Особенности коллективизации в республиках СССР в 30-е годы

Социалистические преобразования в сельском хозяйстве национальных республик были составной частью единого процесса. Ряд республик, преодолев к началу второй пятилетки серьезные трудности, достиг значительных успехов в колхозном строительстве.

 

В организации колхозного производства национальных республик имелись в то время и существенные недостатки. Плохо был налажен учет труда, допускался шаблон в применении форм колхозного строительства, зачастую игнорировались местные хозяйственные и бытовые особенности. Отрицательно сказывалось недостаточное влияние коммунистов-колхозников на колхозное производство.

 

7-я областная партийная конференция Киргизии (январь 1934 г.) отметила слабую политико-воспитательную работу среди коммунистов сел и аилов и наличие в их среде байско-манапских пережитков.

 

В национальных республиках, как и во всем Советском Союзе, главными задачами сельского хозяйства во второй пятилетке были организационно-хозяйственное и политическое укрепление колхозов, повышение производственной активности колхозников, увеличение на этой основе производства продуктов животноводства и технических культур — важнейших отраслей сельского хозяйства этих республик. Однако здесь больше внимания, чем в других местах Советского Союза, уделялось объединению единоличных хозяйств.

 

В республиках Закавказья основная масса крестьянских хозяйств— почти половина в Азербайджанской и более 60% в Грузинской и Армянской республиках — вступила в колхозы лишь во второй и в начале третьей пятилетки. Значительная часть населения в Закавказье занималась такими отраслями земледелия (садоводство, виноградарство), для механизации которых в годы первой пятилетки не было еще необходимых условий. Туда направлялось меньше техники и средств по сравнению с районами зерновых и технических культур. В горных районах Закавказья, где основной отраслью хозяйства было отгонное скотоводство, сохранялись патриархальные пережитки. Все эти условия в совокупности требовали более медленных темпов коллективизации, более широкого применения простейших форм коллективного хозяйства — товариществ по общественной обработке земли.

 

Существенным своеобразием отличался процесс коллективизации в Средней Азии, Казахстане, Бурят-Монголии, Якутии и в ряде национальных районов Северного Кавказа. Коренной переворот в жизни крестьянства, переход его на путь социализма, минуя капитализм, совершался здесь в условиях все еще не изжитого фактического неравенства народов и сохранения феодально-родовых пережитков, особенно устойчивых в районах кочевого животноводства. Сплошная коллективизация на востоке страны развернулась позже, чем в Центральной России, и прошла ряд дополнительных ступеней, потребовала более широкого применения переходных форм колхозного строительства. Опыт показал, что излишнее форсирование темпов коллективизации повсюду, независимо от различия местных условий, порождало отрицательные результаты. Причем их последствия были более тяжелыми в отсталых в экономическом, политическом и культурном отношении районах. Партийные организации национальных республик неоднократно подчеркивали необходимость строгого соблюдения ленинских принципов производственного кооперирования.

 

Процесс коллективизации в Таджикистане, кочевых районах Казахстана, Киргизии и Туркмении продолжался на протяжении всей второй и частично третьей пятилеток.

 

Весьма характерной особенностью в колхозном строительстве республик Средней Азии и Казахстана было длительное преобладание простейших форм коллективного хозяйства — товариществ по общественной обработке земли и использованию пастбищ. В то-зах объединялись лишь земельные наделы и труд. Рабочий скот и инвентарь использовались совместно при выполнении отдельных видов хозяйственных работ. Доходы распределялись по количеству вложенного труда, орудий производства, а иногда и по едокам. Тозы оказались наиболее приемлемой формой кооперации крестьян кочевых и полукочевых районов, где основной отраслью хозяйства было животноводство.

 

Между тем обнаружились тенденции отдельных работников и некоторых организаций, местных и союзных (Наркомзем СССР), игнорировать простейшие формы колхозного движения, поощрять курс на максимальное обобществление имущества колхозников, всего рабочего и продуктивного крупного и мелкого скота, всего инвентаря. Решения ЦК ВКП (б) и СНК СССР от сентября — октября 1932 г. и апреля 1933 г. по Казахстану помогли выправить положение. Указанными решениями тозы признавались основной формой колхозного строительства на ближайшие годы во всех отсталых национальных районах. Республиканским органам предлагалось реорганизовать сельскохозяйственные артели в тозы, вернуть колхозникам обобществленный рабочий скот и мелкий инвентарь, помочь маломощным хозяйствам обзавестись продуктивным скотом. В 1933—1934 гг. колхозникам было передано из колхозно-товарных ферм, совхозов, а также путем завоза извне около 1 млн. голов скота. Примерный устав тозов разрешал их членам иметь в индивидуальном пользовании значительное количество крупного и мелкого скота, необходимого для удовлетворения нужд семьи и хозяйства. Вводилась сдельная оплата труда.

 

Условия для перехода тозов на устав сельскохозяйственной артели стали созревать к концу второй пятилетки, когда колхозы окрепли, поднялся уровень политического сознания колхозников, а влияние байско-кулацких элементов было в корне подорвано.

 

Переход к более высокой форме коллективного хозяйства в национальных республиках был тесно связан с принятием нового устава сельскохозяйственной артели, который учитывал хозяйственно-бытовые особенности национальных республик. В Казахстане, Киргизии, Туркмении, Каракалпакии и некоторых других районах каждому колхозному двору разрешалось иметь в пользовании не только продуктивный, но и рабочий скот. В кочевых районах Казахстана и Киргизии допускалось иметь до 10 лошадей, 8—10 коров, 100—150 голов мелкого скота. Существенные отличия имел устав сельскохозяйственной артели в Таджикистане. В частности, излишек скота у колхозников, вступивших в артель, выкупался, на что государство отпускало специальный кредит.

 

С принятием нового устава колхозам были вручены Государственные акты на вечное и бесплатное пользование землей. Для крестьян национальных республик, лишенных до революции каких-либо прав на землю, это имело особое значение. В соответствии с решениями съездов компартии Казахстана (I съезд в июле 1937 г.), Таджикистана (III съезд в сентябре 1937 г.) и других республик было намечено завершить переход к артельной форме в 1937 — 1938 гг.

 

Одна из специфических черт социалистического переустройства сельского хозяйства на востоке была связана с решением проблемы оседания кочевого и полукочевого населения. Сохранение кочевого и полукочевого быта было одним из наиболее наглядных проявлений социально-экономической отсталости. Переход кочевников к оседлому образу жизни требовал сравнительно длительных сроков, больших материальных затрат, а также целеустремленных усилий партийных и государственных организаций, в обязанность которых входило проведение широкой разъяснительной работы.

Коллективизация создала условия для массового оседания кочевников и приобщения их к социалистическому производству. В результате трудящиеся кочевники избавились от засилья байства и кулачества, улучшили свое материальное положение, втянулись в активную политическую жизнь страны. Советское государство оказало хозяйствам, переходившим к оседлому образу жизни, большую помощь. Только в 1934 г. на устройство 160 тыс. кочевников Казахстана из союзного бюджета было ассигновано около 30 млн. руб.

 

Эти хозяйства освобождались па два года от всех государственных налогов и поставок. Во второй пятилетке число кочевников-скотоводов стало быстро сокращаться. В начале 30-х годов на территории Казахстана насчитывалось около 600 тыс. кочевых хозяйств, в Киргизии — 140 тыс. На 1 января 1936 г. в Казахстане, Киргизии и Каракалпакии сохранилось около 200 тыс. хозяйств, ведших кочевой образ жизни. Сотни тысяч семей порвали с отсталой формой хозяйства и традициями, укоренявшимися веками. Вместо стойбищ и курных юрт возникли благоустроенные поселки с развитой сетью культурно-бытовых учреждений.

 

В хозяйственной деятельности крестьянства Средней Азии первостепенную роль играли ирригационные работы, осуществлявшиеся с помощью государства. Водные ресурсы и оросительная система в руках государства были серьезным стимулом производственной организации дехканства, особенно хлопководческих районов. Такие сооружения, как Вахшское водохранилище в Таджикистане, Большой Ферганский канал, построенный совместно трудящимися Узбекистана и Таджикистана уже в третьей пятилетке, ирригационные работы в Туркмении, финансирование которых обошлось государству в 57,5 млн. руб., содействовали коллективизации хлопкоробов. Возделывание хлопка для массы населения Узбекистана, Таджикистана и Туркмении имело жизненно важное значение.

 

Во второй пятилетке в национальных республиках полностью выявились преимущества социалистической системы сельского хозяйства. Последствия трудностей реорганизационного периода в основном были преодолены. Поднялась техническая оснащенность производственных работ, выросли кадры руководителей, механизаторов, передовиков колхозного производства. Перестройка партийных организаций по производственному принципу усилила влияние коммунистов на селе, способствовала развертыванию политико-воспитательной работы среди колхозников. Улучшались организация и дисциплина труда, повысилась его эффективность. Поднялось благосостояние колхозников.

 

Социалистическая реконструкция сельского хозяйства на востоке страны позволила разрешить важнейшие проблемы, имевшие общесоюзное значение. Среднеазиатские республики — основная хлопковая база СССР — удовлетворяли неотложные потребности страны в хлопке. В 1937 г. производство хлопка возросло по сравнению с 1932 г. почти в 2 раза. Страна завоевала независимость от внешних хлопковых рынков.

 

Определенных успехов достигли республики Средней Азии и Казахстана в развитии животноводства. Поголовье крупного рогатого скота возросло во второй пятилетке на 61%, овец и коз — на 75%. Задание плана но увеличению поголовья мелкого рогатого скота было выполнено на 100%, крупного — на 97%. Казахская ССР выполнила план по обоим показателям.

 

Организационно-хозяйственное укрепление колхозов положительно сказалось на их численном росте. В 1937 г. число дехканских хозяйств, вступивших в колхозы в Казахской, Узбекской и Туркменской ССР, составило 95—97%, в Киргизской и Таджикской—89—90%. Усилился приток крестьян в колхозы и в республиках Закавказья. В 1937 г. в Азербайджане и Армении в колхозы было вовлечено 86—88%, в Грузии —76,5% хозяйств. Это означало, что коллективизация во многих национальных республиках завершалась.

 

Победа нового общественного строя в сельском хозяйстве национальных республик имела огромное историческое значение. Она облегчила и ускорила ликвидацию экономической и культурной отсталости народов, подорвала в корне пережитки патриархально-феодальных отношений, особенно цепко державшихся в кочевых районах. В аулах, кишлаках, аилах были ликвидированы эксплуататорские элементы, изменился социальный облик дехкан-ства, перешедшего от мелкого индивидуального к крупному коллективному хозяйству.

 

По мере роста и укрепления новой материально-технической базы, выработки единых форм и методов ведения коллективного хозяйства, по мере выравнивания уровней экономического, общественного и культурного развития населения сглаживались исторически сложившиеся различия между крестьянами национальных республик. С победой социализма в сельском хозяйстве крестьянство всех советских республик оказалось в одинаковых социально-экономических условиях, получило одинаковые возможности для повышения материального и культурного уровня жизни.

 

В последние годы второй пятилетки завершилась сплошная коллективизация в целом по СССР, во всех 11 союзных республиках. Разрыв в уровне коллективизации зерновых и незерновых районов, существовавший в начале второй пятилетки, постепенно ликвидировался. Отстававшие по уровню коллективизации районы подтянулись до уровня передовых.

 

К концу 1937 г. 18,5 млн. крестьянских дворов состояло в колхозах. Только 1,4 млн. дворов оставались единоличными. В 1937 г. удельный вес единоличных хозяйств по посевным площадям составлял менее 1%, по поголовью лошадей — 2,9, по поголовью крупного рогатого скота — 3%. Это означало, что социалистическая система стала по сути дела единственной формой организации сельского хозяйства в СССР.

 

К концу второй пятилетки еще больше возросла роль сельскохозяйственной артели как основной формы колхозного строительства. Незначительное число товариществ по общественной обработке земли или общественному содержанию скота сохранилось лишь в некоторых национальных республиках (Киргизской, Казахской, Таджикской ССР и др.), причем и здесь товарищества постепенно переходили на устав сельскохозяйственной артели.

 

Социалистические производственные отношения в сельском хозяйстве Союза ССР победили и упрочились.

Категория: История | Добавил: fantast (01.12.2018)
Просмотров: 19 | Рейтинг: 0.0/0