Необходимость диалектической философии для естествознания с точки зрения Энгельса

Необходимость диалектического метода для естествоиспытателей Энгельс обосновывал тем положением, что собственное развитие естествознания привело к тому, что вынуждает привести метод мышления ученых в соответствие с объективным содержанием естественнонаучных открытий, т. е. с объективной диалектикой самой природы. Развернутый план «Диалектики природы» начинается с этой мысли: «Историческое введение: в естествознании, благодаря его собственному развитию, метафизическая концепция стала невозможной».

Отлично понимая причины громадных трудностей в области теоретического естествознания, встававших перед учеными того времени, которые в своей массе не знают диалектики и не владеют ею, Энгельс главное свое внимание направлял на то, чтобы еще и еще раз, всеми способами, доказать абсолютную необходимость диалектики для естествознания и разработать конкретные рекомендации, как надо ее изучать и овладевать ею.

 

Речь шла, таким образом, о практическом преодолении основного противоречия в естествознании XIX в. посредством приведения метода мышления естествоиспытателей в соответствие с объективным содержанием самих естественнонаучных открытий. В результате этого естествознание должно было бы подняться на новую, более высокую ступень своего развития, на которой диалектический метод смог бы применяться учеными строго последовательно и вполне сознательно.

 

В связи с этим Энгельс постоянно подчеркивает недостаточность одной лишь стихийной диалектики, которая на каждом шагу проникает в естествознание против воли и сознания ученых. Такой процесс, как показывает Энгельс, происходит просто благодаря напору самих естественнонаучных открытий, не умещающихся больше в старом метафизическом прокрустовом ложе. Но Энгельс предвидит, что тот же процесс «может быть сильно сокращен, если представители теоретического естествознания захотят поближе познакомиться с диалектической философией в ее исторически данных формах. Среди этих форм особенно плодотворными для современного естествознания могут стать две».

 

Первая форма -- это греческая философия, в многообразных школах которой в зародыше даны почти все позднейшие типы мировоззрений. Поэтому и естествоиспытатели, если они хотят проследить историю возникновения своих теперешних воззрений, должны обратиться к древним грекам. Вторая форма диалектики, особенно близкая именно немецким естествоиспытателям,— это классическая немецкая философия от Канта до Гегеля.

 

Так Энгельс своими советами активно помогал современным ему ученым избавляться от традиций метафизики, которые стесняли их мышление, и на деле овладевать диалектикой как методом научного познания, методом научного исследования. При этом он исходил из того факта, что начиная особенно с середины XIX в. диалектический характер процессов природы стал непреодолимо навязываться мысли, а потому только диалектика могла помочь естествознанию выбраться из теоретических трудностей.

 

Энгельс говорит о том, что способность к теоретическому мышлению (а под этим он понимает способность мыслить диалектически) должна быть развита и усовершенствована. Само по себе теоретическое мышление в каждую эпоху есть исторический продукт. «Следовательно, наука о мышлении, как и всякая другая наука, есть историческая наука, наука об историческом развитии человеческого мышления. А это имеет важное значение также и для практического применения мышления к эмпирическим областям. Ибо, во-первых, теория законов мышления отнюдь не есть какая-то раз навсегда установленная «вечная истина», как это связывает со словом «логика» филистерская мысль... А, во-вторых, знакомство с ходом исторического развития человеческого мышления, с выступавшими в различные времена воззрениями на всеобщие связи внешнего мира необходимо для теоретического естествознания и потому, что оно дает масштаб для оценки выдвигаемых им самим теорий».

 

Так Энгельс обосновывал свои практические рекомендации, адресованные естествоиспытателям. «Освобожденная от мистицизма диалектика,— писал он,— становится абсолютной необходимостью для естествознания, покинувшего ту область, где достаточны были неподвижные категории, представляющие собой как бы низшую математику логики, ее применение в условиях домашнего обихода. Философия мстит за себя задним числом естествознанию за то, что последнее покинуло ее. А ведь естествоиспытатели могли бы убедиться уже на примере естественнонаучных успехов философии, что во всей этой философии имелось нечто такое, что превосходило их даже в их собственной области...».

 

Отмечая, что в физике и химии ученым волей-неволей приходилось мыслить, так как атомов и молекул нельзя было наблюдать в микроскоп, а можно представлять только посредством мышления, Энгельс, в частности, ссылался на следующее обстоятельство: об атомах и таких их свойствах, как атомный вес, приходилось рассуждать как о мыслительных определениях, «относительно которых должно решать мышление» 105, разумеется, учитывая при этом результаты эмпирических исследований, в данном случае — количественного химического анализа.

 

С таких позиций Энгельс рассматривал общий вопрос о взаимоотношении между философией и естествознанием. Естествоиспытатели, говорил он, воображают, что они освобождаются от философии, когда игнорируют или бранят ее. Однако без мышления они не в состоянии двинуться ни на шаг; для мышления же необходимы логические категории. Откуда их можно взять? Либо из «дурных» источников и «бракованного» материала, из отбросов и остатков давно погибших философских систем, либо, напротив, из той формы теоретического мышления, которая основывается на глубоком знакомстве с историей мышления и его достижениями.

 

В первом случае ученые оказываются в подчинении, как правило, у самой «скверной» философии, некритически воспринимая мешанину из различных реакционных философских воззрений. В итоге «те, кто больше всех ругает философию, являются рабами как раз наихудших вульгаризированных остатков наихудших философских учений» 106.

 

Во втором случае учеными будет руководить и в этом смысле будет над ними властвовать диалектика, которая только и может вывести их мысль из лабиринта теоретических и методологических трудностей и противоречий.

 

Необходимость диалектики для естествоиспытателей Энгельс доказал настолько веско и убедительно, что только люди, предвзято относившиеся к философии, могли с упрямством метафизиков отказываться от изучения и овладения ею. Современное развитие естествознания и философии со всей силой еще и еще раз подтвердило правильность идей Энгельса и его указаний на необходимость диалектики для естествоиспытателей. Итак, видя в диалектике инструмент решения основного противоречия в естествознании второй половины XIX в. и вытекающих из этого противоречия частных трудностей, Энгельс всесторонне проанализировал и развил метод диалектики в применении к современному ему естествознанию. С одних и тех же общих марксистских позиций Энгельс разобрал ряд принципиальных вопросов философии и внес в их разработку много своего, оригинального, свежего, нового. В числе таких вопросов стояли: вопрос о предмете научной философии — диалектики и логики — и о действии законов диалектики в процессе изучения явлений природы; основной вопрос всякой философии, рассмотренный в разрезе той же диалектики, и в этом же разрезе проведенный анализ гносеологических корней идеализма.

 

Как общий итог этого разбора выступает трактовка и творческая разработка Энгельсом диалектики в качестве научного метода, в котором кровно было заинтересовано все естествознание. Подведение такого итога позволяет в дальнейшем перейти к рассмотрению более частных, более специализированных вопросов естествознания, которые рассматриваются Энгельсом в порядке конкретизации основных законов, принципов и категорий марксистской диалектики. Этими более частными, но все же достаточно широкими вопросами являются вопросы, касающиеся диалектического хода познания: основного закона движения (сохранения и превращения энергии); взаимосвязи различных форм движения материи в природе; вещества, главным образом химического, и его законов. Рассмотрению взглядов Энгельса по этим вопросам посвящена следующая часть книги.

 

В высказываниях Энгельса относительно предмета философии как логики и диалектики можно найти два взаимосвязанных и взаимно дополняющих друг друга определения: во-первых, диалектика, диалектическая философия есть наука о наиболее общих законах всякого движения, всякого развития, совершающегося во внешнем мире (природе и обществе) и в нашем собственном мышлении; во-вторых, она есть наука о мышлении и его специфических законах. Оба эти определения нераздельны и выражают по существу одно и то же: мышление, как отражение внешнего мира, необходимо предполагает, что его содержанием как раз и является отражаемый им внешний мир (природа и общество). Поэтому, поскольку речь идет о материалистической диалектике, учение о мышлении неизбежно включает в себя и учение о внешнем мире, составляющем предмет мышления.

 

По сути дела к этому же сводится в конечном счете и первое определение, данное Энгельсом: диалектика как наука о наиболее общих законах всякого движения, органически включает в себя и чисто гносеологический аспект; в самом деле, речь идет здесь о наиболее общих законах движения, которое происходит не только в природе и обществе (внешнем мире), но и в его отражении в мышле-дии человека. Другими словами, здесь дело касается одних и тех же общих законов, которые действуют и в объективном мире и в его субъективном отражении. Это значит, что если раскрыты диалектические законы мышления, то тем самым раскрыты и те же самые диалектические законы, действующие в природе и обществе, ибо это и есть наиболее общие законы всякого движения, всякого развития.

 

При поверхностном или эклектическом подходе к этому вопросу серьезный, всесторонний его анализ подменяется произвольным выхватыванием одних положений или фраз при игнорировании других, неугодных для данного автора. Только в результате такого ошибочного подхода могло случиться так, что одно определение диалектической философии, данное Энгельсом, было противопоставлено другому, как якобы несовместимому с ним, тогда как у Энгельса оба ее определения едины, органически слиты и выражают одну и ту же мысль. На этом их единстве и строится весь разбор Энгельсом предмета философии.

Категория: Философия | Добавил: fantast (21.01.2019)
Просмотров: 78 | Рейтинг: 0.0/0