Попытки приспособления католических орденов к современным условиям

Г. МОР (ГДР)

В планах руководства церкви преодолеть нынешний кризис католицизма большую роль играют религиозные ордены. Налицо растущая тенденция ставить на решающие посты надежных членов ордепа, с одной стороны, чтобы иметь действенный коптроль и всестороннюю информацию, с другой стороны, чтобы использовать безоговорочное повиновение членов ордена в духе папского централизма. Не имея сана и звания, они в качестве экспертов, советников, секретарей, отцов-исповедников, духовников и т. п. играют хотя и закулисную, но весьма действенную роль. При все большем стремлении епископов и национальных или региональных епископских конференций к большей самостоятельности и более широким полномочиям решающее значение для римской курии имеет сохранение постоянного контроля над орденами и постоянного влияния во всех епархиях и на епископских конференциях отдельных стран. Лишь тогда этим общинам сможет быть предоставлена автономия без опасения нежелательных стремлений к обособлению.

 

Так как руководящие инстанции всех орденов имеют свою резиденцию в Риме под непосредственным надзором Ватикана, а каждый член ордена связан обетом или обещанием повиноваться воле старшего, а через него воле папы, то папа и курия именно в период децентрализации, естественно, заинтересованы в том, чтобы повышать число и активность членов орденов в епархиях. Именно поэтому иезуиты или члены других орденов занимают ныне места духовников во многих епископских семинариях, готовящих священников, в Германии и других странах. Там, где эту функцию выполняет белое духовенство, оно в большинстве случаев близко связано с орденами или принадлежит к особым общинам, т. е. сходным с орденами объединениям. Кроме того, чтобы держать в определенных рамках объединения мирян, которые все более и более настоятельно желают иметь право соучастия в решениях общины, требуется усиленная активность орденов, в частности светских орденов. Эта деятельность должна, однако, осуществляться в приспособленной к мирянам форме.

 

Таким образом, в устремлениях руководства церкви преодолеть кризис большое значение приобретают ордены. Как и во времена нищенствующих монахов и иезуитов, Ватикан намерен сделать ордены орудием широкого контрнаступления против прогрессивных течений современности, против социализма и коммунизма. Для этого Ватикан считает необходимым осуществить коренную реформу орденов, над которой он работает с начала этого века и которая в настоящее время достигла известного завершения.

 

Эта реформа охарактеризована папой термином «гепо-vatio accommodata» 1. Так наименован важнейший признак обновления — «модернизация», приспособление к «нуждам сегодняшнего дня».

 

Но требование обновления всегда должно учитывать ситуацию данного периода. Поэтому указанный термин был детально прокомментирован. В этих комментариях подчеркивается, что речь идет об обновлении не целей, а средств, применяемых для достижения целей. К ним относятся формы обязательства (обеты, обещания, посвящения), вопросы воспитания и подготовки кадров, аскетизма, проповеднической деятельности.

 

Совершенно ясно, что в условиях обострения общего кризиса капитализма старые средства непригодны. Отсюда поискп новых методов. «Обновление», пишет Окоа в «Commentarium pro Religiosis et Missionariis»,—это не преобразования, которые монашество Запада многократно переживало на протяжении своей истории, не «трансформация» или новообразование, не прекращение непрерывности духовного и религиозного развития существующих орденов, не ослабление дисциплины, не «компромисс» между «совершенным сословием» — орденами и светскими общинами, не «пакт о ненападении» между «миром» и «клиром»1. Речь идет об усилении действенности средств и методов борьбы орденов, конгрегаций и объединений для осуществления нынешних целей Ватикана.

 

Модернизация охватывает теорию жизни ордена, его правовые положения и организационные вопросы с учетом особенностей каждой из конгрегаций.

 

Стали издаваться новые журналы, специально посвященные этому вопросу. Во многих странах состоялись конгрессы орденов, начало которым было положено международным религиозным конгрессом в Риме в 1950 г.2

 

Вопросы церковного права регулировались различными инструкциями и декретами Конгрегации религии. В качестве постоянных организаций, которые должны разрабатывать, развивать, контролировать и проводить в желательных для церкви рамках реформы, были заново созданы национальные и международные объединения орденов, оживлена деятельность старых и созданы новые учебные институты также в международном плане.

 

Что касается внутреннего режима религиозных общин, в особенности старых, склонных к закостенелости, то прежде всего встал вопрос о преодолении формализма, о внешних атрибутах, о принципах принуждения, о воспитании в духе самостоятельности и стойкости, с тем чтобы оказаться на должной высоте и в трудовой обстановке, при сложных заданиях, особенно там, где нет достаточной стойкости у общины, в атеистическом окружении.

 

В некоторых орденах симптомы кризиса были серьезными. Это показывает статья Санто Ченти, члена ордена доминиканцев «Decadenza dello stato religioso», который выступает против формалистских правовых взглядов, в чем он видит причину упадка орденской жизни3.

 

Чего бы ни касались эти реформы — только иного изложения и толкования или изменения некоторых несущественных положений устава ордена, как, например, вопрос об отшельничестве, об орденской одежде, о хоровой молитве, о новом пополнении,— все же организационные формы религиозных объединений в различных странах по большей части являются новыми и имеют свои национальные особенности.

 

Только в четырех странах уже до второй мировой войны существовали объединения глав орденских организаций: в Германии, начало которому положено в 1898 г. объединением приоров (настоятелей), во Франции (1924 г.), в Португалии (1926 г.) и в Испании (1931 г.). Во всех других странах они возникли после войны, главным образом после 1950 г. В Германии такое объединение было переименовано в Объединение глав немецких орденов (VDO), устав которого был утвержден в 1957 г. в Риме. Создано Объединение глав женских орденов. Так, в Германии в Лимбурге в молитвенном доме монашек-паллотинок в 1951 г. было образовано Объединение жен-щин-старшин миссионерских орденов и товариществ (ASMOG). Речь шла об организации женской миссионерской конференции, подобно тому как в 1912 г. были объединены мужские миссионерские ордена Германии. В 1954 г., кроме того, произошло объединение глав всех женских орденов Германии в своего рода верхушечную организацию орденов (VMOD) \ положение о которой было утверждено в 1957 г. Затем последовало создание объединения руководителей орденов и конгрегаций Германии (VHOB), положение о котором утверждено в 1958 г. Высшей организацией представителей этих трех объединений является Рабочее сообщество германских орденских объединений с печатным органом «Ordenskorrespondenz» («Орденский вестник»). В других странах проходил аналогичный процесс.

 

Наряду с этими головными организациями или под их началом образовались различные объединения, преследующие специальные цели, например миссии, апостолат, попечительство о больных, орденские лектории и пр.

 

Помимо этого возникли региональные центры, например в Латинской Америке; и, наконец, в качестве высшей инстанции был образован в Риме в 1952 г. Consilium anti-stitum generalium, устав которого одобрен в 1955 г. и канонически утвержден Ватиканом 9 декабря 1957 г. Аналогичным образом генералы женских орденов были объединены в Consilium antistitarum generalium.

Чтобы поднять Уровбйь подготобкй и инФернациойа-лизировать ордены, Ватикан 31 мая 1955 г. открыл папский институт Regina Mundi, который был торжественно утвержден в адресе Пия XII Nihil Ecclesiae antiquius в следующем году.

 

Институт подчинен Ватикану и насчитывал в 1959/60 учебном году уже 205 слушательниц 30 наций из 70 конгрегаций; их готовят для занятия руководящих постов на их родине в существующих аналогичных институтах, в свою очередь подчиненных папскому институту.

 

Названные выше объединения служат не только для обмена опытом, но имеют также регулирующие, координирующие и контролирующие функции. Они должны сгладить соперничество и конкуренцию между отдельными группами, препятствовать нежелательному обособлению и, учитывая всеобщую тенденцию к децентрализации, быть в руках Ватикана действенным орудием, с помощью которого папа мог бы осуществлять свои намерения. Речь идет о чем-то вроде картелирования орденского дела.

 

Для внедрения в епископства и церкви тех или иных стран верных папе орденских отрядов особое значение приобретают новые орденские образования — светские институты. Они образуют новый тип ордена, т. е. являются тем, что выходит за рамки модернизации или приспособления. В этих институтах приспособление и модернизация орденского дела достигают своего апогея, а вместе с тем и границы, за которой эта деятельность угрожает превратиться в свою противоположность.

 

Учреждение этого нового типа орденов в соответствии с церковными правилами было произведено 2 февраля 1947 г. папой Пием XII в апостолической конституции «Provida Mater», которая была 12 марта 1948 г. дополнена в адресе папы «Primo foliciter» и 19 марта инструкцией Конгрегации религии «Cum Sanctissimus»1. Церковное руководство вполне осознавало значение этого нововведения; некоторые комментаторы говорили об апостолической конституции как о «светском документе»l 2. Светские йнстйтуты «впбЛнб приспособлены к требованиям времени», констатировал папа, поэтому онп являются «орудием, вполне пригодным для внедрения религии и для апостолата» 1. В то время как три прежних типа орденов (орден — конгрегация — община) различались характером взятых на себя их членами обязательств (торжественный и простой обет — обещание) 2, секулярист-ские институты признают и частные обеты и обещания или посвящения и в этом отношении едва ли отличаются от обществ, где не существует обета. Их отличает прежде всего форма общинной жизни; они отказываются частично или полностью от совместной жизни и от внешних отличительных признаков, как, например, орденское облачение. И конгрегации и общины практикуют откомандирование своих членов для выполнения отдельных заданий, которые связаны с временным отрывом командируемого от общины.

 

Но то, что здесь является исключением, для секуляризованных институтов является правилом. Некоторые секуляризованные институты делают различие между «внутренними» и «внешними» членами ордена. «Внешние» члены института остаются в своей социальной среде н по внешнему виду не отличаются от своих коллег по профессии. Только период послушания они проводят вместе. В остальном взаимная связь поддерживается только встречами с единомышленниками ордена, а также ежегодными учебными сборами. Характерным признаком светских институтов является, таким образом, их мир-скоп характер, который предоставляет их членам больше самостоятельности. Из слов самого папы вытекает, какую цель преследует Ватикан, создавая этот новый вид оружия. Он говорит о «многостороннем апостолате и его деятельности в тех местах, в такие периоды и при таких обстоятельствах, когда запрещена или вовсе невозможна деятельность священников и членов религиозных обществ» К

 

Совершенно ясно, что это новообразование является прежде всего организационной формой объединения для мирян, которая должна предоставить им на равных правах с «совершенным сословием» возможность быть использованными в качестве отборного отряда Ватикана без отрыва от своей социальной среды и от своей профессии. Институты эти являются большей частью чисто светскими, а иногда смешанными — для священнослужителей и мирян; в свою очередь смешанные институты отличаются от клерикальных конгрегаций и обществ тем, что миряне здесь участвуют в руководстве и вообще пользуются значительно большими правами, в то время как в конгрегациях и обществах они занимают подчиненное положение.

 

Таким образом, эти светские институты являются особой формой всеобъемлющего мирского апостолата, который последние папы хотели мобилизовать для нужд католической деятельности. «Апостолат светских институтов,— заявил папа,— следует проводить не только в «мире», но также ревностно и за пределами «мира»; тем самым вероисповедание, обучение, форма, слово и объект должны соответствовать условиям и своеобразию этого «мира» 1 2. Внешнее приспособление к среде доведено в светских институтах до совершенства.

 

Внешне член института ничем не выделяется из среды, в которой живет: никакого затворничества, никакого отличия во внешнем виде. Никакие чрезмерные упражнения его не выделяют. В таком виде светский институт может функционировать и проводить свою работу в качестве самой современной формы существования орденов даже там, где ордены распущены и запрещены.

 

Фактически начало этой деятельности было положено в период, когда ордены были распущены и могли существовать только нелегально,— в период французской революции 1789 года. Именно тогда иезуит Пьер Юзеф Пико де Клоривье явно для продолжения запрещенного образа жизни и деятельности орденов основал Общество сердца Иисуса для мужчин и Общество сердца Марии для женщин, которые без каких-либо внешних отличительных признаков должны были на своем рабочем месте, в своем жилище вести жизнь по евангельским советам как изгнанные члены ордена. Как любой другой, они сохраняли право владеть и распоряжаться своим имуществом, получать доходы от своего состояния и личного труда. Однако они использовали эти доходы для целей ордена за вычетом средств, необходимых для поддержания собственного существования К Их свободное время принадлежало ордену. Они находились в подчинении старшего и использовались в контрреволюционных целях.

 

Церковно-правовой статут этих новых формирований, за которыми в течение XIX в. и в начале XX в. последовали и другие, долгое время оставался неясным. В 1880 г. они были объявлены «благочестивыми объединениями», т. е. не отнесены к религиозным организациям. Несмотря на это, некоторые из этих формирований в последующие годы были превращены в конгрегации с простыми обетами или в общества совместной жизни и тем самым включены в религиозные организации; при этом они, однако, часто утрачивали свои характерные особенности. Только благодаря апостолической конституции 1947 г. была найдена церковно-правовая форма, в которой эти общины признаются принадлежащими к церковному «совершенному сословию» и все же сохраняют свой светский характер. В развитии церковного права в этом направлении деятельное участие принимали кардинал Ла Пума и патер Гуэнеш; последний был включен в состав специальной комиссии ученых-правоведов, на которую возложена церковно-правовая интерпретация и применение апостолической конституции.

 

Происхождением указанных институтов объясняется два характерных для них признака — их контрреволюционный характер и их пригодность для подпольной деятельности. Последнее обусловлено прежде всего тем, что их члены ничем не отличаются от окружающей среды и, стало быть, возможна полная маскировка.

 

Маскировка относится, таким образом, к сущности этих институтов. Им нет необходимости предъявлять местным церковным инстанциям «ни своих конституций, ни других внутренних документов», а только лишь декрет об утверждении, перечень утвержденных положений и привилегий. Эти папские особые отряды имеют определенные преимущества по сравнению с традиционными орденскими общинами, прежде всего большей инициативой, приспособляемостью и гибкостью. Они, как это формулировал Б. Пушман, являются «свежими и в известной мере наиболее боевыми отборными отрядами воинствующей церкви», которые «призваны отважно проникать в ряды врага для окончательного завоевания мира» '. По планам Ватикана они должны стать такой же «формирующей историю силой, какой были в прошлом и являются в настоящем большие ордены»1 2.

 

Этой задаче — быть носителями современной «контрреформации», отборными войсками антикоммунистического движения, «иезуитами XX века» — подчинена вся воспитательная работа среди членов этих институтов, прежде всего мужских.

 

Понятно, что, с одной стороны, некоторые старые ордены завидуют этому новому авангарду Ватикана, в то время как, с другой стороны, некоторые представители этого нового рода оружия презрительно смотрят сверху вниз па «отжившие» старые ордены. Иезуит П. Кройзен, член упомянутой специальной комиссии, предостерегает новые институты, напоминая историю конгрегаций с упрощенными обетами, которые в свое время аналогично относились к старым орденам и по отношению к которым со стороны старых орденов из-за предвзятого мнения было достаточно окаяано противодействия и проявлены далеко не христианские чувства!. «Предыстория светских институтов в XIX веке», заявил Ганс Урс Бал-тазарский, была «сильно отягощена противодействием старых орденов» 1 2.

 

Эти «далеко не христианские чувства» отмечаются и в XX в., как ото видно прежде всего на примере антагонизма между литургическим и марианским движениями. Первое из них опиралось преимущественно на старые монашеские ордены, в особенности на орден бенедиктинцев, в то время как в последнем преимущественно участвовали более молодые конгрегации.

 

В послевоенное время в лагере католицизма множатся критические высказывания по поводу «па|ртикуляриз-ма» и отсутствия «духовного сотрудничества» среди орденов. В ФРГ иезуиты тщетно пытаются добиться руководства с помощью своих журналов «Stimmen der Zeit» («Голос времени») и «Geist und Leben» («Дух и жизнь») и превратить их в своего рода духовную платформу для немецких католиков. Ганс Урс фон Балтазар с огорчением констатировал: «В то время как великие по духу всегда договариваются между собой... «школы», которые примыкают к какому-нибудь «великому», между собой ссорятся». Он выступает против тех «направлений, учреждений и заведений», которые не имеют происхождения вследствие «благодати» и которые пытаются компенсировать этот недостаток тем, что приписывают себе некую исключительность, придумывая миф о своем возникновении; он упрекает их в «теологической безвкусице» и в грехе «против основной структуры самого церковного бытия», в том, что они «распространяют в церкви атмосферу сектантства и ереси» 3. В особенности издевается он над широко распространившейся тягой к созданию собственного спиритуализма и соответствующей, чересчур нарочитой канонизации, которые, по его мнению, принижают все мероприятия и превращают их про сто в средство для вящей славы ордена, конгрегации, какой-либо группы или движения. Несомненно, здесь содержится намек на деятельность некоторых светских институтов, которым бросается упрек во внутрицерков-ной розни, в тайной или открытой дискредитации как старых орденов, так и новых конгрегаций.

 

Иезуиты поэтому стараются доказать, что секулярист-ские институты, которые в настоящее время растут как грибы, собственно, только продолжают то, что было начато Игнатием Лойолой и что иезуит П. де Клоривье назвал «приспособлением орденской жизни к современности и к жизни «в миру»», которое свойственно секу-ляристским институтам.

 

Несомненно, здесь имеет место «соперничество»; это не только вытекает из анализа полемической литературы, но и открыто признается самими иезуитами.

 

Институты, как и конгрегации и общества, также утверждаются либо папой, либо епископом и относятся к папской или епископской юрисдикции. Детальное ознакомление с существующими в настоящее время институтами позволяет сделать вывод, что значительная их доля падает на итальянские, французские и испанские организации. В 1957 г. общее число канонически учрежденных институтов уже составило 49, из которых 12 подведомственны папе, 6 из них получили окончательное утверждение, 21 институт находится в Италии, 10 — в Испании, 8 — во Франции, по два — в Германии, Австрии и Швейцарии, по одному институту — в Голландии, Канаде и Колумбии.

 

Преобладание институтов в романских странах очевидно. Это касается и других 197 институтов, которые к тому же времени запросили у Ватикана санкции на их существование. В целом речь, стало быть, идет примерно о 250 новых учреждениях, которые уже имеют или добиваются получения статута секуляристского института. Налицо более чем очевидное доказательство того, как руководители церкви, учитывая изменившуюся ситуацию, стремятся подготовить организационные резервы на тот случай, если старые организации придется свернуть или ликвидировать.

 

Иезуит Франц Хиллиг открыто признает, что создание этих новых организаций следует рассматривать в непосредственной связи с кризисом католицизма. Он пишет, имея в виду Ф/ранцию: «Дело обстоит так, будто в последний час пытаются более совершенными, новыми, частично рискованными экспериментами отразить полную дехристианпзацию» *.

 

Бюллетень «Хердер-корреслондепц» (официоз западногерманского католического епископата) в декабре 1955 г. впервые сделал подробный обзор существующих в Германии институтов и продолжает систематически помещать эти сведения1 2. Журнал «Geist und Leben» сообщил в 1958 г. о подобных институтах, существующих на территории распространения немецкого языка3. В обоих обзорах на первом месте стоит возникший из шёнштатского движения самый большой институт Шён-штатских сестер Марии. На базе того же движения возникли еще три структурно аналогичные общины: Институт женщин Шёнштата, «Братья Марии из Шёнштата» и Союз шёнштатских священников. К другим немецким организациям относятся:              Мейтингские сестры ца-

 

ря-Христа и Лимбургское общество царя-Христа игна-тианской иезуитской ориентации.

 

В Австрии существуют женская община также игна-тианского направления и Общество подражания Христу; в части Швейцарии, где распространен немецкий язык, существуют Институт св. Екатерины Сиенской и Союз милосердия.

 

Некоторые институты перебазировались в Германию из Франции, например Союз христова милосердия доминиканской ориентации, возникший в 1937 г. в Марсельской епархии, Общество Notre Dame de Wie кармелит-ской ориентации, созданное в 1932 г., уже упоминавшееся общество, основанное Клоривьером, Общество дочерей сердца Марии и, наконец, Общество дочерей св. Франца Сальского.

 

В Голландии существует Общество женщин Бетании, также одна из организаций иезуитов, основанная в 1919 г.; в Бельгии — Международное общество помощниц католическим миссионерам, основанное в 1937 г.

Женский институт попечения о больных возник в Италии в 1937 г.

 

Беяедиктипки аббатства Швейкельберг создали в 1949 г. Институт сестер св. Бонифация. Объединением бенедиктинок-облатинок является пока еще не утвержденный институт «Venio». Устава светского института добиваются, кроме того, созданный в Вестфалии в 1922 г. институт псаломщиц под названием «Сердце Иисуса» и Община Хегге, основанная в 1945 г., которая занимается обучением женской молодежи.

 

Почти все эти институты охватывают только женщин и служат специальным целям:          пастырство, школьное

 

образование, попечение о больных, миссионерство, семейный апостолат и другие области католической деятельности.

 

Широкого охвата достигли в Германии созданные Обществом католического апостолата уже упоминавшиеся четыре учреждения из Шёнштата. Явно подражая им, иезуитские организации «Благовещение» из Форарльбер-га (ФРГ) стремятся охватить тремя своими организациями священников и мирян.

 

Наконец, группа св. Похана в Базеле тоже имеет мужские и женские ответвления.

 

Шёнштатским движением развивается еще одна новая форма, которую можно назвать своего рода последним рубежом отступления,— семейная организация, которую называют «фундаментом и венцом шёпштатской деятельности». Семья должна быть превращена в современный орден: при заключении брака обмениваются не двумя, а тремя кольцами, третье, на котором выгравированы имена брачащихся, хранится как залог верности в «шёнгататской святыне» — в часовне Марии. Нет отдельных кандидатов, а есть «семья кандидатов», которые принимаются в состав организации после определенного испытательного срока. Однородные и спаянные по воззрениям семьи объединяются в группы. «Орденские конвенты» внешне выглядят как семейные визиты и семейные праздники, как домашние собрания. Таким образом, они не поддаются надзору и контролю со стороны 'государства. Даже духовные семинары могут быть организованы в подобной форме. Из таких семей Шёнштат намерен черпать свои кадры. Опасность замкнутости и ограниченности, а также измельчания стремятся преодо леть путем идейной, личной и локальной связи с центром Шёнтптат и путем развития международных связей. Посещения, наставления и обучение при этой форме организации ордена могут происходить под видом «посещения родственников», особенно если действительно, как к тому стремятся, брат, сын, двоюродный брат или племянник принадлежат к той же организации.

 

Из всего сказанного видно, с какой систематичностью совершенствуется маскировка и какая большая работа проводится для охвата естественно сложившихся общественных ячеек.

 

Нечто подобное практикуется и в отношении предприятий. Уже в 1962 г. Ансгар Фаллер заявил: «Необходимо занять на предприятии ключевые посты и таким образом влиять на массы» '. Как сообщил «Хердер-кор-респонденц», Папский престол призвал в 1959 г. епископов Франции «подумать над тем, не настал ли удобный момент, чтобы дополнить этот великолепный почин (рабочие-священники) созданием одного или нескольких секуляристских институтов, члены которых могли бы состоять из священнослужителей и мирян. Эти последние могут работать на фабриках, выполняя обязанности, налагаемые на них духовной жизнью. В качестве членов церковной организации они могут принести неоценимую пользу» 1 2.

 

Семья и предприятие, а также ключевые позиции экономики и государства должны быть завоевапы секуля-ристскими институтами. Так, например, два члена испан ского ордена «Божье дело» («Opus Dei») вошли в 1957г. в состав правительства Франко. Этот наиболее значительный и особо протежируемый Ватиканом институт утвердился также в Германии. Институт «Божье дело» был первым секуляристскпм институтом, который уже через три недели после обнародования энциклики «Рго-vidia Mater Ecclesia» получил папское признание, а спустя три года снова первым был окончательно утвержден. В течение 35 лет этот институт создал в 46 странах на трех континентах (Европа, Америка и Африка) свыше 100 филиалов. Глава ордена в качестве первого и единственного члена секулярпстского института был назначен самим папой членом-секретарем особой комиссии правоведов, которая призвана осуществлять толкование и применение апостолической конституции Providia Mater. Другие члены ордена «Божье дело» работают консультантами в ватиканских конгрегациях. «Хердер-корреспонденц» не боится провести прямого сопоставления иезуитов контрреформации и сегодняшнего ордена «Божье дело», заявляя:

 

«И ныне в этой «отсталой» Испании снова возникает новый орден, может быть, именно тот, в котором испытывает нужду церковь в ее теперешнем положении, которое наверняка не легче, чем 400 лет назад» 1.

 

Это не единственное высказывание такого рода, и, конечно, «Божье дело» не единственный претендент на роль иезуитов XX в.

 

Нельзя недооценивать ту службу, которую могут сослужить империализму в его последней фазе эти новые орденские организации вместе с обновленными и приспособившимися старыми орденами.

Категория: Религия | Добавил: fantast (15.02.2019)
Просмотров: 40 | Рейтинг: 0.0/0