Англо-франко-советские переговоры в Москве в 1939 году

Реально оценивая опасность возникновения второй мировой войны, Советское правительство стремилось к созданию системы коллективной безопасности. Оно хотело заключить соглашение с Англией, подобно советско-французскому договору 1935 г. Со своей стороны английское и французское правительства, учитывая разраставшуюся агрессию фашистской Германии, были не прочь завязать переговоры с Советским Союзом. Однако в противоположность ясной позиции и серьезным планам Советского правительства они рассчитывали использовать переговоры лишь как средство давления на Германию, чтобы толкнуть ее на агрессию против Советского государства. Эти планы и расчеты наглядно продемонстрировали начавшиеся в марте 1939 г. московские переговоры между СССР, Англией и Францией о заключении договора о взаимопомощи.

 

18 марта английский посол в СССР Синде запросил Народный комиссариат иностранных дел о позиции Советского Союза в случае германской агрессии против Румынии. На встречный вопрос представителя НКИД СССР о позиции Англии в случае такой агрессии посол уклонился от ответа. Английское правительство стремилось связать СССР определенными обязательствами и в то же время самому остаться в стороне. На предложение Советского правительства созвать совещание Англии, Франции, Румынии, Польши, Турции и СССР как наиболее заинтересованных государств английское правительство ответило, что оно считает созыв такого совещания преждевременным.

 

21 марта 1939 г. английское правительство предложило Советскому Союзу подписать декларацию от имени СССР, Англии, Франции и Польши, которая обязывала бы эти государства немедленно консультироваться в случае угрозы политической независимости любого европейского государства. Советский Союз немедленно изъявил готовность подписать текст этой декларации. Однако уже 1 апреля 1939 г. правительство Великобритании отказалось от своего предложения, что свидетельствовало об отсутствии у него серьезных намерений заключить действенный договор. В середине апреля 1939 г. французское правительство предложило подписать декларацию, которая обязывала Советский Союз предоставить Франции немедленную помощь и поддержку в случае, если она окажется в состоянии войны с Германией из-за предоставления своей помощи Польше или Румынии; в свою очередь Франция при аналогичной ситуации обязана была оказать немедленную помощь и поддержку Советскому Союзу. Такая декларация не устраивала английское правительство. Оно предложило Советскому Союзу сделать публичное заявление одностороннего характера, которое обязывало бы СССР оказать помощь какому-либо европейскому соседу Советского Союза, если этот сосед окажет сопротивление агрессии. Советское правительство не отвергло данное предложение, а попыталось по-деловому согласовать его с принципиально приемлемым текстом декларации, предложенной Францией. Правительство СССР 17 апреля 1939 г. предложило следующий проект соглашения.

 

«1. Англия, Франция, СССР заключают между собой соглашение сроком на 5—10 лет о взаимном обязательстве оказынать друг другу немедленно всяческую помощь, включая военную, в случае агрессии в Европе против любого из договаривающихся государств.

 

2. Англия, Франция, СССР обязуются оказывать всяческую, в том числе и военную, помощь восточноевропейским государствам, расположенным между Балтийским и Черным морями и граничащим с СССР, в случае агрессии против этих государств».

 

Советское правительство считало совершенно необходимым сопроводить договор об оборонительном союзе военной конвенцией, содержащей точные указания о размерах и формах военной помощи.

 

Однако английская и французская стороны по существу отвергли эти предложения, исходившие из полной взаимности обязательств. Они не хотели одновременно с политическим договором подписывать военную конвенцию. Английские и французские представители выдвинули свои предложения, в которых, как и прежде, пытались связать СССР односторонними обязательствами. Советскому Союзу обещалась помощь только в том случае, если он будет вовлечен в войну в силу своих обязательств перед Англией и Францией, а СССР обязан был помогать им в любом военном конфликте с Германией. Этот проект был неприемлем для СССР, так как не предусматривал эффективной взаимопомощи СССР, Англии и Франции. Советское правительство, понимая нечистую игру своих партнеров по переговорам, в ответе им от 14 мая 1939 г. отмечало, что «английские предложения не содержат в себе принципа взаимности в отношении СССР и ставят его в неравное положение», ибо «отсутствие гарантии СССР со стороны Англии и Франции в случае прямого нападения агрессоров, с одной стороны, и неприкрытость северо-западных границ СССР, с другой стороны, могут послужить провоцирующим моментом для направления агрессии в сторону Советского Союза». Искренне стремясь к пресечению дальнейшей фашистской агрессии, Советское правительство ясно указало на следующие условия, необходимые для реализации такой цели:

 

«1. Заключение между Англией, Францией и СССР эффективного пакта взаимопомощи против агрессии;

 

2.            Гарантирование со стороны этих трех великих держав государств Центральной и Восточной Европы, находящихся под угрозой агрессии, включая сюда также Латвию, Эстонию и Финляндию;

 

3.            Заключение конкретного соглашения между Англией, Францией и СССР о формах и размерах помощи, оказываемой друг другу и гарантируемым государствам, без чего (без такого соглашения) пакты взаимопомощи рискуют повиснуть в воздухе, как это показал опыт с Чехословакией».

 

В соответствии с этими принципами Советское правительство в начале июня 1939 г. выдвинуло еще раз конкретный проект соглашения о взаимной помощи Англии, Франции и СССР. Однако и на этот раз правительства Англии и Франции решительно отказались распространять обязательства на Прибалтийские государства, оставляя тем самым открытый коридор для германской агрессии. Они предлагали Советскому правительству дать гарантии Польше и Румынии, аналогичные тем, которые они дали этим государствам, но в то же время отказывались давать гарантии Прибалтийским государствам. Совершенно очевидно, что такой вариант соглашения означал подталкивание гитлеровской Германии на агрессию против прибалтийских соседей СССР и против самого Советского Союза. Выдвигая заведомо неприемлемые предложения, английское и французское правительства завели переговоры в тупик.

 

В ходе переговоров советская сторона предлагала, чтобы обязательства СССР, Англии и Франции в отношении государств, которым они дают гарантии, имели силу не только в случае прямой, но и в случае косвенной агрессии против любого государства, получающего гарантию. У Советского Союза были все основания беспокоиться, ибо посредством «косвенной агрессии» фашистская Германия могла по примеру Чехословакии и Австрии захватить и Прибалтийские государства. Советское правительство не могло не видеть и того, что правящие круги Англии и Франции, совершившие мюнхенское предательство, могли таким же способом выдать Германии и Прибалтийские государства. Их отказ предоставить гарантии Латвии и Эстонии недвусмысленно говорил об этом.

 

Советские предложения о всесторонних гарантиях были справедливы. Это признавалось в памятной записке английского министерства иностранных дел от 22 мая 1939 г., в которой было сказано, что советские предложения о совместных гарантиях Латвии, Эстонии и Финляндии являются закономерными и обоснованными, ибо при отсутствии таких гарантий Советский Союз может подвергнуться нападению через эти страны.

 

Таким образом, не Советский Союз, а западные державы, которые откалывались принять справедливые и обоснованные условия соглашения, повинны в затруднениях в ходе переговоров.

 

Несмотря на такую позицию западных держав, Советский Союз искренне и настойчиво искал пути к соглашению и предложил с самого начала переговоров заключить наряду с политическим договором соответствующую военную конвенцию о формах и размерах взаимной помощи. 23 июля 1939 г. СССР предложил начать в Москве переговоры военных миссий. Хотя Англия и Франция дали согласие на такие переговоры, они серьезно и не помышляли о заключении действенного соглашения с СССР. Английская и французская миссии 11 дней готовились к отъезду, 6 дней плыли на тихоходном судне и прибыли в Москву только 11 августа.

 

Миссии состояли из отставных генералов и адмиралов и из лиц, не занимавших ответственных постов. Возглавлявший английскую миссию адмирал Драке был командующим одной из британских военно-морских баз. Драке прибыл в Москву, даже не имея мандата, уполномочивавшего его на переговоры. Присланный ему в Москву мандат давал право лишь вести переговоры, но не уполномочивал на подписание какого-либо соглашения. Не имел полномочий на подписание соглашения с СССР и глава французской миссии генерал Думенк. Как английская, так и французская миссии не имели никакого военного плана совместных операций против общего противника и не могли определить силы и средства, выставляемые участниками предполагавшейся конвенции.

 

Германский посол в Лондоне, хорошо знавший обстановку и настроения в правительственных сферах Англии, сообщил 1 августа 1939 г. своему правительству следующее: «К продолжению переговоров о пакте с Россией, несмотря на посылку военной миссии,— или, вернее, благодаря этому,— здесь относятся скептически. Об этом свидетельствует состав английской военной миссии: адмирал, до настоящего времени комендант Портсмута, практически находится в отставке и никогда не состоял в штабе адмиралтейства; генерал — точно так же простой строевой офицер; генерал авиации — выдающийся летчик и преподаватель летного искусства, но не стратег. Это свидетельствует о том, что военная миссия скорее имеет своей задачей установить боеспособность Советской Армии, чем заключить оперативные соглашения» '.

 

Главой советской военной миссии был назначен народный комиссар обороны Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов, который имел полномочия не только вести переговоры, но и подписать военную конвенцию. Советская делегация сразу представила конкретный план, намечавший совместные действия вооруженных сил СССР, Англии и Франции при всех возможных вариантах агрессии фашистской Германии в Европе.

 

На первом заседании военных миссий СССР, Англии и Франции, которое состоялось 12 августа 1939 г., были решены вопросы порядка совещания. Заседания 13 и 14 августа прошли в безрезультатных попытках советской делегации получить ответы на важнейшие вопросы, без которых невозможно было ни плодотворное ведение переговоров, ни тем более заключение соглашения. Один из таких вопросов заключался в том, чтобы английская и французская стороны ознакомили советскую сторону с общими планами обороны договаривающихся стран. Однако по существу никаких планов обороны английская и французская делегации не сообщили. Они ограничились общей оценкой тех сил и средств, которыми располагали Англия и Франция, и возможностей их сосредоточения и развертывания.

 

Не получив информации о планах обероиы, советская делегация поставила вопрос о том, как миссии или генеральные штабы Франции и Англии представляют себе участие Советского Союза в войне против агрессора, если последний нападет на Францию и Англию или на Польшу и Румынию, а также на Турцию, т. е., какова точка зрения английской и французской миссий на совместные действия против агрессора или блока агрессоров в случае их выступления против договаривающихся стран. Тем самым советская делегация стремилась выяснить, как Советский Союз сможет оказать помощь жертвам агрессии.

 

В заявлении советской военной миссии на заседании 14 августа говорилось, что «поскольку СССР не имеет военных договоров с Польшей и Румынией, а также поскольку угрожаемыми со стороны агрессии в Европе являются, прежде всего, Польша Румыния, Франция и Англия, постольку вопрос о пропуске советских вооруженных сил через территорию Польши и Румынии, а также и о действиях советских войск на территории этих государств против агрессора должен быть разрешен английским и французским правительствами совместно с правительствами Полыни и Румынии». Советская делегация исходила при этом из того, что Англия и Франция состояли в политическом и военном союзе с Румынией и Польшей. Советская миссия заявила, что «без положительного разрешения этого вопроса все начатое предприятие о заключении военной конвенции между Англией, Францией и СССР, по ее мнению, заранее обречено па неуспех» '.

 

На заседании 15 августа член советской миссии командарм 1-го ранга Е. М. Шапошников подробно изложил три возможных варианта совместных военных действий вооруженных сил Англии, Франции и СССР. По первому варианту, в том случае, если блок агрессоров нападет на Англию и Францию, «СССР выставляет 70% тех вооруженных сил, которые Англией и Францией будут непосредственно направлены против главного агрессора — Германии». Птот вариант предусматривал обязательное участие в войне Польши в силу ее договора с Англией и Францией. При этом правительства Англии и Франции должны были добиться от Польши обязательства пропустить вооруженные силы СССР через польскую территорию к границам Восточной Пруссии. При этом «Англия и Франция должны добиться от балтийских стран согласия на временное занятие англо-французским флотом Аландских островов, Моонзундского архипелага с его островами (Эзель, Даго, Вормс), портов Ганге, Пернов, Гапсаль, Гайнаш и Либава, в целях охраны нейтралитета и независимости этих стран от нападения со стороны Германии» Это предложение наглядно опровергает измышления буржуазных фальсификаторов истории второй мировой войны, утверждающих, будто Советский Союз хотел получить свободу рук в Прибалтике и требовал для себя права оккупировать порты Прибалтийских государств.

 

При в юром варианте возникновения военных действий, в случае, если бы агрессия была направлена на Польшу и Румынию, последние должны были выставить на фронт все свои вооруженные силы, Франция и Англия — немедленно объявить войну агрессору, а Советский Союз — выставить такое же количество вооруженных сил, какое выставят Англия и Франция непосредственно против Германии. Участие СССР в войне могло состояться при условии, что Англия и Франция договорились бы с Польшей и по возможности с Литвой, а также с Румынией о пропуске советских войск через их территорию.

 

В третьем варианте, предусматривавшем случай, когда главный агрессор, используя территории Финляндии, Эстонии и Латвии, направит свою агрессию против СССР, Франция и Англия должны немедленно вступить в войну с агрессором или блоком агрессоров и выставить на фронт 70% тех сил, которые будут выставлены Советским Союзом. Польша при этом варианте обязательно должна вступить в войну и по договоренности с Англией и Францией пропустить советские войска через Виленский коридор и Галицию. В случае, если бы в войну была втянута Румыния, правительства Англии и Франции должны добиться ее согласия на пропуск советских войск через территорию Румынии.

 

На все эти четкие и целеустремленные предложения советской миссии относительно возможных совместных действий СССР, Англии и Франции, основанные на принципе взаимности обязательств, английская и французская стороны не выдвинули ни одного конкретного варианта отпора агрессору; не определили количество сил и средств, выделяемых договаривающимися сторонами, не наметили тех условий, при которых возможны их совместные действия. Французская миссия вручила советской делегации записку, по поводу которой глава советской миссии па заседании 1В августа заявил, что принципы, выдвинутые французской мисспей, «об организации обороны договаривающихся Сторон Слишком универсальны, абстрактны, бесплотны и никого ни к чему не обязывают», что «они, не представляя ничего конкретного, могли бы послужить материалом разве только для какой-либо абстрактной декларации»

 

Кардинальный вопрос о пропуске советских войск через территорию Польши английская и французская стороны обходили полным молчанием. И это было не случайно, ибо миссии Англии и Франции прибыли в Москву с инструкциями по возможности избегать постановки вопроса о Польше и в каждом случае, когда он встанет, обращаться к своим правительствам.

 

На заседании 21 августа 1939 г. советская сторона заявила: «Советская миссия считает, что СССР, не имеющий общей границы с Германией, может оказать помощь Франции, Англии, Польше и Румынии лишь при условии пропуска его войск через польскую и румынскую территории, ибо не существует других путей для того, чтобы войти в соприкосновение с войсками агрессора... Это — военная аксиома...

 

Если, однако, этот аксиоматический вопрос французы и англичане превращают в большую проблему, требующую длительного изучения, то это значит, что есть все основания сомневаться в их стремлении к действительному и серьезному военному сотрудничеству с СССР. Ввиду изложенного, ответственность за затяжку военных переговоров, как и за перерыв этих переговоров, естественно, падает на французскую и английскую стороны» 1 2.

 

Как стало известно из опубликованных впоследствии документов, английские и французские представители имели инструкции, направленные по существу на затяжку и срыв переговоров. В ходе московских переговоров Советское правительство убедилось, что оно не может рассчитывать на военное сотрудничество с Англией и Францией. Более того, стало ясно, что они пытаются поставить СССР в положение международной изоляции и по существу содействуют нападению Германии на Советский Союз.

 

Переговоры оказались безрезультатными и были прерваны по вине английского и французского правительств, не желавших заключать соглашение о взаимопомощи с Советским Союзом.

Категория: История | Добавил: fantast (05.12.2018)
Просмотров: 20 | Рейтинг: 0.0/0