиться победы. Они происходили в те часы, когда уже заканчивались приготовления войск Красной Армии к переходу в контрнаступление.

 

Советское командование внимательно следило за развитием кризиса немецкого наступления. Правильно определив время, наиболее подходящее для нанесения ударов, Ставка приказала войскам левого крыла Западного фронта и войскам Брянского фронта с утра 12 июля перейти в контрнаступление с целью разгрома орловской группировки противника. Западный фронт, которым командовал генерал В. Д. Соколовский, должен был нанести главный удар силами 11-й гвардейской армии генерала И. X. Баграмяна в общем направлении на Волхов и вспомогательный — на Хотынец. Брянскому фронту под командованием генерала М. М. Попова предстояло действовать из района Новосиля на Орел. Центральный фронт переходил в контрнаступление 15 июля. Его правофланговые армии полупили задачу прежде всего разгромить войска противника, вклинившиеся в расположение советской обороны. В последующем, развивая удар в общем направлении на Кромы и далее на северо-запад, они должны были охватить немецко-фашистскую группировку с юга и затем уничтожить ее во взаимодействии с войсками Брянского фронта и левого крыла Западного фронта.

 

К началу контрнаступления советских войск вражеская группировка, находившаяся на орловском плацдарме, насчитывала 27 пехотных, 8 танковых и 2 моторизованные дивизии, входившие в состав 2-й танковой и 9-й армий группы армий «Центр». Противник за 22 месяца пребывания в районе Орла создал прочную оборону с развитой системой полевых укреплений, прикрытых всевозможными инженерными заграждениями. Прорыв ее представлял трудную задачу. На южном фасе Курской дуги 12 июля главные события развертывались в районе Прохоровки, где войска Воронежского фронта наносили по наступающему противнику мощный контрудар. Основная роль принадлежала в нем 5-й гвардейской танковой армии генерала П. А. Ротмистрова и 5-й гвардейской армии генерала А. С. Жадова, которые были выдвинуты из Степного фронта (командующий генерал И. С. Конев), развернутого в тылу Курского выступа. Контрудар поддерживался двумя воздушными армиями. В районе Прохоровки произошло самое крупное во второй мировой войне встречное танковое сражение. В нем участвовало с обеих сторон около 1200 танков. Одновременно над полем боя шли напряженные воздушные бои. Контрудар Воронежского фронта привел к громадным потерям танковых войск противника и окончательно подорвал их наступательную мощь.

 

Заканчивалось оборонительное сражение советских войск под Курском. Никогда еще за предшествующие годы второй мировой войны наступление вермахта не терпело столь сокрушительного провала и в такие короткие сроки. Танковые корпуса противника сумели вклиниться в оборону Центрального фронта лишь на 10— 12 км, Воронежского фронта — до 35 км. На этом и закончилось последнее стратегическое наступление вермахта на советско-германском фронте.

 

12 июля характер битвы под Курском резко изменился. Наступали уже советские войска, а немецкие вынуждены были переходить к обороне.

 

Советское командование, опираясь на растущую мощь социалистического государства, получило возможность использовать в контрнаступлении под Курском гораздо больше сил, чем в предшествовавших операциях. Если под Москвой и Сталинградом контрнаступление осуществляли по три фронта, то под Курском — пять. В нем участвовали все пять танковых армий, которые имелись в это время в Красной Армии.

 

Особенно неблагоприятно для вермахта развивались события на орловском направлении. Советское командование к началу контрнаступления сумело создать здесь значительное превосходство : в людях — в 2 раза, в орудиях, минометах, танках и САУ — в 3, в самолетах — в 2,7 раза. К тому же мощный натиск войск Брянского фронта и левого крыла Западного фронта был неожиданным для оборонявшейся на этом важном направлении немецкой группировки.

 

12 июля в 3 часа 20 минут на участке прорыва Западного фронта воздух и земля содрогнулись от грохота тысяч орудий и минометов, от разрывов авиационных бомб. Еще раньше артиллерийскую подготовку начали войска Брянского фронта. Такой могучий, хорошо спланированный и подготовленный артиллерийский огонь был обрушен на немецкие войска впервые в ходе войны.

 

В результате двухдневных напряженных боев оборона войск 2-й немецкой армии была прорвана на трех направлениях. 11-я гвардейская армия Западного фронта, наступая на Волхов и Хоты-нец, к исходу 13 июля вклинилась в расположение вражеской обороны на глубину до 25 км. Успешно развивалось и наступление войск Брянского фронта. Восточнее Орла они продвинулись на 14—15 км, а иа болховском направлении — на 8 км. Еще больше ухудшилось положение орловской группировки противника после того как 15 июля перешли в контрнаступление войска правого крыла Центрального фронта.

 

Наступление советских войск на орловском направлении продолжало успешно развиваться. Напряжение борьбы возрастало.

 

После того как закончилось провалом наступление вермахта на Курск, противник вынужден был перейти к обороне и прилагал огромные усилия к тому, чтобы отразить натиск Красной Армии, перевести борьбу на советско-германском фронте в позиционные формы. Стремясь во что бы то ни стало удержать важный орловский плацдарм, фашистское командование направляло в район Орла новые подкрепления и требовало от своих войск стоять насмерть.

 

Вводом в сражение крупных стратегических резервов Советское Верховное Главнокомандование не позволяло противнику стабилизировать линию фронта. Советские воины сокрушали немецкую оборону, нависали над коммуникациями врага. Партизаны, взаимодействуя с Красной Армией, наносили удары по тылу гитлеровцев. Не имея сил остановить советское наступление, немецко-фашистское командование было вынуждено принять решение об оставлении орловского плацдарма и отходе на позицию «Хаген» — оборонительный рубеж восточнее Брянска.

 

Вермахт испытывал перенапряжение сил вследствие все более расширяющегося наступления Красной Армии. Он оказался не в состоянии сдержать ее натиск. В таких условиях фашистское командование на совещании в ставке Гитлера 26 июля решило прибегнуть к тотальным разрушениям на оставляемой территории, уничтожению урожая и скота, угону в фашистское рабство сотен тысяч советских людей. С выполнением этой задачи оно увязывало свои оперативные замыслы.

 

Успешное наступление Красной Армии в значительной мере помешало захватчикам осуществить этот изуверский замысел. Оно также перечеркнуло планы Гитлера относительно переброски хотя бы нескольких немецких дивизий с Восточного фронта в Италию, где произошел политический переворот и назревала угроза выхода ее из войны. В обстановке нарастающих советских ударов высвобождение даже нескольких немецких дивизий из более чем 200, сосредоточенных на советско-германском фронте, стало невозможным, хотя на карту было поставлено сохранение в коалиции самого сильного союзника Германии в Европе — фашистской Италии. Врагу не удалось в течение июля вывести с советско-германского фронта ни одной дивизии. Мало того, пришлось уже тогда перебросить сюда с «Запада еще одну пехотную дивизию. В последующие месяцы такие переброски приняли систематический характер.

 

В начале августа 1943 г. перед стратегической обороной вермахта на советско-германском фронте встали еще более сложные проблемы, вызванные дальнейшим расширением наступления Красной Армии. Войска Брянского фронта в это время подходили к Орлу, а Западный и Центральный фронты создали угрозу коммуникациям орловской группировки врага. Серьезная опасность нависла над группировкой немцев, сосредоточенной на белгородско-харьковском направлении.

 

Эта группировка, отброшенная к 23 июля на исходные позиции, имела в своем составе 18 дивизий, в том числе 4 танковые. Противник опирался на прочную полевую оборону, развитую на большую глубину, и гитлеровское командование было уверено в способности немецких войск остановить дальнейшее продвижение Красной Армии.

 

Расчеты врага не соответствовали реально сложившейся обстановке. К концу июля основные силы Воронежского и Степного фронтов были сосредоточены на белгородско-харьковском направлении, что создавало благоприятные условия для глубокого фронтального удара но стыку ослабленных в предшествовавших боях войск 4-й танковой армии и армейской группы «Кемпф». Такой удар п было решено нанести смежными флангами этих двух фронтон из района северо-западнее Белгорода в общем направлении на Богодухов, Валки, Новая Водолага с целью рассечения белгородско-харьковской группировки противника на две части и последующего охвата и разгрома вражеских сил в районе Харькова. Одновременно был запланирован ряд вспомогательных ударов по обороне гитлеровцев. С юга Харьков должны были обойти войска Юго-Западного фронта. Партизаны готовились с началом контрнаступления войск Воронежского и Степного фронтов нанести мощные удары по коммуникациям противника в его тылу.

 

Общее соотношение сил к началу Белгородско-Харьковской операции составляло по людям — 3,2 : 1, по орудиям и минометам—4:1, по танкам и САУ —4:1, по самолетам — 1,3 : 1 в пользу советских войск.

 

Контрнаступлению войск Воронежского и Стенного фронтов, начавшемуся утром 3 августа, предшествовала мощная артиллерийская и авиационная подготовка.

 

Уже в ходе первого дня боев оборона противника была прорвана на всю тактическую глубину *. Развивая наступление в глубь вражеской обороны, советские войска нанесли крупное поражение противнику в районах Томаровки и Борисовки и 5 августа овладели Белгородом. Первыми завязали уличные бои в городе 89-я гвардейская стрелковая дивизия полковника М. П. Серюгина и 305-я стрелковая дивизия полковника А. Ф. Васильева, получившие почетное наименование «Белгородских».

 

В этот же день после напряженных боев войска Брянского фронта при содействии войск Центрального и Западного фронтов освободили Орел. Приказом Верховного Главнокомандующего за освобождение города Орла было присвоено почетное наименование «Орловских» 5-й стрелковой дивизии полковника П. Т. Михалици-на, 129-й стрелковой дивизии генерала И. В. Панчука, 380-й стрелковой дивизии полковника А. Ф. Кустова, 17-й гвардейской танковой бригаде полковника Б. В. Шульгина.

 

Освобождение Орла и Белгорода было встречено советским народом с огромной радостью и ликованием. В ознаменование одержанных побед московское небо в тот день озарилось первым в истории Великой Отечественной войны артиллерийским салютом. Вступление советских войск в Белгород и Орел имело не только большое военное, но и политическое значение и вызвало широкий отклик во всем мире. Немецкая легенда о том, что советские войска якобы не способны наступать летом, была развеяна в прах. Известный английский военный историк Лиддел Гарт по следам событий отмечал: «Занятие русскими Орла, расположенного севернее Курска, является величайшей победой за время войны... И психологическое воздействие этой победы на немцев будет ужасающим» *.

 

Неся большие потери, орловская группировка противника откатывалась на запад. К 18 августа советские войска, нанеся тяжелое поражение группе армий «Центр», продвинулись в западном направлении до 150 км, полностью ликвидировав орловский плацдарм врага.

 

Успешно развивалось наступление советских войск на харьковском направлении. Соединения 1-й танковой армии за пять дней продвинулись более чем на 100 км. К исходу 7 августа они овладели опорным пунктом вражеской обороны Богодуховом. Одновременно 5-я гвардейская танковая армия освободила Казачью Лопань и Золочев, превращенные противником в крупные узлы сопротивления, прикрывавшие Харьков с северо-запада. Таким образом, мощным ударом танковых объединений вражеская оборона была разрезана на две части. Уже к 11 августа войска Воронежского фронта, значительно расширив прорыв в западном и юго-западном направлениях, выдвинулись своим правым крылом к опорным пунктам противника — Боромле, Ахтырке, Котельве и перерезали железную дорогу Харьков — Полтава. Армии Степного фронта к тому времени вплотную подошли к внешнему харьковскому оборонительному обводу.

 

Немецкий генерал Типпельскирх в своей «Истории второй мировой войны» с горечью писал о событиях тех дней: «В обороне появлялись бреши, которые были особенно губительны, если на соседних неатакованных участках фронта обороняющиеся войска упорно цеплялись за удерживаемые рубежи. В этих случаях дело доходило до окружений дивизий, корпусов и даже армий. При благоприятных обстоятельствах окруженной группировке удавалось пробиться к своим войскам, но все равно это было сопряжено с тяжелыми потерями и оставлением противнику огромного количества боевой техники и снаряжения. Описанная выше картина повторялась неоднократно, когда русские армии 3 августа развернули крупное наступление против группы армий «Юг»» 1 2.

 

Резко ухудшилось положение вермахта и на других участках советско-германского фронта. Ставка Верховного Главнокомандования вводила в борьбу новые силы, умело наращивала мощь уда(job, вое больше расширяла фронт наступления Красной Армии. Противник вынужден был начать отступление на смоленском направлении, рушился его фронт в Донбассе.

 

Немецко-фашистское командование отчаянно пыталось остановить наступление советских войск и удержать Харьков в своих руках. Предпринимались срочные меры по переброске в этот район танковых и моторизованных дивизий из Донбасса и с орловского направления. Противник рассчитывал сильным контрударом танковых корпусов разгромить войска Воронежского фронта в районе Богодухова и Ахтырки и стабилизировать линию фронта, но потерпел провал.

 

В ходе упорной борьбы армии Воронежского фронта отразили сильные контрудары вражеских танковых корпусов юго-западнее и западпее Харькова. В это же время войска Степного фронта сломили сопротивление немецких соединений на оборонительных рубежах севернее города и вышли на его окраины. Выполняя указание Ставки, войска правого крыла Юго-Западного фронта форсировали Сев. Донец, завязали упорные бои за Змиев и установили локтевую связь с соединениями 57-й армии Степного фронта, наступавшей на Харьков с востока. В ночь на 18 августа Змиев был освобожден советскими войсками. Для немецких соединений, оборонявшихся в Харькове, создалась угроза окружения.

 

С каждым часом положение харьковской группировки противника становилось все более бесперспективным. В ночь на 23 августа соединения Степного фронта начали штурм Харькова. Советские бойцы, забыв об усталости многодневных боев, устремились вперед. И тогда враг попытался огнем и динамитом превратить город в руины.

 

Харьков запылал. Сотни промышленных и гражданских сооружений были взорваны. Но то были последние часы хозяйничанья гитлеровцев в городе. Большая часть оборонявшейся здесь немецкой группировки была уничтожена. Остатки ее, бросая боевую технику, отступали, преследуемые советскими войсками.

 

К 12 часам 23 августа Харьков был полностью очищен от немецко-фашистских войск. Жители города восторженно встречали воинов-освободителей.

 

Длительная и упорная борьба за важнейший политический, экономический и стратегический центр на юге Советской страны закончилась блестящей победой Красной Армии. В ходе войны Харьков четыре раза переходил из рук в руки. 23 августа 1943 г. он был окончательно возвращен советскому народу. Москва салютовала освободившим Харьков войскам 20 артиллерийскими залпами из 224 орудий. За мужество и отвагу, проявленные в этих боях, 10 дивизиям Степного фронта было присвоено наименование «Харьковских».

 

Освобождением Харькова завершилось контрнаступление Красной Армии в Курской битве. Мощная группировка врага, нацеленная для наступления па Курск с юга, была разгромлена, противник отброшен к югу почти на 150 км. Выход советских армий в район южнее Харькова усилил угрозу для немецких войск, оборонявшихся в Донбассе.

 

В целом же в ходе напряженных наступательных боев на орловском и харьковском направлениях, продолжавшихся более месяца, были в значительной мере подорваны планы немецко-фашистского командования, принятые им после провала операции «Цитадель» и предусматривавшие стабилизировать л*;нию фронта на Востоке, удержать в своих руках всю захваченную территорию, перевести войну в позиционные формы.

 

Действия советских войск, участвовавших в битве под Курском, были своевременно и широко поддержаны наступлением армий на других участках советско-германского фронта. Начиная со второй половины июля под руководством Верховного Главнокомандования происходит перерастание контрнаступления в общее стратегическое наступление Красной Армии. 17 июля войска Юго-Западного и Южного фронтов нанесли удар по врагу в Донбассе. 22 июля развернулось наступление Ленинградского и Волховского фронтов, 7 августа — правого крыла Западного фронта, 13 августа — Калининского фронта. Советские войска наступали на огромном фронте в 2 тыс. км. Их мощные удары, тщательно спланированные по времени и направлениям, сковали резервы гитлеровского командования и лишили его возможности в широких масштабах перебрасывать силы на курское направление, где развертывались главные события летнего наступления Красной Армии.

 

За 50 дней битвы под Курском немецко-фашистская армия потеряла убитыми, пропавшими без вести и тяжелоранеными более 500 тыс. человек. Было разгромлено 30 отборных дивизий противника. Наиболее тяжелые потери понесли его танковые войска, оснащенные новой боевой техникой. Главный инспектор бронетанковых войск Германии Гудериан вынужден был признать: «В результате провала наступления «Цитадель» мы потерпели решительное поражение. Бронетанковые войска, пополненные с таким большим трудом, из-за больших потерь в людях и технике на долгое время были выведены из строя... Инициатива окончательно перешла к русским» *.

 

Победа под Курском имела огромное международное значение. Она ускорила развал фашистской коалиции, активизировала движение Сопротивления в оккупированных гитлеровцами странах. Народы мира видели в социалистической державе и ее армии силу, несущую освобождение от фашистского ига. Авторитет Советского Союза как ведущей силы антифашистской коалиции еще более укрепился. Поражение, понесенное вермахтом, потрясло фашистский рейх, расшатало моральный дух его войск. Стало ясно, кто военная машина, созданная гитлеровским государством, неспособна противостоять Советским Вооруженным Силам. Потерпела окончательное крушение наступательная стратегия вермахта. Гитлеровская Германия вынуждена была перейти к стратегической обороне.

 

Красная Армия показала в битве под Курском огромную боевую мощь и высокий моральный дух. Свыше 100 тыс. советских воинов были награждены орденами и медалями. Как всегда, впереди, на самых решающих участках фронта сражались коммунисты. В парторганизациях Западного, Брянского, Центрального и Воронежского фронтов имелось свыше 600 тыс. членов и кандидатов партии, что составляло 42% общего числа коммунистов во всей действующей армии. Коммунисты цементировали ряды советских воинов в монолитную, несокрушимую силу.

 

Победа советских войск на полях Курской битвы была ярким свидетельством мощи социалистического государства и его Вооруженных Сил, героизма и мужества советского народа. Она убедительно показала, что силой советского оруяшя фашистская Германия поставлена перед катастрофой.

Категория: История | Добавил: fantast (16.12.2018)
Просмотров: 21 | Рейтинг: 0.0/0