Главная » Статьи » Наука » Философия

Революционная практика и материалистическая диалектика. Часть 2

Революционная практика и материалистическая диалектика

В. А. ЛОСКУТОВ Уральский университет

ЧАСТЬ 1

Практика

Оценивать состояние и тенденции развития философско-теоретических исследований категории «практика» чрезвычайно сложно, ибо, с одной стороны, о практике пишут очень много и многие, с другой стороны, специальных работ — единицы. В современной литературе данное понятие определяют либо как специфический вид человеческой деятельности, либо как социальную форму движения материи. Обращает на себя внимание тот факт, что сторонники первого подхода делают акцент на изучении непосредственного характера практической деятельности. Те же, кто считает, чтб Практика является социальной формой движения материи, напротив, обращают внимание в первую очередь на универсальные закономерности ее существования. В. И. Ленин утверждал, что «практика выше (теоретического) познания, ибо она имеет не только достоинство всеобщности, но и непосредственной действительности»35. Он не случайно обратил внимание на это противоречие, ибо оно является ключевым в системе развития практической деятельности. Не поняв его исторической природы мы не сможем объяснить диалектику практического развития людей, понять сущность основополагающей категории марксизма. Первый шаг в этом направлении—обнаружение и развернутый теоретический анализ предельного основания единства непосредственного и всеобщего в практике, своеобразного логического основания возможного синтеза ныне существующих противоположных определений данного феномена.

 

В первой половине XIX века перед философией с особой остротой встала проблема единства универсальных сил и земной основы истории. Практическое развитие капиталистического общества до предела обнажило антагонистическую природу противоречивого единства универсально-конструктивных возможностей исторического движения капитала и его «земной» античеловеческой сущности. Философское сознание той исторической эпохи отражало диалектику взаимодействия противоположных сторон общественного развития капиталистической формации в целом идеалистически. Философский идеализм абсолютизировал универсально-конструктивный характер наличной исторической реальности, в то время как различные натуралистические концепции столь же метафизически абсолютизировали роль и значение для целостного развития истории ее разнообразных «материалистических» элементов.

 

В параграфе «История» 1-й главы «Немецкой идеологии» К. Маркс и Ф. Энгельс дают развернутое диалектико-материалистическое решение проблемы взаимосвязи универсальных сил и земной основы истории. Обращает на себя внимание принятая в этой части работы логика исследования. Сначала К. Маркс и Ф. Энгельс анализируют развитие деятельности и тех исторических отношений, которые делают ее «первым историческим актом». Затем в центре внимания оказывается человек, единство его производительных сил, общественных состояний и сознания, т. е. то, что в современной философской литературе обозначается термином «культура». Только после этого они переходят к изучению взаимосвязи частных и общих интересов людей и определяют в качестве «истинного очага и арены всей истории» гражданское общество. Нам кажется, что принятая классиками логика исследования исторической реальности не является случайной. Двигаясь от деятельности к культуре, а затем к обществу, они в теоретико-системной форме отразили диалектическое единство универсальных сил развития исторического процесса.

 

В «Тезисах о Фейербахе» К- Маркс настойчиво и целенаправленно, от начала до конца проводит одну мысль: деятельность, культура, общество тогда становятся универсальными силами развития истории, когда их единство, способ порождения и взаимодействия опосредует практика. Анализирует ли Маркс соотношение теоретической и практической деятельности, рассматривает ли он диалектику человеческой сущности и существования, логику развития человеческого содержания исторического процесса, характеризует ли он природу общественной жизни — везде в центре внимания находится практика, развивающаяся сущность исторической реальности.

 

Практика и история не совпадают между собой. Когда Маркс и Энгельс говорят о «практическом развитии людей», они имеют в виду глубинную сущность исторического процесса. Практика и история взаимоопределяют друг друга. В этом процессе универсальные силы истории обретают земную основу развития, становятся системой развития исторической реальности.

 

Противоречие всеобщего и непосредственного разрешается в процессе исторического развития практики. К сожалению, история практики в настоящее время так и не стала еще предметом философского исследования. По-видимому, этим можно объяснить тот факт, что существующие определения философской категории «практика», которые по своей сути прямо противоположны, тем не менее сосуществуют. Их действительный, а не мнимый синтез возможен только на основе глубоких философских обобщений реального исторического процесса, теоретического осмысления и объяснения диалектики взаимодействия практики и истории.

 

История и практика взаимодействует между собой на разных уровнях, в различных формах. На наиболее глубинном уровне происходит взаимодействие их субстанциональных противоречий. Если основополагающим противоречием исторического процесса является противоположность человека и истории (история природы и история людей), то в основе исторического изменения практики лежит противоречие «субъект-объект». Эти два вида противоречий диалектически взаимосвязаны. Каждая значительная историческая эпоха рождала свой способ их развития, Одной из важнейших закономерностей развития субстанциональных противоречий исторического процесса и практики в эпоху предыстории было то, что они развивались и разрешались в антагонистических формах. Законы отчуждения и фетишизации разрывали и извращали связь противоречия человек-история и субъект-объект.

 

В процессе перехода от предыстории к действительной истории происходит становление качественно новых форм единства субстанциональных противоречий исторического процесса и практической деятельности людей. Они возникают на основе развития качественно нового исторического тийа практики —революционной.

 

Под революционно-практической деятельностью людей К: Маркс понимал «совпадение изменения обстоятельств и человечен ской деятельности»36, т. е. процесс практического развития человека, где исторические отношения и социальная деятельность взаи-мополагают и опосредуют друг друга. Самое главное, что Отличает революционную практику от всех предшествующих исторических типов практической деятельности, это то, что она является исторической самодеятельностью, изменяется не только за счет и посредством преобразования исторических условий, но и предельных оснований (универсальных сил) развития исторической реальности. Сравнивая революционную роль буржуазии в истории и ре-волюционнную природу практической деятельности пролетариата, К- Маркс отмечал, что самообоснование практики капиталистического общества происходило главным образом за счет создания «нового поля деятельности»37, а развитие пролетарского движения революционизирует общество и ставит отношение производства и форму общения на новую основу, а такой основой являются они сами в качестве новых людей, их новый образ жизни38. Классики марксизма неоднократно подчеркивали, что революционная практика уничтожает саму основу истории эксплуататорского общества. «Коммунизм, — с их точки зрения,— отличается от всех прежних движений тем, что совершает переворот в самой основе всех прежних отношений производства и общения и впервые сознательно рассматривает все стихийно возникшие предпосылки как создания предшествующих поколений, лишает эти предпосылки стихийности и подчиняет их власти объединившихся индивидов»39.

 

Сущность революционной практики — в исторической самодеятельности рабочего класса, всех трудящихся. Она проявляется через систему диалектически взаимодействующих между собой исторических форм самообоснования практического движения. Революционно-практическая деятельность в отличие от всех иных исторических типов практики развивается как органическая целостность, когда «изменение самого себя совпадает с преобразованием обстоятельств»40.

 

Интерес марксизма к проблеме связи исторического процесса и практики не случаен. Марксистская теория возникает в процессе и результате становления конкретного тождества противоречий «человек-история» и «субъект-объект». Началом развития революционной практики, генетически исходной формой исторического синтеза данных противоречий было пролетарское движение. В разные периоды К. Маркс и Ф. Энгельс акцентировали внимание на различных специфических модификациях пролетарского движения и его противоречий. В «Экономическо-философских рукописях 1844 года» для Маркса главным было определение сущностных характеристик противоречия «человек—труд». В «Немецкой идеологии» в центре исследования оказалось противоречие «история—человек». В «Манифесте коммунистической партии» — диалектика классовой борьбы буржуа и пролетариев. В «Капитале» акцент переносится на противоречие «капитал—труд». В этой последовательности угадывается не только скрытая логика философско-теоретической реконструкции системы практических модификаций основного противоречия истории, но и логика развития противоречивой природы революционной практики. К сожалению, эта логика не стала еще предметом серьезного философского исследования. Каждое из отмеченных выше противоречий в специфической форме воспроизводит противоречие всеобщего и непосредственного в практике. Системное единство этих форм опосредует связь противоречия «человек—история» и «субъект—объект». Оно же является основанием развития марксистской теории.

 

В реальной истории социализма любое историческое событие, любой фрагмент или ситуация общественного развития воспроизводится и обновляется путем «погружения» в постоянно изменяющуюся действительность революционно-практической деятельности людей. Революционная практика является не только предельным основанием, но и своеобразным масштабом, исторической мерой и критерием всех наших завоеваний и неудач. Именно она превращает преимущества социализма в источник его социально-исторического обновления. Генетически-исходной формой развития революционно-практической деятельности было пролетарское движение. В эпоху империализма оно становится «революционным движением трудящихся» (В. И. Ленин), где авангардную роль по-прежнему выполняет пролетариат. В ряду исторических видов революционной практики особое место занимает социалистическая революция. Великий Октябрь открыл новую эру в истории человечества, явился началом новой исторической эпохи. В процессе развития реального социализма возникают качественно новые виды революционно-практической деятельности: социалистическое строительство, совершенствования социализма, коммунистическое строительство. Их взаимосвязь выражает специфическую логику развития социализма — единство процессов возникновения, становления, развития на собственной основе.

 

Таким образом, для того, чтобы понять диалектику всеобщего и непосредственного в практической деятельности людей, необходимо объяснить место и роль практики в развитии исторической реальности, вскрыть основные закономерности исторического изменения самой практики, единство ее различных исторических типов и видов. Только на основе глубокого и всестороннего исследования диалектической связи истории и практики можно будет дать сущпостное, философское определение категории «практика», построить развернутую теорию развития революционной практики.

 

Основной вопрос философии

 

Основной вопрос философии относится в настоящее время к разряду тех теоретических проблем марксистско-ленинской философии, которые в основном рассматриваются в учебных пособиях и чрезвычайно редко в научных изданиях. Если здесь и видят проблему, то преимущественно историческую, а не теоретическую, с чем согласиться, конечно же, невозможно. В соответствующих исследованиях преобладает подход, который условно можно назвать «экстенсивно-предметным». Название не случайно, ибо сторонники данного подхода рассматривают вопрос об отношении материи и сознания исключительно в связи с определением предмета диалектического материализма и в качестве критерия отличия философии от всего того, что ей не является. В сущности этот подход на качественно новом историко-философском материале повторяет определенные традиции постановки основного вопроса, которые сформировались в антропологическом материализме Фейербаха и позитивном идеализме Гегеля. В чем-то он демонстрирует даже шаг назад. Если для Гегеля и Фейербаха вопрос об отношении бытия и мышления как бы завершал философскую деятельность, был ее своеобразным венцом и проблема, которую они пытались решать, заключалась в том, чтобы понять связь данного вопроса и целостного процесса развития философской истины, то сторонники рассматриваемого подхода основной вопрос представляют в качестве исходного организующего принципа исключительно предметного самоопределения философии и внешней формы ее актуального существования. За рамками исследования при этом остается связь основного вопроса с системой развития целостной философской деятельности, с процессом исторического изменения субъекта и средств философского постижения действительности.

 

При экстенсивном исследовании данной проблемы из поля зрения исчезает самое главное — единство внешней и внутренней Формы организации и развития философского знания. Остается лишь то, что чисто внешним образом характеризует отличие Философии от нефилософии. В поисках начала и пределов философской деятельности Гегель погружался в таинства философствующего сознания и в его противоречивой природе находил ответы на свои вопросы. Фейербах же, пытаясь обнаружить ту неугодливую границу, которая отличает истинную философию от теологии, спекулятивного идеализма, в отличие от Гегеля анализировал процесс развития Философской истины как бы извне, с естественной точки зрения человека.

 

Что образует фактическую основу существования основного вопроса философии, что является источником его превращения из высшего вопроса философии в начало развития марксистского учения? По мнению академика Т. И. Ойзермана, «поскольку человек обладает сознанием, постольку он осознает окружающий мир и отличает себя от сознаваемых им вещей, постольку он находится в ситуации, которая фиксируется, формулируется основным вопросом философии. Философы не выдумали этого вопроса: он вырастает из всей человеческой практики, истории познания»41. Из этого положения можно сделать два прямо противоположных вывода. С одной стороны, утверждается, что «эмпирической базой для постановки основного вопроса философии служит сам факт существования двух несводимых друг к другу реальностей — субъективной реальности (сознание человека) и объективной реальности (внешнего по отношению к сознанию мира)»42. С другой стороны, делается вывод о том, что основной вопрос философии или, что то же самое, «принцип философского учения прежде всего отражает развитие общества»43. По нашему мнению, фактической основой развития основного вопроса философии и превращения его в начало исторического обновления духовной деятельности является противоречивое единство исторической реальности и практики.

 

Фактическая основа исторического изменения, воспроизводства и обновления основного вопроса философии постоянно развивается. В эпоху предыстории она развивалась по законам отчуждения и самоотчуждения. В результате отчуждения практики от истории философская истина превращалась в отчужденный образ отчужденного мира, в самодостаточное теоретическое образование, которое в абстрактно-всеобщей форме обобщало и замещало все многообразие конкретного философского знания. В результате перехода от предыстории к действительной истории произошло восстановление на качественно новой основе диалектической связи исторической практики и философской деятельности. Предельным основанием развития их единства является революционная практика— конкретно-всеобщая форма исторической самодеятельности людей, которая не может развиваться без истины, добра и красоты.

 

Для Гегеля и Фейербаха вопрос об отношении мышления к бытию был высшей формой и универсальным средством обобщения истории и логики развития философского сознания. Они рассматривали его как начало и критерий философской истины, замыкая тем самым спекулятивный круг философского отчуждения, соединяя в абсолютном тождестве начало и конец философского познания. «Кружение на спекулятивном каблуке» (К. Маркс, Ф. Энгельс) не было простой прихотью философствующего сознания. Оно в универсальной форме выражало действие законов развития предыстории и философии — законов отчуждения.

Не выходя за рамки предшествующей философской традиции, мы и сегодня продолжаем считать вопрос об отношении мышления к бытию исключительно теоретической проблемой, не замечая ее глубоких связей с развивающейся практикой, не обращая внимания на то, что становится она теоретической лишь в результате длительного исторического процесса развития единства практической и духовной деятельности. Неисторический подход не позволяет понять природу и объяснить историю действительной фактической основы развития вопроса об отношении мышления к бытию. Он сводит данную основу к предмету философии, образуя тем самым спекулятивный круг, где предмет определяется основным вопросом, а вопрос-—изменением предмета.

 

В эпоху предыстории философии ее основной вопрос существовал не только как отчужденный образ отчужденного мира, но и как универсальный способ разложения, извращения и фетишизации отношения практической и духовной деятельности — отчуждения истины от практики. Кроме этого, он был специфической формой самоотчуждения теории, разложения истины как процесса и системы. Таким образом, в процессе становления и самоопределения философского сознания он выполнял функции «вечной» (отчужденный образ отчужденного мира), основной (отчуждения истины от практики), системообразующей (отчуждения истины-процесса от истины-системы) проблемы. При переходе от предыстории к действительной истории эти функции сохраняются. Качественно изменяется то содержание, которое они выражают.

 

Фактической основой становления и развития основного вопроса философии в марксизме является диалектическое единство «практической истории», революционной практики и теории. Роль системообразующего основания их взаимосвязи выполняет революционно-практическая деятельность. Источником возникновения, воспроизводства и исторического обновления революционной практики является практическая проблема, которая фиксирует сложную диалектическую взаимосвязь субстанциональных противоречий развития исторической реальности                («человек—история»),

 

практической деятельности («субъект—объект»), духовного освоения исторического мира («мышление—бытие»), В процессе разрешения противоречия «человек—история», где под историей понимается единство истории природы и истории людей, происходит историческое обоснование практической проблемы. Ее теоретическое обоснование является результатом развития и разрешения противоречия «мышление—бытие». Оба процесса должны рассматриваться в единстве, как различные полюсы целостной, само-развивающейся на основе исторической самодеятельности людей практической проблемы.

 

Источник развития революционной практики и теории один — практическая проблема, системное единство субстанциональных противоречий истории, практики, духовной деятельности. Решают же эту проблему революционная практика и марксистская теория по-разному, используя собственные специфические источники и средства. Если практика, обладая достоинством всеобщности и непосредственности, разрешает данную проблему путем изменения и качественного обновления исторических условий и самой основы деятельности, т. е. путем преобразования универсальной природы исторической самодеятельности людей, то теория, постигая в непосредственном тайну всеобщего, разрешает ее посредством объяснения сущности и универсальных исторических сил развития практики, путем формирования целен, задач, программ социального действия, т. е. опосредованно конкретно-историческим обоснованием направленности исторической самодеятельности практически действующих и преобразующих мир людей. При практическом разрешении проблемы предметом действия оказывается диалектическая связь исторического процесса и практики, средством — единство практики и истины. В этом процессе становится специфическая форма целостности субъект-объектного отношения реальной практической деятельности, где человек является и субъектом, и объектом исторического процесса. Здесь возникает конкретно-историческая форма тождества всеобщности (универсальности и целостности) и непосредственности (земная основа) действительной истории.

 

Для теории, как и для практики, исходным пунктом является противоречие субъекта и объекта, т. е. «земная основа» практической проблемы. Если революционная практика, разрешая противоречия исторического и теоретического полюсов практической проблемы, создает специфическую систему опосредования противоречивого единства субъекта и объекта, то теория, устанавливая в каждый данный момент развития революционной практики всеобщность и непосредственность полюсов практической проблемы, фиксирует специфическую логику развития противоречия субъекта и объекта, необходимость нового практического действия по разрешению данной проблемы.

 

Революционная практика опосредует целостность полюсов практической проблемы, тождество всеобщего и непосредственного в действительной истории, превращая тем самым их («истинную» историю и «историческую» истину) в специфическую форму развития практического взаимодействия субъекта и объекта. Революционная теория также исходит из субъект-объектного отношения. Только вот предметом теоретической деятельности является не внутренняя целостность соответствующих полюсов проблемы, не их воспроизводство, а противоречие формы и содержания практической проблемы, т. е. диалектика всеобщего и непосредственного в самом субъект-объектном отношении.

 

Как только теория или практика отрываются от этой земной основы, так сразу разрушается их диалектическая связь. Револю-ционно-преобразующая деятельность превращается в апологетику существующих исторических условий и обстоятельств. Революционно-критическай мысль становится псеЬдореволюционной фразой и лозунгом.

 

Практическая проблема не только порождает противоречивое единство революционной практики и теории, но и опосредует их реальное взаимодействие. Как источник развития и воспроизводства революционной теории практическая проблема выполняет в марксизме роль своеобразного «вечного» вопроса. При этом в ее системной природе происходит определенное изменение: системообразующую роль среди других противоречий выполняет отношение таких противоположностей, как человек и история. Когда же практическая проблема становится основанием развития революционной теории, роль системообразующего начала в процессе ее самоорганизации выполняет противоречие субъекта и объекта. В основе превращения практической проблемы в системообразующий вопрос развития теории лежит противоречие «мышление—бытие». В зависимости от того, какие функции выполняет практическая проблема в развитии специфической логики взаимодействия революционно-практической и теоретической деятельности, она может быть «вечным», основным и системообразующим вопросом теории. Каждый из этих вопросов в специфической форме соединяет в себе субстанциональные противоречия истории, практики и теории. Он заключает в себе и специфический способ разрешения практической проблемы. В единстве эти вопросы, а также способы их разрешения образуют систему развития противоречивой связи революционной практики и марксистской теории.

 

Таким образом, в основе возникновения марксистской теории лежит практическая проблема (один из ее «образов» — отношение мышления к бытию), которая является источником, основанием и формой развития марксизма, образует систему исторического изменения теории К- Маркса и Ф. Энгельса. В процессе ее разрешения устанавливается диалектическая связь революционно-практической и революционно-критической деятельности пролетариата. Она является вечным, основным и системообразующим вопросом марксистской философии, политэкономии, научного коммунизма.

 

Проблема синтеза материализма и диалектики

 

В современной философской литературе задача синтеза материализма и диалектики рассматривается как одна из ключевых проблем системной организации философского знания. Можно выделить три основных подхода к ее решению. Большинство исследователей предлагает соединить материализм и диалектику как две различные теории, каждая из которых описывает и объясняет один из тот же объект, но по-разному — опосредованно собственным предметом исследования. В рамках предметного синтеза предлагают соединить философское учение о единстве и многообразии материального мира и универсальную концепцию развития. Достаточно широкое распространение получил подход, где Проблема синтеза материализма и диалектики решается посредством соединения в рамках единой теоретической концепции двух относительно самостоятельных теорий диалектического материализма: философской онтологии (материализма) и материалистической диалектики (диалектики). В рамках третьего, методологического подхода существует несколько альтернативных путей разрешения проблемы. В одном случае предлагается синтезировать материалистическую теорию и диалектический метод, в другом — соединить методологическую функцию материализма и диалектический метод. Наконец, в третьем — объединить материалистический и диалектический методы.

 

Б результате анализа данных подходов возникает ряд вопросов, не дав ответа на которые мы не можем разрешить проблему синтеза материализма и диалектики: действительно ли это проблема синтеза знаний, вправе ли мы говорить о синтезе материализма и диалектики не только в философии, но и в политэкономии, научном коммунизме, решена ли данная проблема диалектическим материализмом?

 

Если мы признаем, что марксизм — это не только система знаний, но и принципиально новый исторический тип духовной деятельности; если мы считаем материалистическую диалектику «живой душой» марксизма, а не только философии; если мы не отказываемся от идеи развития революционной теории К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина, то мы ни в коей мере не можем быть удовлетворены тем, как данная проблема решается в настоящее время. Она не только решается достаточно поверхностно, но, как нам представляется, поставлена неправильно.

 

Материалистическая диалектика становится в процессе и результате революционно-практического и теоретического разрешения практической проблемы (системы субстанциональных противоречий истории, практики и теории). Это значит, что она возникает как конкретно-всеобщая форма развития сущности революционной практики и революционной теории. Синтез материализма и диалектики — это и есть сущность реального процесса противоречивого взаимодействия практической и теоретической деятельности в пролетарском движении, революционном движении трудящихся, социалистической революции, социалистическом и коммунистическом строительстве.

 

Материалистическая диалектика становится в процессе развития революционной практики, т. е. синтез материализма и диалектики осуществляется по естественно-историческим законам изменения практического движения. Но поскольку революционная практика в отличие от всех иных исторических типов практической деятельности не может развиваться без истины, добра и красоты, постольку и материалистическая диалектика становится не только как исторический продукт действия объективных законов практического развития людей, но и как результат целенаправленной духовной деятельности человека. Эта деятельность является не чем иным, как сознательным использованием на практике и в теории естественно-исторических законов синтеза революционно-практической и духовной деятельности.

 

В основе исторического возникновения материалистической диалектики лежит конкретное, практическое тождество двух рядов законов, которые выражают логику объективного развития единства истории природы и истории людей, а также логику отражения данного процесса человеческим мышлением; «которые по сути дела тождественны, а по своему выражению различны лишь постольку; поскольку человеческая голова может применять их сознателв; но»44. До возникновения марксизма и революционной практики пролетариата они прокладывали «себе путь бессознательно, в форме внешней необходимости, среди бесконечного ряда кажущихся случайностей»45. К. Маркс и Ф. Энгельс устанавливают практическое тождество универсальных законов бытия и человеческого мышления путем «сознательного применения» на практике законов развития материализма и диалектики, в теории — законов исторического развития революционно-практической деятельности. В конкретно-всеобщей форме сознательного революционного действия они нашли меру тождества законов бытия и мышления, истории и практики, практической и духовной деятельности, материализма и диалектики, т. е. специфическую логику разрешения практической проблемы.

 

В результате разрешения практической проблемы возникают материализм и диалектика как две относительно самостоятельные системы различных видов духовной деятельности (познания, духовного производства, умственного труда). В марксизме происходит синтез материалистической точки зрения, материалистического мировоззрения и материалистического решения основного вопроса философии. Наряду с этим становится противоречивое единство диалектического способа познания мира, диалектики как теории развития и диалектического метода. В процессе самоопределения материализма и диалектики рождаются законы их системной организации и развития. Системная связь различных форм существования материализма и диалектики возникает в результате действия законов синтеза революционной практики и теории. В основе системы развития целостной духовной деятельности лежат законы синтеза материализма и диалектики. Эти два ряда законов (системы природы и системы развития) исторического изменения духовной деятельности взаимно обусловливают друг друга и являются основой для -возникновения в рамках марксизма специфического вида деятельности — материалистической диалектики. Она возникает как деятельность по сознательному и целенаправленному использованию данных законов для обеспечения более полного И глубокого синтеза практики и теории. Таким образом, в результате разрешения практической проьлемы марксизм становится как конкретно-историческая форма материализма, диалектики, их единства, а также как материалистическая диалектика — «живая душа» революционного действия, система законов развития марксизма и специфическая деятельность по их использованию.

 

Если мы ооратимся к «началу» развития марксизма и попытаемся понять его как целостную систему качественно нового типа духовной деятельности, то увидим, что данная целостность представляет сооой достаточно сложное и противоречивое историческое образование. С одной стороны, здесь происходит предметное, теоретическое и методологическое самоопределение марксизма как специфического вида духовной деятельности, становятся исторически конкретные формы тождества философии, политэкономии, научного коммунизма; с другой стороны — мировоззренческий, теоретический и идеологический синтез революционной практики и теории. Встеетвенно, эти два процесса взаимосвязаны между собой. И выражается их взаимосвязь в форме синтеза материализма и диалектики.

 

Наиболее полно и сущностью процесс предметного самоопределения марксизма представлен в работе К- Маркса «Экономическо-философские рукописи 1844 года». В этом раннем произведении К- Маркс решает задачи не только предметного синтеза философии, политэкономии и научного коммунизма (создания принципиально нового предмета духовной деятельности), но и проблемы установления мировоззренческого единства революционной практики и теории. Экономичееко-философские рукописи 1844 года являются своеобразным началом развития начала, т. е. исходным пунктом и источником становления марксизма. Роль основания в развитии начала выполняет совместная работа К. Маркса и Ф. Энгельса «Немецкая идеология». Здесь решаются задачи теоретического синтеза различных видов духовной деятельности, революционной практики и теории. Принципиально новый уровень обобщения достигается ими в другой совместной работе «Манифест коммунистической партии». На основе предметного и теоретического самоопределения здесь происходит методологический синтез философии, политэкономии, научного коммунизма, идеологический синтез революционно-практической и духовной деятельности. В структуре начала развития марксизма «Манифест коммунистической партии» выполняет роль формы развития нового исторического типа духовной деятельности. Вся последующая история марксизма есть не что иное, как развитие данного начала, диалектического единства трех форм самоопределения духовной деятельности и трех форм синтеза революционной практики и теории. В последующей истории революционной практики и теории «начало» марксизма не просто воспроизводится, но диалектически развивается и обновляется. Материалистическая диалектика становится в результате решения практической проблемы. В этом процессе происходит, с одной стороны, воспроизводство специфической целостности данной проблемы, т. е. системы составляющих ее противоречий, с другой стороны, их разрешение. В «Экономическо-философских рукописях 1844 года» роль основания для воспроизводства практической проблемы выполняло противоречие «человек—история», т. е. основной вопрос мировоззрения. К- Маркс анализирует специфическую логику специфического предмета и поэтому рассматривает данное противоречие в конкретно-исторической форме, как противоположность отчужденного труда и частной собственности. В качестве ведущей противоположности он выделяет отчужденный труд, т. е. человека 46. Анализируя то, как возможно действительное освобождение человека, Маркс приходит к выводу, что оно постижимо только при условии полного уничтожения отчуждения. Это положение он формулирует в виде принципа положительного гуманизма 47.

 

Принцип положительного гуманизма является генетически-ис-ходной формой синтеза материализма и диалектики, т. е. служит основой для воспроизводства практической проблемы и является специфической формой ее решения. Этот принцип не носит еще теоретического характера. Он в обобщенной и одновременно сущностной форме выражает логику предметного самоопределения марксизма и диалектику становления марксистского мировоззрения.

 

Теоретическое обоснование принципа положительного гуманизма Маркс и Энгельс дают в «Немецкой идеологии». В этой работе синтез материализма и диалектики осуществляется в форме принципа материалистического понимания истории, т. е. путем последовательного теоретического углубления мировоззренческого содержания принципа положительного гуманизма. В «Немецкой идеологии» роль системообразующего начала для воспроизводства практической проблемы выполняет противоречие «человек—история», функции основания — противоречие «мышление—бытие». При этом одно другое не подменяет. Непонимание этого факта привело к тому, что появились и в настоящее время сосуществуют две содержательные интерпретации принципа материалистического понимания истории: социологическая (онтологическая) и гносеологическая48. Сведение содержания данного принципа только к отношению общественного бытия к общественному сознанию, или к отношению общественной жизни к способу производства разрушает его теоретическую целостность. В процессе разрешения противоречия «мышление—бытие» происходит теоретическое обоснование принципа положительного гуманизма, объясняется его связь с историческим бытием и строится система понятий, которая раскрывает место и роль сознания в историческом развитии человека и общества. В качестве ведущей противоположности в данном случае Маркс и Энгельс рассматривают историческое бытие человека. В процессе разрешения противоречия «человек—история» дается историческое обоснование данного принципа, т. е. показывается, каким образом в процессе развития «первого исторического акта» происходит отчуждение истории от человека, как возникает такая ситуация, когда будущее человеческой истории зависит от коммунистического действия — уничтожения отчуждения и всех форм эксплуатации. В отличие от «Экономическо-философских рукописей 1844 года» в «Немецкой идеологии» в качестве ведущей противоположности противоречия человека и истории рассматривается история.

 

Таким образом, в «Немецкой идеологии» разрешается противоречие «мышление—бытие» и дается теоретическое обоснование принципа материалистического понимания истории, доказывается первичность общественного бытия перед общественным сознанием. Разрешая противоречие человека и истории, Маркс и Энгельс дают историческое обоснование данного принципа, показывают его место и роль в практическом движении. Принцип материалистического понимания истории является генетически-исходной теоретической формой синтеза материализма и диалектики. Он углубляет мировоззренческое содержание марксизма и способствует установлению тесных связей между революционной практикой и теорией.

 

Роль непосредственного основания для воспроизводства практической проблемы в «Манифесте коммунистической партии» выполняет противоречие «субъект—объект». В данной работе К. Маркс и Ф. Энгельс показывают, каким образом происходит превращение пролетариата из объекта 6 субъект исторического действия, т. е. раскрывают основные закономерности развития пролетарского движения как специфического вида революционной практики. В процессе разрешения противоречия «субъект—объект» становится качественно новая форма синтеза материализма и диалектики—методологическая. Она соединяет в себе два различных способа обоснования практической проблемы: теоретический и исторический. С одной стороны, Маркс и Энгельс доказывают, что пролетарское движение является закономерным итогом развития предшествующего исторического процесса и пролетариат становится субъектом исторического действия не вопреки, а на основе естественно-исторических закономерностей предшествующего общественного развития. С другой стороны, пролетариат лишь тогда превращается в действительного субъекта истории, когда вся его революционно-созидательная деятельность основывается на знании и понимании законов общественного развития, и когда в основе пролетарского движения лежит единое классовое мировоззрение. Методологический синтез материализма и диалектики является высшим и снимает в себе два других способа установления их тождества: мировоззренческий и теоретический.

Специфической формой синтеза материализма и диалектики в «Манифесте коммунистической партии» является принцип революционной практики. Он отражает способ воспроизводства практической проблемы (единство исторического и теоретического обоснования противоречия субъект—объект) и диалектику ее разрешения. Революционную практику Маркс и Энгельс анализируют с точки зрения ее исторической сущности, т. е. как классовую борьбу.

 

Принцип революционной практики является, с одной стороны, организующим началом реального практического действия, с другой—методом познания и критики исторической действительности, средством осмысления пролетарского движения. Методологическая функция данного принципа проявляется в том, что он, будучи универсальным способом разрешения противоречия субъекта и объекта пролетарского движения, является одновременно началом развития реального практического действия, исходным пунктом теоретического осмысления изменяющегося исторического мира, источником становления целостного пролетарского мировоззрения. Принцип революционной практики отражает основополагающий закон развития и разрешения практической проблемы: она может быть решена практически, посредством революционного действия, основанного на революционной теории и едином мировоззрении. Принцип революционной практики является генети-чески-исходной методологической формой синтеза материализма и диалектики. Он снимает в себе содержание принципа положительного гуманизма и материалистческого понимания истории, углубляет и развивает их единство, воспроизводит практическую проблему в ее целостности и заключает в себе способ ее практического и теоретического разрешения.

 

Синтез материализма и диалектики осуществляется в трех взаимосвязанных формах: мировоззренческой, теоретической и методологической. В единстве они и составляют сущность начала развития марксизма. В последующем эта сущность изменяется, воспроизводится и обновляется. Становится многообразие теоретических и практических форм ее провления. Не всегда эти формы адекватным образом воспроизводят данную сущность, что зачастую приводит к отрыву теории от практики, а революционной практики — от теории, к появлению «разрывов» в отношении составных частей марксизма между собой. Основой для уничтожения механизмов торможения и создания механизмов ускорения развития марксизма-ленинизма может быть только сознательная практическая и теоретическая деятельность по использованию законов развития революционной практики в социальной и духовной деятельности, т. е. осуществление в действительности законов мировоззренческого, теоретического и методологического синтеза материализма и диалектики. Это и будет гарантией действительно революционной перестройки в теории, основание для установления диалектического единства революционно-практической и революционно-духовной деятельности.

Категория: Философия | Добавил: fantast (15.06.2018)
Просмотров: 18 | Рейтинг: 0.0/0