Модернизация и обновление католичества в XX веке

Модернизация, обновление церкви проводится прежде всего по линии социально-политической. Это находит свое выражение в изменении позиции церкви по ряду важнейших социально-политических проблем. Усилия «обновленцев» сводятся к тому, чтобы изменить впечатление о церкви, которое веками складывалось, как о союзнике богатых, пособнице угнетателей, как организации, равнодушно относящейся к повседневным нуждам и заботам верующих, поскольку церковь интересуется не земным, а лишь небесным. Дело сводится к тому, чтобы, подчеркивая заботы католической церкви о душе, вместе с тем сделать известный крен в сторону земных проблем, говорить с верующими не только о спасении души, но и о бренном теле. Если трудящиеся отходят от церкви потому, что она в их глазах является союзницей капиталистов, то надо убедить их, что католическая церковь всегда была защитницей трудящихся. Французский иезуит Любак писал, что все в церкви является ныне объектом критики: институты, люди, действия и слова, методы, прошлое и настоящее церкви1.

 

Характерным является то, что руководители католической церкви обращают главное внимание не на религиознодогматические Моменты, а на социальную деятельность церкви. Именно в этом они видят важнейшее средство повышения интересов трудящихся к религии. Идеологи католицизма хорошо понимают, что монотонным повторением религиозных догм и религиозно-нравственных поучений многого в современных условиях не добьешься, ибо трудящиеся интересуются прежде всего социально-политическими проблемами, которые влияют на их положение в современном буржуазном обществе.

 

Среди этих проблем первой является проблема войны и мира.

 

Католическая церковь вынуждена отказаться от тех концепций войны и мира, которых она придерживалась и которые она усиленно пропагандировала, особенно после второй мировой войны. Известно, что верхушка католической церкви в период понтификата папы Пия XII освящала авторитетом церкви агрессивные военные пакты, гонку вооружений, атомную войну. Подобного рода политика церкви шла вразрез с чаяниями и стремлениями верующих, подавляющее большинство которых заинтересовано в предотвращении войны.

 

Преемник папы Пия XII на папском престоле Иоанн XXIII, реалистически оценивая международную обстановку и всю опасность для человечества ядерной войны, взял курс на то, чтобы католическая церковь не ассоциировалась в глазах верующих с поджигателями войны.

 

В апреле 1963 г. папой Иоанном XXIII быта издана энциклика «Пацем ин террис» («Мир на земле»), в которой была изложена официальная позиция Ватикана по вопросу войны и мира. В этой энциклике Ватикан признал политику мирного сосуществования государств с различным социальным строем, призвал к переговорам между государствами для разрешения международных конфликтов, осудил гонку вооружений. В этом папском документе говорилось: «Справедливость, мудрость, чувство человечности требуют, чтобы был положен конец гонке вооружений. Они требуют параллельного и одновременного сокращения вооружения... запрещения атомного оружия. И, наконец, разоружения, которое должно быть осуществлено с общего согласия и под контролем».

С призывом к миру выступает и нынешний папа Павел VI. В этой связи большой интерес представляет его выступление 4 октября 1965 г. в ООН. Папа Павел VI высказался за мир, укрепление ООН как инструмента мира, за последовательное осуществление принципа универсальности этой организации

 

Рекомендации энциклики «Пацем ин террис», несомненно, были определенным вкладом в дело обеспечения мира. Они отвечали чаяниям всех людей доброй воли.

 

Второй Ватиканский собор поддержал линию пап Иоанна XXIII и Павла VI в вопросах войны и мира. Многие соборные отцы призывали осудить войну как средство осуществления национальной политики, высказывались за запрещение ядерного оружия.

 

Несмотря на сопротивление приверженцев империалистической политики, одобряющих гонку атомного вооружения и его применение, собор осудил ядерную войну, высказался за мир и мирное урегулирование международных споров.

 

Католическая церковь предпочитает выступать как знаменосец мира. Было бы неправильно расценивать призывы церкви к миру лишь как маневр. Несомненно, что многие церковные деятели, отказывающиеся поставить религию на службу силам реакции и войны, искренне заинтересованы в укреплении дела мира. Вместе с тем они хорошо понимают, что акции церкви в пользу мира укрепят влияние церкви на верующих, которые не хотят связывать свою судьбу с силами войны. Реалистический подход руководителей католической церкви к проблеме войны и мира встречает должное понимание среди всех прогрессивных сил, ведущих борьбу за укрепление мира во всем мире.

 

Католическая церковь активизирует свою пастырскую деятельность среди рабочих, уделяя с этой целью внимание тем социальным проблемам, которые интересуют рабочих. Весьма показательным в этом отношении является совещание трехсот священнослужителей и теологов, состоявшееся в Милане в сентябре 1964 г. и обсуждавшее вопросы о деятельности церкви среди рабочих.

 

Выступавший на этом совещании епископ Гудзетти жаловался на то, что великие проблемы религии не увлекают современного человека. «Что теперь больше всего интересует людей, — заявил этот епископ, — это проблема труда и заработной платы, производства и профессии, собственности и уверенности в завтрашнем дне, свободного времени и культуры, развлечения и благосостояния, права, демократии, войны и мира» 1.

 

Выступая на этом совещании, епископ Погани говорил, что церковь должна проявлять интерес ко всем проблемам труда: программированию, профсоюзам, забастовочному движению, изменениям в социальной структуре общества и т. д.1 2

 

Католическая церковь стремится наверстать упущенное время, когда она мало занималась проблемами, непосредственно интересующими трудящихся, когда ее призывы к покорности и смирению сочетались с активной поддержкой капиталистов, подавляющих при помощи аппарата буржуазного государства стачки и выступления рабочих. Ныне католические пастыри не могут столь откровенно, как они это делали раньше, осуждать забастовки и другие выступления рабочих, ибо в таком случае они выглядели бы союзниками буржуазии. Более того, известно немало случаев, когда католические иерархи выражали сочувствие бастующим рабочим. Так, например, с заявлениями о симпатии к забастовщикам выступили французские епископы в период забастовки шахтеров Франции весной 1963 г.

 

Руководители католической церкви рекомендуют священнослужителям говорить с верующими на понятном для них языке. Они должны убедить рабочего, что церковь — учреждение, которому отнюдь не чужды его мирские нужды. Папа Павел VI обращает внимание священников на то, что если в прошлом «священник мог разговаривать с рабочим... банальным языком и давать ему рекомендации исходя из собственного опыта, своего культурного уровня и своего религиозного усердия, то теперь требуется более деликатный язык» 3.

 

Церковники испытывают определенные трудности при общении с трудящимися. Они должны учитывать расширение круга знаний верующих, накопивших определенный жизненный опыт, который никак не согласуется с учением, проповедуемым церковью. Не случайно поэтому в лексиконе церковников все чаще встречаются термины, которые не имеют никакого отношения к религии и священному писанию, но с которыми в повседневной жизни сталкиваются трудящиеся, такие, например, как классовая борьба, профсоюзы, коллективные договоры, гонка вооружений, агрессия и т. п. Церковники не только вставляют в свои проповеди социально-экономические термины, но и преподносят их верующим в определенном освеще-дии, излагая позицию церкви по социально-политическим проблемам. Но дело не только в обогащении лексикона, которым ныне пользуются священнослужители. Дело в том, что центр тяжести деятельности церкви переносится с сугубо религиозных на социально-политические проблемы. Это и требует соответствующей подготовки священников, которые уже не могут обходиться тем чисто богословским образованием, которое они получили в семинариях. Не случайно поэтому Ватикан обращает особое внимание на то, чтобы вооружить священников определенными знаниями в области экономики, социологии, трудового законодательства. Так, например, в Институте пастырской социологии в Риме, в котором в течение года обучалось 250 священников из 21 страны, в 1964/65 учебном году изучались кроме богословия следующие предметы: социальная философия, социальная доктрина церкви, экономика, религиозная социология, демография, принципы профсоюзной деятельности, сравнительное социальное законодательство, современные социальные проблемы, история социальных движений католиков, экономика развивающихся стран К

 

Изучение этих предметов преследует цель сделать более аргументированной и доходчивой религиозную пропаганду среди трудящихся, усилить воздействие церкви на различные светские организации, объединяющие трудящихся.

 

В связи с модернизацией в кругах католической церкви высказывается мнение, что ныне нужен новый тип свящепника. Служитель церкви, который лишь произносит проповеди, проводит богослужение, исповедует прихожан, отправляет различного рода религиозные требы, не устраивает католических иерархов. От священнослужителя требуется, чтобы он стал ближе к прихожанам, чтобы он был там, где они живут и работают, был в курсе их интересов и запросов, мог вовремя реагировать на изменение их настроений, для того, чтобы тем самым доказывать верующим, что церковь является защитницей их интересов. В этой связи весьма любопытным является решение, принятое французским епископатом в Риме 25 октября 1965 г., о восстановлении института священников-рабочих во Франции *.

 

В конце второй мировой войны французский епископат начал проводить эксперимент. Специально подготовленные священники-рабочие были отправлены на крупные фабрики и заводы, где они, так же как и рабочие, должны были заниматься физическим трудом 1 2. Эти священники-миссионеры призваны были вернуть рабочих в лоно церкви, нести евангельское учение тем, кто не посещал церковь. Однако уже в 1959 г. Ватикан потребовал прекращения этого эксперимента. Вначале священникам-рабочим предложили работать не более трех часов в день, а в 1959 г. им предложили полностью отказаться от работы на предприятиях. Это решение Ватикана было вызвано тем, что священникам-рабочим не только не удалось евангелизиро-вать рабочих, но и сами священники-рабочие оказались вовлеченными в классовую борьбу. Как пишет английская газета «Times», «они заразились тем самым вирусом, с которым призваны были бороться» 3.

 

Ликвидация института священников-рабочих не ликвидировала проблему, которая стояла перед церковью в период его организации. Французский католический журнал «Temoignage Chretien» писал:          «Проблема, которая

 

вызвала в свое время беспокойство архиепископа Парижа кардинала Сюара4, остается. Вопрос о дехристианизации рабочего класса не сходит с повестки дня совещаний и конференций духовных пастырей.

 

Через шесть лет после того, как Ватикан запретил священникам работать на предприятиях, французские епископы решили возобновить в несколько уменьшенных масштабах этот эксперимент. Священники-рабочие отныне будут называться по-другому, а именпо «священники в труде». Французский епископат даже установил определенный срок для этого эксперимента — три года» К

 

Решение французского епископата вытекает из взятого католической церковью курса на установление более тесных контактов между церковью и современным миром. Если рабочие не идут в храм, то церковь сама должна пойти к ним, чтобы непосредственно на предприятиях вести религиозную пропаганду.

 

Решаясь на восстановление института рабочих-свя-щенников, католические иерархи установили вместе с тем некоторые ограничения. Священникам не разрешается занимать какие-либо посты в профсоюзных организациях, заниматься политической деятельностью.

 

Католические иерархи рассчитывают, что «священники в труде» будут способствовать «рехристианизации» рабочих. Однако вряд ли этот эксперимент принесет церкви желанный результат и превратит рабочих в верных прихожан. Но сам по себе он свидетельствует о том, что, проводя линию на «рехристианизацию» людей, оторвавшихся от религии, католическая церковь всячески расширяет свою пастырскую деятельность, изменяет методы и формы религиозной пропаганды, стремясь к сближению священнослужителей с прихожанами.

 

Церковь также озабочена тем, чтобы не растерять свою паству в странах Азии, Африки и Латинской Америки. Руководители католической церкви считают необходимым пересмотреть отношение церкви к проблемам колониализма. Они считают целесообразным пересмотреть концепцию миссионерства.

 

Епископ Гротти в своем выступлении па IV сессии второго Ватиканского собора даже потребовал, чтобы церковь отказалась от названия «миссионер» ввиду патерналистского и колониалистского его смысла2. Это предложение свидетельствует о том, что христианское миссионерство скомпрометировало себя в глазах народов Азии и Африки. Известный американский журналист Сайрус Сульцбергер писал в 1962 г.: «Эра миссионеров близится к концу... Белые миссионеры ассоциируются в умах народов этих стран (т. е. стран Азии и Африки. — Л. 5.), недавно получивших подлинную независимость, с уже ушедшими для нас в прошлое белыми колонизаторами, которые все еще сохраняются в ряде районов» К

 

Новая концепция миссионерства сводится к тому, что католические миссионеры должны предстать перед народами в Азии, Африке, Латинской Америке в новом обличье. С этой целью католическая церковь усиленно рекомендует себя как поборника национальной независимости. Католическая церковь стала осуждать колониализм, когда она убедилась в том, что он рушится и нет смысла его защищать и тем самым компрометировать себя как защитницу колониализма.

 

Победа национально-освободительного движения, образование молодых национальных государств в Азии и Африке поставили церковь в новые условия, к которым она всячески приспосабливается. С этой целью она модернизирует миссионерскую деятельность.

 

В целях укрепления позиции католической церкви в Африке Ватикан взял курс на африканизацию католицизма. Для этого расширяется национальная иерархия, в сан епископов и архиепископов возводятся священнослужители-негры. Несколько негритянских епископов возведены в сан кардиналов. Литургия в Африке приспосабливается к местным обычаям; африканизируется церковная музыка. В нее включаются удары тамтама, звуки рогов и больших деревянных труб. Африканские реки Нил, Конго, Замбези признаны наравне с Иорданом священными реками. Целям приспособления церкви к условиям Африки служит «автохтонизация», т. е. канонизация местных святых. В 1965 г. были канонизированы 22 угандийских святых.

 

На втором Ватиканском соборе много говорилось о необходимости отказа от устаревших методов миссионерской деятельности. При этом подчеркивалась мысль, что адаптация церкви должна учитывать особенности каждой страны и каждого народа.

 

В выступлениях прозвучали требования окончательно ликвидировать колониализм. Характерно, что именно епископы, выходцы из местного населения, составляющие меньшинство соборных отцов, занимали на соборе антиколониалистскую позицию, отражая тем самым чаяния молодых государств Африки.

 

Раздававшиеся на втором Ватиканском соборе голоса против колониализма свидетельствуют о стремлении католической церкви преодолеть кризис миссионерства, обусловленный ростом национально-освободительного движения и появлением на карте мира 60 новых национальных государств. Принятый собором декрет о миссионерской деятельности исходит из основной цели — изменяя формы миссионерской деятельности, сохранить влияние католической церкви в освободившихся от колониального гнета странах.

 

Новым для современного католпцизма является выступление больших групп духовенства против реакционного курса высших церковных кругов. Так, например, в Колумбии большую активность в этом направлении проявлял священник Камилло Торрес, прозванный «красный кюре». С Евангелием в руке он проповедовал «насильственную революцию» 1. Как сообщает французский журнал, проведенное в Колумбии обследование показало, что большинство колумбийских священников разделяют взгляды «красного кюре» 1 2. Этот священник заявил о своей поддержке линии Коммунистической партии Колумбии, направленной на объединение всех революционных сил страны в борьбе против существующего строя. Ссылаясь на папские энциклики и на идеи Фомы Аквинского и по-своему их интерпретируя, священник Камилло Торрес выступал с призывами экспроприировать материальные ценности, в том числе и богатства церкви, без всякой компенсации. В беседе с корреспондентом газеты «Вое пролетариа» Торрес заявил, что это «требование ни в коей мере не противоречит доктрине церкви. По традиционному догмату, первичное право заключается в использовании материальных ценностей для обеспечения средств существования человечеству. Частное присвоение является правом вторичным. Когда эти два права вступают в копфликт, частной собственностью можно пожертвовать па благо первичной цели — поддержания существования человечества. Святой Фома опирается на этот принцип, утверждая, что в случае крайней необходимости в качестве последнего средства человек может воспользоваться частной собственностью другого человека без его согласия и без компенсации. Слаборазвитые страны и народные массы этих стран как раз и испытывают такую крайнюю необходимость» 1. Взгляды Торреса резко осуждаются церковной иерархией Колумбии, тесно связанной с помещиками и капиталистами. Глава католической церкви в Колумбии кардинал Конча Кордоба в пастырском послании, зачитанном 15 августа 1965 г. во всех церквах Колумбии, осудил идею о насильственной революции, проповедуемую священником Камиллом Торресом. В этом послании кардинал писал: «Те, кто проповедуют революцию и насильственное свержение правительства, — фальшивые пророки и хищные волки в овечьей шкуре»2. Камилло Торрес примкнул к партизанскому движению, развернувшемуся в Колумбии. В феврале 1966 г. в бою с правительственными войсками он погиб. В заявлении ЦК Компартии Колумбии, посвященном гибели Камилло Торреса, было сказано:         «Мы склоняем свои знамена

 

перед памятью этого мужественного и последовательного борца» 3.

 

Другой священник Колумбии, Мартин Амайя из города Тунха, также критикует идеологию церкви, ее благотворительные дела, догматизм католицизма. Выступая 8 июля 1965 г. в Свободном университете в Боготе, Амайя заявил: «Церковники превратили религию в наркотик, в снотворное для усыпления народа... церковь превратилась в фактор отсталости страны... церковники готовят народные массы к смерти, а не к жизни. Они хотят держать народ в положении стада, запуганного адом... для меня бог — это жизнь» 4.

 

Выступления священников Торреса и Амайя отражают настроения масс, в том числе и верующих, их растущее недовольство правящими кругами Колумбии. Они свидетельствуют об усиливающихся тенденциях в церковных кругах не связывать судьбу церкви с судьбой эксплуататорских классов.

Категория: Религия | Добавил: fantast (15.02.2019)
Просмотров: 20 | Рейтинг: 0.0/0